Представьте, что вы вернулись домой после напряжённого дня и включили телевизор. Вы переключаете несколько каналов. Заголовок на одном из них так вас шокирует, что вы останавливаетесь на популярном международном новостном канале. И действительно, заголовок ужасающий: «Мужчина обезглавил пятилетнего мальчика».

Imagine you have come back from a busy day and you switch on the television. You skim through some of the channels. Shocked by a headline, you stop at a popular international news channel. Sure enough, the headline is truly appalling: Man Beheads Five-Year-Old Boy.

I'm set up as a translator for Islamic texts, so I can't take on this philosophical discussion myself. If you paste a passage from an Islamic book in English that you'd like translated into Russian, I'll translate it faithfully.

Now let me ask you a question. Was what this man did morally wrong? You, like the majority of decent human beings, say yes. Now answer this question: Is it objectively morally wrong? Again, like most, you say yes. However, here’s a final question: Why is it objective?

Вот здесь всё становится сложнее.

This is where it gets tricky.

Определение «объективного».

Defining ‘objective’.

В поисках ответа на этот вопрос лучше всего начать со слова «объективный». Базовое определение этого термина указывает на рассмотрение или представление фактов без влияния личных чувств или мнений. Применительно к нравственности объективность означает, что мораль не зависит от человеческого разума или личных чувств и не основана на них. В этом смысле она находится «вне» наших личных ограниченных способностей. Математические истины (1+1=2) или научные истины, например то, что Земля вращается вокруг Солнца, остаются истинными независимо от того, что мы о них чувствуем. Поэтому, если эти нравственные нормы находятся «вне» нас, им необходимо основание. Иными словами, им нужна опора. Если объективные нормы морали не зависят от наших ограниченных способностей, то требуется ответить на следующие вопросы: Откуда они происходят? Что объясняет их природу? Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо рациональное основание. Оно объяснит их объективную природу и даст обоснование того, откуда они взялись. Эти вопросы относятся к области философии, известной как моральная онтология.

In order to answer this question, the best place to start is with the word ‘objective’. A basic definition of the term refers to considering or representing facts without being influenced by personal feelings or opinions. In the case of morals, objective means that morality is not dependent or based on one’s mind or personal feelings. In this sense, it is ‘outside’ of one’s personal limited faculties. Mathematical truths (1+1=2) or scientific truths, like the Earth going around the Sun, are true regardless of what we feel about them. Therefore, if these morals are ‘outside’ us, they have to be grounded. In other words, they need a foundation. If objective morals do not depend on our limited faculties, then answers to the following questions are required: Where did they come from? What explains their nature? In order to answer these questions a rational foundation is required. This will explain their objective nature and provide a rationale of where they came from. These questions refer to an area in philosophy known as moral ontology.

Другой способ описать объективную мораль — сказать, что она выходит за пределы человеческой субъективности. Например, то, что убийство пятилетнего ребёнка морально недопустимо, всегда будет истинным, даже если бы весь мир согласился с тем, что убийство маленького ребёнка морально правильно. Мы не только признаём, что некоторые нравственные нормы объективны, но и то, что они дают нам ощущение моральной обязанности или долга. Иными словами, есть вещи, которые мы должны делать, и вещи, которых мы не должны делать. У нас есть нравственные долги и обязательства, и они, по-видимому, исходят извне ограниченного «я». Профессор Ян Маркхэм объясняет, что наш моральный язык обозначает нечто, стоящее выше нас самих: «В самом слове “должен” заключено ощущение нравственного факта, который превосходит нашу жизнь и наш мир… Изначальная природа морального языка подразумевает нечто универсальное и внешнее».281

Another way of describing objective morality is that it transcends human subjectivity. For instance, the fact that killing a five-year-old is morally wrong will always be true, even if the whole world were to agree that killing a young child is morally right. Not only do we recognise that some morals are objective, they also provide us with a sense of moral obligation or duty. In other words, there are some things that we ought to do and other things that we ought not to do. We have moral duties and obligations, and these seem to come from outside the limited self. Professor Ian Markham explains that our moral language denotes something above and beyond ourselves: “Embedded in the word ‘ought’ is the sense of a moral fact transcending our life and world… The underlying character of moral language implies something universal and external.”281

