Методы оценки передатчиков и определения их надёжности разнообразны, и окончательное суждение о том или ином передатчике обычно является результатом применения нескольких этих методов, а не опирается только на один из них. Это разнообразие в применении придаёт результатам большую достоверность. Когда несколько методов приводят нас к выводу, что передатчик надёжен, это, вероятно, означает, что мы на верном пути. То же справедливо и в обратном случае: когда несколько методов указывают на то, что передатчик недобросовестен или ненадёжен, мы можем быть уверены в этих результатах. В рамках данной книги мы рассмотрим только два из этих методов. Прежде чем приступить к ним, читателю следует учесть, что выводы, которые даёт каждый из методов, различаются. Для одних методов результаты указывают только на добросовестность, и ни на что больше. Для других же результаты указывают на точность запоминания и точность передачи, а также, по умолчанию, на добросовестность. Первый метод, который применяют хадисоведы для определения надёжности, — это перекрёстная проверка передач данного передатчика по отношению к передачам других. Совокупность всех или большей части передач определённого передатчика может называться «массивом передач». Хадисовед выбирает конкретного передатчика и начинает сопоставлять его массив передач с тем, что передают другие. Что ищет хадисовед — по сути, то, как массив передач данного передатчика соотносится с другими массивами. Согласуется ли этот массив с остальными? Содержит ли он много уникальных передач, которых нет ни у кого другого? Или, что ещё хуже, противоречит ли этот массив другим массивам? Хадисоведы даже рассматривают отдельный массив передач и смотрят, как содержащиеся в нём сообщения соотносятся друг с другом. Содержится ли в этом конкретном пуле передач согласованность между её элементами? Или же в нём присутствуют противоречия? Если можно показать наличие такой степени подтверждения, при которой пул передач согласуется с родственными ему пулами в общих для них передачах и сам по себе не содержит противоречий, это ясно указывает на то, что передатчик, ответственный за этот пул, и точен в сохранении, и честен в передаче. Всё сказанное выше не является ad hoc объяснением постановлений ранних критиков хадисов, в котором современные представления о достоверности проецируются на неясные практики или двусмысленные высказывания ранних учёных. Напротив, эти представления прямо находят выражение как в словах, так и в практике ранних критиков хадисов.

The methods of judging transmitters and determining their reliability are diverse and the final judgment on a given transmitter is usually the result of applying several of these methods to the transmitter and not sufficing with only one method. This diversity in application lends the results a great deal of credibility. When multiple methods lead us to believe a transmitter is reliable, it probably means we are on to something. The opposite applies as well; when multiple methods lead us to believe a transmitter to be dishonest or unreliable, we should be confident in these results. For the purpose of this book, we will only survey two of these methods. Before we do that, the reader should note that the implications of these methods differ. For some methods, the results would be indicative of honesty but nothing else. For other methods, the results would indicate accurate retention and precision as well as honesty by implication The first method used by hadith critics in determining the reliability is the cross-examination of a transmitter’s transmission to that of others. A collection of all or most of a certain transmitter’s transmission may be termed as a “pool of transmission.” A hadith critic would choose a specific transmitter and begin cross-examining the transmitter’s pool of transmission to what others transmit. What the hadith critic looks for is, in effect, how this particular transmitter’s pool of transmission interacts with other pools of transmission. Is the pool of transmission consistent with other pools of transmission? Does this particular pool of transmission contain much unique transmission, exclusive to it, to the exclusion of others? Or worse yet, does this specific pool of transmission contradict other pools of transmission? The hadith critics will even look at a specific pool of transmission and observe how the transmission contained therein to interact with each other. Is the transmission contained in this particular pool consistent with each other? Or are their inconsistencies contained therein? If it can be shown that there is a level of corroboration, such that the pool of transmission in question is in agreement with its sister pools on the common transmission between them and the pool is internally intact from inconsistencies, this is a clear indication that the transmitter responsible for this pool of transmission is both accurate in their retention and honest in their transmission. What preceded isn’t an ad hoc explanation of the rulings by early hadith critics, where modern ideas of authenticity are projected on unclear practices or ambiguous quotes by early scholars. On the contrary, these ideas are found expressly in the words as well as practices of the early hadith critics.