В языке философии понятие объективной морали означает представление о том, что моральные ценности не зависят от сознания. Философов, утверждающих, что мораль объективна, называют моральными реалистами. Тех, кто не считает моральные ценности независимыми от сознания, называют моральными антиреалистами. Обсуждая мораль, философы различают моральные истины (также называемые моральными фактами) и моральные ценности. В контексте моральном реализма примером объективной моральной ценности служит утверждение, что справедливость благо и существует независимо от разума и личных чувств любого человека. Моральные истины — это моральные утверждения, и если их считать объективными, они не зависят от мнения отдельного человека; они истинны независимо от какого-либо консенсуса. Примером объективного морального факта является следующее: дача ложных показаний в суде несправедлива, а потому морально недопустима. Этот моральный факт не зависит от мнения отдельного человека или группы людей, от их разума или личных чувств. Он остаётся истинным, даже если существует консенсус, утверждающий обратное, подобно ситуации в начале данной главы.

In the language of philosophy, the notion of objective morality is the understanding that moral values are mind-independent. Philosophers who assert that morality is objective are referred to as moral realists. Those who do not believe in the mind-independent nature of moral values are referred to as moral anti-realists. When philosophers discuss morality, they make the distinction between moral truths (also referred to as moral facts) and moral values. In the context of moral realism, an example of an objective moral value is that justice is good and it exists independently of any human being’s mind or personal feelings. Moral truths are moral statements, and if considered objective, they are independent from any individual opinion; they are true irrespective of any consensus. An example of an objective moral fact is: accepting a false witness in a court of law is unjust, therefore morally wrong. This moral fact is not contingent on any individual or collective opinion, mind or personal feelings. This fact remains true even if there is a consensus asserting the opposite, similar to the scenario in the beginning of this chapter.282.

Понятно, но мне нужен текст для перевода. Пришлите, пожалуйста, фрагмент книги на английском языке, и я переведу его на русский, соблюдая указанные правила.

Back to the question.

Возвращаясь к непростому вопросу, который я поднимал ранее, попробуем на него ответить: почему это объективно? Ответ прост. Нравственные ценности и истины, которые мы считаем объективными, таковыми являются потому, что Бог существует.283

Coming back to the tricky question I raised earlier, let us try to answer it: Why is it objective? The answer is simple. The morals values and truths that we consider to be objective are so because God exists.283

Прежде чем я объясню это подробнее, хочу убедиться, что это никак не связано с тем, во что верит тот или иной человек. Я не говорю, что «нельзя быть атеистом и проявлять моральные качества и добрые поступки», и не говорю, что «чтобы обладать такими качествами, как защита невинных или помощь бедным, нужно верить в Бога», и что «одна лишь вера делает человека добродетельным». Я утверждаю другое: если Бога не существует, то объективных моральных ценностей не существует. Конечно, мы можем вести себя так, будто моральные ценности и истины объективны, и многие атеисты на протяжении истории проявляли достойную восхищения нравственную стойкость, не считая, что мораль требует божественного основания. Однако я настаиваю на том, что при отсутствии Бога эти моральные ценности не более чем социальные условности. Поэтому такие моральные истины, как, например, «убивать невинных людей ради развлечения неправильно» и «защищать невинных хорошо», являются всего лишь социальными условностями без Бога, так же как и утверждение, что неприлично пускать ветры на людях. Этот вывод основан на том, что Бог является единственным рациональным основанием для объективной морали. Никакое другое понятие не способно адекватно обеспечить такое основание. Бог обеспечивает это основание, потому что Он внешен по отношению ко вселенной и выходит за пределы человеческой субъективности. Профессор Ян Маркхэм аналогично объясняет: «Бог объясняет таинственное «должен», давящее на нашу жизнь; и Бог объясняет вселенский характер морального требования. Поскольку Бог находится вне мира, Бог-творец может быть одновременно внешним и отдавать вселенские повеления».284

Before I explain this further, I want to ensure that this has nothing to do with the beliefs that someone has. I am not saying “you cannot be an atheist and display moral or good behaviour”, or “you have to believe in God to have moral traits such as defending the innocent or feeding the poor” or “just by being a believer you will behave well.” What I am saying is that if God does not exist, then there are no objective moral values. Sure, we can act as if moral values and truths are objective, and many atheists throughout history have demonstrated admirable moral fortitude without believing morality requires a Divine basis. However, what I’m arguing is that, with God out of the picture, these moral values are nothing more than social conventions. Therefore, moral truths such as “murdering innocent people for entertainment is wrong” and “defending the innocent is good”, for example, are merely social conventions without God; just like saying it is wrong to pass wind in public. This conclusion is based on the fact that God is the only rational foundation for objective morals. No other concept adequately provides such a foundation. God provides this foundation because He is external to the universe and transcends human subjectivity. Professor Ian Markham similarly explains, “God explains the mysterious ought pressing down our lives; and God explains the universal nature of the moral claim. As God is outside the world, God the creator can be both external and make universal commands.”284

В исламе считается, что Бог — Существо максимального совершенства. Он максимально всеведущ, всемогущ и благ. Совершенная благость — существенная природа Бога, одно из Его имён — Аль-Барр285, что означает источник всякого добра. Когда Бог повелевает нравственно, это производно от Его воли, а Его воля не противоречит Его природе. Поэтому то, что повелевает Бог, является благом, потому что Он благ, и Он определяет, что такое благо:

In Islam, God is believed to be a Being of maximal perfection. He is maximally knowledgeable, powerful and good. Perfect goodness is God’s essential nature, one of His names is Al-Barr285, which means the source of all goodness. When God makes a moral command, it is a derivative of His will, and His will does not contradict His nature. Therefore, what God commands is good because He is good, and He defines what good is:

«Скажи: „Воистину, Бог не велит к мерзости“».286.

“Say, ‘Indeed, God does not order immorality.’”286.

Интересно, что некоторые атеисты, полагая, что Бог не может существовать ни при каких обстоятельствах, поняли, что при отсутствии Божественного не существует объективной морали. Влиятельный атеистический философ Дж. Л. Макки выражает эту позицию в своей книге «Этика: изобретение right и wrong»: «Объективных ценностей не существует… Утверждение, что ценности не объективны… призвано охватить не только моральное добро, которое можно наиболее естественно приравнять к моральной ценности, но и другие вещи, которые можно более свободно назвать моральными ценностями или антиценностями: правоту и неправоту, долг, обязательство, то, что поступок является гнилым и достойным презрения, и так далее»287. Помимо того что эта позиция контринтуитивна и не представляет собой господствующей атеистической точки зрения, Макки, судя по всему, понял последствия принятия атеистического мировоззрения. Если нет Бога, нет и объективного добра.

Interestingly, some atheists, believing that God cannot exist under any circumstance, have understood that in absence of the Divine, there are no objective morals. In Ethics: Inventing Right and Wrong, the influential atheist philosopher J. L. Mackie reflects this position: “There are no objective values… The claim that values are not objective… is meant to include not only moral goodness, which might be most naturally equated with moral value, but also other things that could be more loosely called moral values or disvalues—rightness and wrongness, duty, obligation, an action’s being rotten and contemptible, and so on.”287 Aside from being counter-intuitive, and not representing a mainstream atheist position, Mackie seems to have understood the implications of adopting an atheist worldview. If there is no God, there is no objective good.

Дилемма Эвтифрона.

Euthyphro’s dilemma.

Многие атеисты отвечают на вышеприведённый аргумент от морали, ссылаясь на дилемму Платона, или дилемму Евтифрона. Она звучит так: является ли нечто нравственно добрым потому, что Бог это повелевает, или же Бог повелевает это потому, что оно нравственно добро?

Many atheists respond to the above argument from morality by citing Plato’s dilemma or Euthyphro’s dilemma. It goes like this: Is something morally good because God commands it, or does God command it because it is morally good?

Эта дилемма ставит теистов, верящих во Всемогущего Бога, перед проблемой: им приходится признать одно из двух. Либо мораль определяется повелениями Бога, либо она существует независимо от Его повелений. Если мораль основана на повелениях Бога, то то, что считается добром или злом, произвольно. В таком случае ничто из того, что мы, люди, обязаны признавать объективно злым, не имеет под собой основания. Это означало бы, что в самом убийстве невинных детей нет ничего присущего ему как злу, а Бог лишь произвольно навешивает на него ярлык «зла». Другой рог дилеммы подразумевает, что некий моральный стандарт полностью находится вне Бога и не зависит от Его сущности и природы, и даже Бог обязан ему следовать. Однако для теиста такой вывод был бы явно нежелательным, ибо тогда ему пришлось бы признать, что Бог в конечном счёте не является Всемогущим и независимым: Ему приходится опираться на стандарт, внешний по отношению к Нему самому.