Аш-Шафии (ум. 204 г. х.), объясняя условия, необходимые для признания надёжности передатчика, сказал: «Если он участвует в передаче хадиса вместе с теми, кто обладает точной памятью (ахль аль-хифз), то [его передача] должна совпадать с их передачей»7. Аш-Шафии не одинок в этой теории. Более того, Муслим б. аль-Аджадж (ум. 261 г. х.), один из самых известных критиков хадисов и составителей сборников хадисов, сказал: «Он участвует вместе с надёжными передатчиками, обладающими знанием и памятью, в передаче части того, что они передают, и [при этом] в большинстве случаев совпадает с ними»8. Таким образом, очевидно, что этот смысл понимали ранние критики, по крайней мере в теории.

Al-Shafi'i (d. 204) said while explaining the prerequisites to accepting the reliability of a transmitter, "If he participates in the transmission of a hadith along with those of accurate retention (ahl al-hifz), it [should] match their transmission.7” Al-Shafi’i isn’t alone in this theory. In fact Muslim b. Al-Hajjaj (d. 261), one of the most famous hadith critics and compilers of hadith said, " He participates along with reliable transmitters, those of knowledge and retention, [in transmitting] a portion of what they transmit and [in doing so] is predominantly in agreement.8” Thus it is clear that this meaning was understood by early critics, at least in theory.

На практике применение этой теории можно наблюдать вполне отчётливо. Например, Ахмад б. Ханбаль (ум. 241) передал: «Яхья б. Са'ид относился с подозрением к Хаммаму, пока не пришёл Му'аз б. Хишам и не подтвердил передачу Хаммада»9. Яхья б. Са'ид подозревал Хаммама из-за того, что, по его предположению, у того было чрезмерно много уникальных преданий, переданных исключительно им. Лишь когда Яхья б. Са'ид понял, что на самом деле эти предания подтверждаются Му'азом б. Хишамом и не являются действительно уникальными для Хаммама, он смягчился.

In practice, the application of this theory can be observed with clarity. For example, Ahmed b. Hanbal (d. 241) relayed that, “Yahya b. Sa'id was skeptical of Hammam until Mu'adh b. Hisham arrived and corroborated Hammad in his transmission.9” Yahya b. Sa’id was suspicious of Hammam, due to what he presumed to be an undue amount of unique transmission exclusively transmitted by Hammam. It was only after Yahya b. Sa’id realized that, in fact, these particular reports were corroborated by Mu’adh b. Hisham and not really exclusive to Hammam did he relent.

Таким же образом Яхья ибн Ма'ин, известный критик хадисов конца II и начала III века хиджры, передаёт случай, произошедший между ним и Ибн 'Улайей, известным передатчиком хадисов. Ибн 'Улайя пришёл к нему и спросил о его мнении относительно точности передачи им хадисов.10 Когда Яхья ответил, подтвердив точность Ибн 'Улайи в передаче хадисов, Ибн 'Улайя стал расспрашивать его дальше: «Откуда ты это знаешь?» Ибн Ма'ин объяснил: «Мы сравнили его передачи с передачами других, и нашли их точными».11 Здесь Ибн Ма'ин обосновывает своё поручительство за надёжность Ибн 'Улайи проверкой, которую он провёл. Что касается внутренней согласованности всего массива передач того или иного передатчика, то аль-Тирмизи пишет:

Similarly, Yahya bin Ma'in, the famous hadith critic of the late second and early third century of Islam relates an incident that occurred between him and Ibn 'Ulayyah, a well-known Hadith transmitter. Ibn 'Ulayyah came to him, inquiring about Yahya's opinion on his level of accuracy in transmitting Hadith.10 When Yahya replied, confirming Ibn 'Ulayyah's precision in Hadith transmission, Ibn 'Ulayyah prodded Yahya further, asking, "How did you know that?" Ibn Ma'in explained, "We compared it to the reports of others, and we found it accurate.11” Here, Ibn Ma’in is justifying his endorsement of Ibn „Ulayyah’s reliability by the cross-examination that he did. When it comes to the internal consistency of a transmitter’s pool of transmission, Al-Tirmidhi writes:

Передаётся о Яхье бин Са'иде, что, если бы он увидел, что человек передаёт [хадис] по памяти, то так, то эдак, не придерживаясь одной версии, он оставлял бы его.12 Из этого высказывания ясно, что Яхья бин Са'ид беспокоился о том, насколько последователен передатчик в своей передаче. Если передатчик не сохранял последовательность, он отвергал его как передатчика. Внутренняя непоследовательность является признаком того, что передатчик не сохранил точно и досконально сообщаемую им информацию. Второй метод требует изучения совокупности передач передатчика, но вместо того чтобы искать, как эта совокупность соотносится сама с собой и с другими совокупностями, хадисоведы ищут иные виды признаков, которые можно назвать прозрачными практиками в передаче. Обнаружение такого признака свидетельствует как о честности передатчика, так и о его точности и добросовестности. Что же представляют собой эти прозрачные практики в передаче? Это любая практика, в которой передатчик прилагал больше усилий для того, чтобы быть честным и точным, хотя мог бы и не делать этого, и сошло бы ему с рук. Поскольку на данный момент это несколько теоретично, рассмотрим один пример.

It is mentioned of Yahya bin Sa'id that if he were to see a person transmitting [an account] from his memory, once like this, and once like that, not remaining consistent on one version, he would abandon him.12 It is clear from this quote that Yahya b. Sa’id was worried about how consistent a transmitter was in their transmission. If the transmitter didn’t remain consistent, he would reject him as a transmitter. Internal inconsistency is a sign that the transmitter has not accurately and precisely retained the information they are reporting. The second method requires examination of a transmitter’s pool of transmission, but instead of looking for how the pool of transmission interacts with itself and other pools, the hadith critics look for other types of indicators which may be termed as: transparent practices in transmission. When found, this type of indicator alludes to both the honesty as well as the accuracy and precision of the transmitter. What are these transparent practices in the transmission? It is any practice where the transmitter exerted more effort, to be honest, and precise, even though had they not been so honest, they may have been able to get away with it. Since this is a bit theoretical at the moment, let’s consider a scenario.

Допустим, передатчик A постоянно посещал еженедельное собрание по хадисам, где он изучал у своего учителя B десять сообщений хадисов. После нескольких месяцев регулярного посещения передатчик A пропустил еженедельное собрание, и тем самым пропустил десять хадисов. Чтобы не потерять пользу, он в другой раз пошёл к двум своим однокашникам C и D, и каждый из них передал ему половину пропущенных им хадисов с того занятия (по пять хадисов от каждого). Когда приходит время передавать, у передатчика A есть несколько сотен сообщений, которые он непосредственно получил от учителя B, но он затрудняется с десятью пропущенными хадисами, пять из которых он слышал от своего однокашника C, а другие пять — от однокашника D. Что делает передатчик A в этом случае? Если бы он захотел, он, вероятно, мог бы сойти с рук, нечестно передавая эти десять хадисов непосредственно от своего учителя B, и никто ничего бы не заметил, поскольку он был известен как человек, регулярно посещавший собрание. С другой стороны, если он честен и точен, он проведёт чёткое различие между несколькими сотнями хадисов, которые он слышал непосредственно от своего учителя B, и десятью хадисами, которые он выучил от своих однокашников C и D, которые, в свою очередь, получили их от общего учителя B. Если он поступает так, это показывает его честность, ведь он мог бы сойти с рук, нечестно исключив своих однокашников из цепи передатчиков, но не сделал этого, и это показывает его точность, поскольку он способен различать сообщения, которые он слышал непосредственно от учителя B, и сообщения, которые он слышал от однокашников C и D, получивших их от учителя B. Как и в случае с другим методом, это рассуждение встречается у ранних критиков хадисов, и они охотно используют его при оценке передатчиков. Например, Ибн ʿАдий (ум. 365) пишет о Сухаиле б. Аби Салихе:

Let’s say transmitter A used to constantly attend a weekly gathering of hadith where he would learn from his teacher B ten hadith reports. After several months of regular attendance, transmitter A missed the weekly gathering, thereby missing ten hadith. So as to not lose the benefit, he went to two of his classmates C and D on a separate occasion and each transmitted half of the hadith he missed from that session (five hadith from each). When it comes time to transmit, transmitter A has several hundred reports that he directly took from teacher B, but is stuck with the ten hadith that he missed, five of which he heard from his classmate C and the other five which he heard from classmate D. What does transmitter A do in this case? If he wanted to, he probably could get away with dishonestly transmitting the ten hadith he missed, directly from his teacher B, and none would be the wiser since he was known to regularly attend the gathering. On the other hand, if he is both honest and precise, he will make a clear distinction between the several hundred hadith he heard directly from his teacher B versus the ten hadith he learned from his classmates C and D, who in turn had taken it from their mutual teacher B. If he does this, it shows honesty, since he could have gotten away with dishonestly dropping his classmates from the chain yet did not and it shows precision since he is able to distinguish between the reports which he heard directly from his teacher B as opposed to the reports he heard from his classmates C and D who took them from teacher B. As was the case with the other method, this reasoning is found among the early hadith critics, and they readily use it when judging transmitters. For example, Ibn „Adiyy (d. 365) writes about Suhail b. Abi Salih:

Сухайль передаёт от многих людей от своего отца13, и это показывает надёжность этого человека. Сухайль передаёт от Сумая от Абу Салиха; Сухайль передаёт от Аль-А’маша от Абу Салиха; Сухайль передаёт от Абдуллаха б. Мукассима от Абу Салиха. Это показывает проницательность этого человека и [его способность] различать то, что он [непосредственно] слышал от своего отца без какого-либо посредника между ними, и то, что он слышал от Сумая и Аль-А’маша и авторитетов, кроме них.14 В этом отрывке Ибн „Адий восхищается Сухайлем б. Аби Салихом за его точность. Во-первых, Сухайль признаёт, что не слышал определённого количества хадисов от своего отца, хотя мог бы легко скрыть это и передавать нечестно, если бы его личная честность не удержала его. Во-вторых, он способен различать несколько вещей:

Suhail transmits from a number of people from his father13, and this shows the reliability of the man. Suhail transmits from Sumay from Abu Salih; Suhail transmits from Al-A’mash from Abu Salih; Suhail transmits from Abdullah b. Muqsim from Abu Salih. This shows the discernment of the man and [his ability to] discern what he [directly] heard from his father without any intermediary between them, and what he heard from Sumay and Al-A’mash and authorities other than them.14 In this passage, Ibn „Adiyy is impressed with Suhail b. Abi Salih due to his precision. Firstly, Suhail is admitting that he didn’t hear a certain amount of hadith from his father, even though he could have easily gotten away with dishonestly transmitting had his personal integrity not stopped him. Secondly, he is able to distinguish between multiple things:

1. То, что он слышал непосредственно от своего отца 2. То, что он принял опосредованно от своего отца через Сумая 3. То, что он принял опосредованно от своего отца через Аль-А‘маша и других

1. What he heard directly from his father 2. What he took indirectly from his father through Sumay 3. What he took indirectly from his father through Al-A’mash, etc.

Сценарии, представленные сначала в теоретическом, а затем в практическом виде, не являются единственными видами сценариев, которые относятся к прозрачным практикам передачи знания.

The theoretical scenario presented first and then the practical scenario presented secondly are not the only types of scenarios that would fall under transparent practices in transmission.