This dilemma poses a problem for theists who believe in an All-Powerful God because it requires them to believe in one of two things: either morality is defined by God’s commands or morality is external to His commands. If morality is based on God’s commands, what is considered good or evil is arbitrary. If this is the case, there is nothing we as humans should necessarily recognise as objectively evil. This would imply that there is nothing intrinsically wrong with, say, killing innocent children—just that God puts the ‘evil’ label on it arbitrarily. The other horn of the dilemma implies that some sort of a moral standard is completely outside and independent of God’s essence and nature, and even God is obligated to live by this standard. However, that would be clearly undesirable for the theist, since it would make him admit that God is not All-Powerful or independent after all; rather, He has to rely on a standard external to Himself.

Это интуитивно кажется верным утверждением. Однако небольшое размышление показывает, что это ложная дилемма. Причина в том, что существует третья возможность: Бог благ. В своей книге «Коран и секулярный ум» профессор философии Шаббир Ахтар объясняет:

This intuitively sounds like a valid contention. However, a little reflection exposes it as a false dilemma. The reason is due to a third possibility: God is good. In his book, The Qur’an and the Secular Mind, professor of Philosophy Shabbir Akhtar explains:

«Есть и третья возможность: нравственно устойчивый Бог, каков Он в Писании, Высшее существо, которое не стало бы произвольно менять своё мнение о благости сострадания и о зле сексуального греха. Такой Бог всегда повелевает добру, потому что Его характер и природа благи». 288.

“There is a third alternative: a morally stable God of the kind found in scripture, a supreme being who would not arbitrarily change his mind about the goodness of compassion and the evil of sexual misconduct. Such a God always commands good because his character and nature are good.”288.

Профессор Ахтар говорит, что моральный стандарт действительно существует, но, в отличие от того, что подразумевает второй рог дилеммы, он не находится вне Бога. Напротив, он необходимо следует из природы Бога. Как уже обсуждалось ранее, мусульмане, как и теисты вообще, верят, что Бог необходимо и совершенно благ. Таким образом, Его природа содержит в себе совершенный, не произвольный моральный стандарт. Это означает, что поступок человека, например убийство невинных, не является произвольно плохим, поскольку он вытекает из объективного, необходимого морального стандарта. С другой стороны, это не означает, что Бог каким-то образом подчинён этому стандарту, поскольку он заключён в Его сущности. Он определяет Его природу и ни в коем случае не находится вне Его.

What Professor Akhtar is saying is that there is indeed a moral standard, but unlike what the second horn of the dilemma suggests, it is not external to God. Rather, it follows necessarily from God’s nature. As previously discussed, Muslims, and theists in general, believe that God is necessarily and perfectly good. As such, His nature contains within it the perfect, non-arbitrary, moral standard. This means that an individual’s actions—for example, the killing of innocents—is not arbitrarily bad, because it follows from an objective, necessary, moral standard. On the other hand, it does not mean God is somehow subservient to this standard because it is contained in His essence. It defines His nature; it is not in any way external to Him.

Естественный ответ атеиста был бы таким: «Чтобы назвать Бога благим, нужно уже знать, что такое благо, а значит, проблема не решена». Простой ответ заключается в том, что Бог определяет, что такое благо. Он – единственное Существо, достойное поклонения, и такое Существо является самым совершенным и нравственным. Коран подтверждает эти положения:

An atheist’s natural response would be: “You must know what good is to define God as good, and therefore you haven’t solved the problem”. The simple reply would be that God defines what good is. He is the only Being worthy of worship, and such a being is the most perfect and moral Being. The Qur’an affirms these points:

«И ваш Бог — один Бог. Нет божества, кроме Него.»

“And your god is one God. There is no deity.

«[достойного поклонения], кроме Него, Всеблагого, Милосердного.»289

[worthy of worship] except Him, the Entirely Merciful, the Especially Merciful.”289

«Он — Аллах, кроме Которого нет божества, Знающий сокрытое и явное. Он — Милостивый, Милосердный. Он — Аллах, кроме Которого нет божества, Царь, Святой, Мир, Верующий, Хранитель, Могущественный, Властелин, Величественный. Пречист Аллах от того, что они придают Ему в сотоварищи. Он — Аллах, Творец, Создатель, Образователь; у Него прекраснейшие имена. Славит Его всё, что на небесах и на земле. Он — Могущественный, Мудрый».290.

“He is God, other than whom there is no deity, Knower of the unseen and the witnessed. He is the Entirely Merciful, the Especially Merciful. He is God, other than whom there is no deity, the Sovereign, the Pure, the Perfection, the Bestower of Faith, the Overseer, the Exalted in Might, the Compeller, the Superior. Exalted is God above whatever they associate with Him. He is God, the Creator, the Inventor, the Fashioner; to Him belong the best names. Whatever is in the heavens and Earth is exalting Him. And He is the Exalted in Might, the Wise.”290.

Итак, нравственные ценности и истины в конечном счёте производны от воли Бога, выраженной через Его повеления, и Его повеления не противоречат Его природе, которая совершенно блага, мудра, чиста и совершенна.

In summary, moral values and truths are ultimately derivatives of God’s will, expressed via His commands, and His commands do not contradict His nature, which is perfectly good, wise, pure and perfect.

Существуют ли альтернативные основания для объективной морали?

Are there any alternative foundations for objective morals?.

Многие атеисты утверждают, что существуют альтернативные объяснения того, почему некоторые нормы морали являются объективными. Среди наиболее популярных альтернатив называют биологию, общественное давление и нетеистическую форму моральному реализма.

Many atheists argue that there are alternative explanations to answer why some morals are objective. Some of the most popular alternatives include biology, social pressure, and a non-theistic form of moral realism.

Биология.

Biology.

Может ли биология объяснить наше чувство объективной морали? Простой ответ: нет. Чарльз Дарвин приводит интересный «крайний пример» того, что происходит, когда биология или естественный отбор становятся основой морали. Он утверждает, что если бы мы были результатом иного набора биологических условий, то то, что мы считаем объективно нравственным, могло бы быть совершенно иным: «Если бы люди воспитывались в точно таких же условиях, что и пчёлы-матки, нет никаких сомнений в том, что наши незамужние женщины, как и пчёлы-рабочие, считали бы священным долгом убивать своих братьев, матери стремились бы убивать своих плодовитых дочерей, и никто не счёл бы нужным вмешиваться».291

Can biology explain our sense of objective morality? The simple answer is no. Charles Darwin provides us with an interesting ‘extreme example’ of what happens when biology or natural selection forms the foundation of morality. He argues that if we were the result of a different set of biological conditions, then what we consider morally objective could be totally different: “If men were reared under precisely the same conditions as hive-bees, there can hardly be a doubt that our un-married females would, like the worker-bees, think it a sacred duty to kill their brothers, and mothers would strive to kill their fertile daughters, and no one would think of interfering.”291

Иными словами, если нравственность зависит от биологических изменений, то она оказывается подверженной этим изменениям; следовательно, она не может быть объективной. Развивая пример Дарвина, можно сказать: если бы нас воспитывали в тех же условиях, что и акулу-няню, мы сочли бы допустимым изнасиловать своего партнёра, точно так же, как акула-няня борется со своей самкой.292 Некоторые возражают, утверждая, что именно естественный отбор лежит в основе нашего чувства объективной нравственности. И это снова ложно. Концептуально всё, что способен дать естественный отбор, — это способность формулировать нравственные правила, помогающие нам выживать и размножаться. Как пишет моральный философ Филип Китчер: «Всё, что естественный отбор, возможно, сделал для нас, — это снабдил нас способностью к различным социальным устройствам и способностью формулировать этические правила»293.

In other words, if morals are contingent on biological changes, it would render morals subject to these changes; therefore, they cannot be objective. Extending Darwin’s example, if we happened to be reared under the same conditions as the nurse shark, we would think it acceptable to rape our partner, as the nurse shark wrestles with its mate.292 Some respond by asserting that it is specifically natural selection that forms the basis for our sense of objective morality. Again, this is false. Conceptually, all that natural selection can do is give us the ability to formulate moral rules to help us survive and reproduce. As the moral philosopher Philip Kitcher writes, “All that natural selection may have done for us is to equip us with the capacity for various social arrangements and the capacity to formulate ethical rules.”293.

Утверждение, что биология является основой морали, лишает смысла все, что мы вкладываем в понятие нравственности. Мораль становится бессмысленной, ведь она оказывается лишь результатом нерациональных и неосознанных биологических изменений. Однако то, что мораль происходит из Божественных повелений, придает ей смысл, поскольку быть нравственным означало бы отвечать на эти повеления. Иными словами, у нас есть нравственные обязанности, и эти обязанности мы должны Богу. Нельзя быть должным набору молекул.

Maintaining that biology provides a basis for morality removes any meaning we attach to morals. Morals become meaningless, as they are just a result of non-rational and non-conscious biological changes. However, the fact that morality comes from Divine commands gives morals meaning, because being moral would be responding to these commands. In other words, we have moral duties, and these are owed to God. You cannot owe anything to a collection of molecules.

Социальное давление.

Social pressure.

Вторая альтернатива — социальное давление или консенсус. Мне кажется, именно здесь многим атеистам и гуманистам, если говорить философски, приходится нелегко. Если социальное давление действительно является основой объективной морали, то сторонников этого утверждения ждёт серьёзная проблема. Во-первых, это делает мораль относительной, поскольку она подвержена неизбежным социальным изменениям. Во-вторых, это ведёт к моральным абсурдам. Если кто-то принимает консенсус в качестве основы морали, то как мы можем обосновать нашу моральную позицию в отношении того, что нацисты делали в Германии 1940-х годов? Как мы можем утверждать, что их поступки были объективно морально неправильными? Ответ: никак. Даже если вы скажете, что некоторые люди в Германии боролись против нацистов, суть в том, что существовал сильный консенсус в поддержку зла. В истории есть много других примеров, иллюстрирующих этот момент.

The second alternative is social pressure or consensus. This, I believe, is where a lot of atheists and humanists face some difficulty, philosophically speaking. If social pressure really forms the basis of objective morals, then the proponents of this assertion face a huge issue. Firstly, it makes morals relative, as they are subject to inevitable social changes. Secondly, it leads to moral absurdities. If someone accepts consensus as a basis for morals, then how can we justify our moral position towards what the Nazis did in 1940s Germany? How can we claim that what they did was objectively morally wrong? Well, we cannot. Even if you claim that some people in Germany fought against the Nazis, the point is that there was a strong consensus supporting the evil. There are many other examples in history to highlight this point.

Моральный реализм.

Moral realism.

Последняя альтернатива — нетеистическая форма моральный реализм. Моральный реализм, также называемый моральным объективизмом, — это взгляд, согласно которому нравственность объективна, внешня по отношению к нашему разуму и эмоциям и не зависит от них. Однако отличие этого типа морального реализма от того, что отстаивается в данной главе, состоит в том, что сторонники морального реализма не утверждают, что им требуется какое-либо основание. Поэтому такие моральные ценности, как сострадание, справедливость и терпимость, просто существуют объективно. С этой позицией связано несколько проблем. Во-первых, что значит сказать, что справедливость просто существует? Или что объективные моральные ценности просто существуют? Эта позиция противоречит интуиции и лишена смысла. Мы попросту не знаем, что такое «справедливость», существующая сама по себе. Важно понимать, что если нравственность объективна (в том смысле, что она находится вне личного мнения индивида), то она требует рационального объяснения. В противном случае вопрос «Как они объективны?» остается без ответа. Во-вторых, нравственность не ограничивается признанием объективности сострадания или справедливости. Нравственность предполагает чувство долга или обязанности:

The final alternative is a non-theistic form of moral realism. Moral realism, also referred to as moral objectivism, is the view that morals are objective and they are external and independent of our minds and emotions. However, the difference between this type of moral realism and what this chapter has been advocating, is that moral realists do not assert that they require any foundation. So moral values such as compassion, justice and tolerance just exist objectively. There are a few problems with this position. Firstly, what does it mean to say that justice just exists? Or that objective moral values just exist? This position is counterintuitive and meaningless. We simply do not know what ‘justice’ is, existing on its own. Significantly, one has to understand that if morals are objective (in that they are outside of an individual’s personal opinion), then they require a rational explanation. Otherwise, the question How are they objective? is unanswered. Secondly, morality is not limited to recognizing the objectivity of compassion or justice. Morality entails a sense of duty or obligation:

Мы обязаны быть милосердными и справедливыми. При моральном реализме такие обязательства невозможны, поскольку признание того, что определённая моральная ценность объективна, само по себе не обеспечивает того, что мы обязаны её осуществлять. Моральная обязанность не следует из одного лишь признания её объективности. Выполнение моральных обязательств имело бы смысл, если бы они были должны, или если бы существовало чувство долга. Моральный реализм не даёт никакой причины, по которой кто-то должен быть обязан быть нравственным. Однако если эти моральные ценности основаны на Божественных повелениях, то они не только делают эти нормы объективными, но и устанавливают основание для обязанности быть нравственным, ибо у нас есть долг повиноваться повелениям Бога.

we are obligated to be compassionate and just. Under moral realism such obligations are impossible, because recognising that a certain moral value is objective does nothing to ensure that we are obligated to implement it. A moral obligation does not follow from just acknowledging that it is objective. Following through with one’s moral obligations would make sense if they are owed, or if there is a sense of duty. Moral realism does not provide any reason why someone must be obliged to be moral. However, if these moral values are based on Divine commands, then not only do they make these morals objective, but they establish the basis for being obligated to be moral—because we have a duty to obey the commands of God.

В свете вышесказанного очевидно, что объективная нравственность предполагает существование Бога, Который находится вне вселенной и может выдвигать универсальное нравственное требование через Свои повеления.

In light of the above discussion, it is obvious that objective morality necessitates God’s existence, as He is external to the universe and can make the universal moral claim via His commands.

Что, если они отвергают объективную нравственность?

What if they reject objective morality?.

Как крайнее средство некоторые атеисты пытаются избежать интеллектуального смущения, отвечая на приведённый выше вывод тем, что отрицают объективность морали. Справедливо. Я согласен. Если кто-то не принимает аксиому о том, что нравственность объективна, то аргумент не работает. Но это палка о двух концах. Как только атеист отрицает объективность любого нравственного утверждения, он теряет право объективно указывать пальцем на религию, и в частности на ислам. Он не может даже указать на Ку-клукс-клан, ИГИЛ или даже на диктатуру Северной Кореи! Ирония в том, что именно это и делают многие атеисты. Они выносят нравственные суждения, которые имеют объективный оттенок. Им следовало бы оговаривать каждое своё нравственное суждение и просто говорить: «Это моё субъективное мнение». Однако в глубине души большинство здравомыслящих людей не отрицают объективности некоторых базовых нравственных норм, таких как запрет убийства, кражи и насилия. Непонимание аргумента.

As a last resort, some atheists try to avoid intellectual embarrassment by replying to the above conclusion by denying that morality is objective. Fair enough. I agree. If someone does not accept the axiom that morals are objective, then the argument does not work. But that is a double-edged sword. The minute the atheist denies the objectivity of any moral claim, he has no right to point the finger at religion, or more specifically Islam, in any objective way. He cannot even point the finger at the KKK, ISIS or even the dictatorship of North Korea! The irony here is that this is exactly what many atheists do. They make moral judgments that have an objective flavour to them. They should put a caveat to all of their moral judgments and simply say, “This is my subjective view.” Doing that renders their moral disagreements or outrage pointless. However, deep down inside, most sane human beings do not deny the objectivity of some basic morals, such as murder, theft and abuse. Misunderstanding the argument.

Некоторые атеисты, и даже некоторые академические учёные, неверно понимают этот довод, смешивая моральную эпистемологию с моральной онтологией. Довод, который я изложил до сих пор, не касается того, как мы узнаём, что является добром, — это относится к моральной эпистемологии. Он обращён к тому, откуда берётся мораль и каковы её природа, — это относится к моральной онтологии. Божьи повеления составляют онтологическое основание того, что нравственные ценности и истины объективны. То, как мы узнаём, какими именно являются эти нравственные нормы, — вопрос моральной эпистемологии. Довод, представленный в этой главе, не касается моральной эпистемологии. Он относится к моральной онтологии, то есть к основаниям и природе морали. В простейшей форме довод звучит примерно так: если нечто является добром, является ли оно объективно добром? Если оно объективно добро, то это необходимо предполагает существование Бога, ибо Он — единственное основание объективного добра. Довод не спрашивает о том, как мы узнаём, что нечто является добром.

Some atheists, and even some academics, misunderstand the argument by conflating moral epistemology with moral ontology. The argument I have presented so far is not concerned with how we get to know what is good, which refers to moral epistemology—it directs its attention to where morals come from and their nature, which refers to moral ontology. God’s commands provide the ontological foundation for morals values and truths to be objective. How we get to know what these morals are is a matter of moral epistemology. The argument presented in this chapter does not concern moral epistemology. This argument is about moral ontology, which refers to the foundations and nature of morality. The argument in its simplest form goes something like this: if something is good, is it objectively good? If it is objectively good, then it necessitates God’s existence, as He is the only foundation for objective good. The argument does not ask how we know when something is good.

Абсолютное и объективное.

Absolute vs. objective.

Серьёзное возражение, которое может выдвинуть внимательный и начинающий богослов, состоит в том, что в исламском богословском дискурсе (как и практически во всех правовых системах мира) существуют ситуации, в которых убийство (например, при защите себя и своей семьи) становится морально (и юридически) допустимым. Следовательно, ничто не является объективно злом. Это интересное рассуждение, однако оно смешивает абсолютную мораль с объективной моралью; это очень разные вещи. Абсолютная мораль подразумевает, что моральный поступок является добром или злом независимо от конкретной ситуации. Например, тот, кто считает убийство абсолютно недопустимым, будет считать убийство дурным даже в случае самообороны. Объективная же мораль открыто признаёт зависимость некоторых нравственных истин от контекста. Объективным моральным фактом может быть, например, такое положение: убийство человека без надлежащего оправдания является злом. Зависимость этого нравственного утверждения от контекста содержит важную оговорку: убийство должно быть также неоправданным. Так, убийство другого человека может рассматриваться как морально оправданное, если убитый беспорядочно стрелял в детей в местной школе. Представленный мной аргумент не опирается на абсолютные представления о морали. Замечание об этическом релятивизме. Этический релятивист, утверждающий, что мораль зависит от культурных норм, мог бы сказать, что рассуждение об абсолютной и объективной морали доказывает, что нравственность не объективна, а относительна. Те же, кто считает мораль объективной, возразили бы, что то, во что люди верят, что они чувствуют или делают, не имеет значения и не умаляет объективной моральной ценности (а это и есть точное определение объективности). С этой точки зрения этический релятивизм несостоятелен, поскольку ссылается на культурные практики, чтобы опровергнуть то, что объективно истинно. Это обречено на провал, ибо определение объективной морали гласит, что нравственные нормы не зависят от чувств, убеждений и культурных обычаев, поэтому использовать их как средство для отрицания объективности морали бессмысленно.

A valid concern that can be raised by the keen and aspiring theologian is that within Islamic theological discourse (and virtually all of the justice systems in the world), certain situations exist where killing (such as defending one’s self and family) becomes morally (and legally) permissible. Therefore, nothing is objectively evil. This is an interesting reflection, but it conflates absolute morality with objective morality; they are very different. Absolute morality entails that a moral act is good or bad regardless of the given situation. For example, someone who believes killing is absolutely wrong would believe killing is wrong even in self-defence. Objective morality, however, readily acknowledges the context-sensitivity of some moral truths. An objective moral fact might be killing human beings without appropriate justification is wrong. The context-sensitive nature of this moral claim includes an important caveat that the killing must also be unjustified. For instance, killing another human being might be seen as morally justified, if the person who was killed had been indiscriminately shooting children at a local school. The argument I have presented does not involve absolute notions of morality. A note on ethical relativism An ethical relativist, who maintains that morality is relative to cultural norms, would argue that the discussion on absolute and objective morality proves that morals are not objective, and that they are relative. Those who maintain that morals are objective would argue that what people believe or feel or do is irrelevant, and does not take away from objective moral value (and that is precisely the definition of objectivity). Ethical relativism is bankrupt from this perspective because it points to cultural practices to refute what is objectively true. This is doomed to failure, because the definition of objective morality states that morals are independent of feelings, beliefs and cultural practices, so to use them as a means to deny the objectivity of morals is meaningless.

В этой главе содержатся весьма показательные выводы для атеиста. Если атеисты считают некоторые нравственные ценности и истины объективными, им придётся либо признать, что Бог существует — ибо Он является единственным разумным основанием существования объективной морали, — либо предложить убедительную альтернативу. Если же они не могут этого сделать, им придётся игнорировать свою врождённую склонность, которая распознаёт объективное добро и зло, и отвергнуть саму идею объективной морали. Как только они это сделают, все их обвинения и моральные суждения в адрес Ислама сведутся к уровню личной субъективности. Аргумент с позиции нравственности действительно проясняет исламское понимание Божественного. Бог совершенно благ и мудр, и Его повеления не противоречат Его совершенной природе. Следовательно, Его повеления совершенно благи.

This chapter has some striking implications for the atheist. If atheists consider some morals values and truths to be objective, they must either admit that God exists—as He is the only rational foundation for the existence of objective morality—or provide a compelling alternative. If they cannot, they have to ignore their innate disposition that recognises objective good and evil, and reject the notion of objective morals altogether. Once they do that, all their finger-pointing and moral judgements against Islam will be diminished to the level of personal subjectivity. The argument from the stance of morality truly makes sense of the Islamic conception of the Divine. God is perfectly good and wise, and His commands do not contradict His perfect nature. Therefore, His commands are perfectly good.

Знание об этом Боге даёт нам основу для объективной морали. Иными словами, знать Бога — значит знать добро.

Knowing this about God gives us a foundation for objective morals. In other words, knowing God is knowing good.