Британию считают колыбелью доктрины laissez-faire и единственной страной, которая практиковала свободную торговлю. Считается, что Британия — единственная нация, которая развивалась почти без государственного вмешательства или вовсе без него. Однако это далеко от истины, поскольку Британия первой ввела защиту молодых отраслей промышленности. Речь идёт о том, когда иностранной конкуренции создаются препятствия, чтобы отечественные компании развивались, не имея конкурентов.

Britain is regarded as the fountain of laissez-faire doctrine and the only country to have practised free trade. Britain is regarded as the only nation to have developed with little or no state intervention. However, this cannot be further from the truth since Britain was the first country to establish infant industry protection. This is where obstacles are placed upon foreign competition to ensure domestic companies develop with no competitors.

В 1721 году реформа торгового права была подытожена Бриско, экономическим историком, в 1907 году:

The 1721 reform of the mercantile law was summed up by Brisco, an economic historian in 1907:

«производство нужно было защищать внутри страны от иностранных готовых изделий; свободный экспорт готовых изделий нужно было обеспечить; и там, где это было возможно, следовало поощрять его премиями и субсидиями».38 Это означало снижение пошлин на ввоз сырья и существенное повышение пошлин на иностранные промышленные товары. В частности, Великобритания запрещала ввоз более качественных товаров из некоторых своих колоний, если они угрожали британской промышленности.

‘manufactures had to be protected at home from foreign finished products; free exportation of finished articles had to be secured; and where possible, encouragement had to be given by bounty and allowance.’38 This meant import duties on raw materials were lowered, duties on foreign manufactured goods were significantly raised. Specifically, Britain banned the imports of superior goods from some of its colonies if they happened to threaten British industries.

Следующее крупное изменение произошло в 1846 году с отменой Хлебных законов, представлявших собой ввозные пошлины, которые якобы должны были защищать британских фермеров и землевладельцев от конкуренции со стороны дешёвого импортного зерна. Однако эта мера была призвана остановить переход к индустриализации на континенте путём расширения экспортного рынка для британского сельского хозяйства. Технологическое превосходство Британии, которое сделало возможным переход к режиму свободной торговли, было достигнуто за счёт высоких и долго действовавших таможенных барьеров. Общая либерализация британской экономики была весьма контролируемым процессом, осуществлявшимся под надзором государства, а не результатом политики невмешательства.

The next big change came in 1846 with the repeal of the Corn Laws, which were import tariffs ostensibly designed to protect British farmers and landowners against competition from cheap foreign grain imports. But this was intended to halt the move to industrialization on the continent by enlarging the export market for British agriculture. Britain’s technological lead that enabled the shift to a free trade regime had been achieved behind high and long lasting tariff barriers. The overall liberalisation of the British economy was a highly controlled affair overseen by the state and not achieved through a laissez-faire approach.

С помощью промышленных стратегий продвижения Британия, достигнув своего пика к 1800 году, бороздила моря в поисках богатств по всему миру. Эта программа агрессивной колонизации закрепила положение Британии в мире и изменила характер войн: если прежде сражались за территории, то теперь — за заморские рынки. Именно эта колониальная военная машина стимулировала значительную часть британских научных исследований, инноваций, новых способов организации труда и военной стратегии. Либеральные ценности, которые превозносятся как источник развития Британии, появились уже после достижения глобального господства. Только после того как Британия добилась мирового превосходства, она стала отстаивать свободную торговлю, чтобы получить доступ к иностранным рынкам. Свободные рынки безусловно пришли после развития, а не были катализатором, запустившим Британскую империю.

With the use of industrial promotion strategies, Britain, when it reached its pinnacle in 1800, was navigating the seas in search of riches around the globe. This programme of aggressive colonisation entrenched Britain’s position in the world and changed battles from being fought for territories to offshore markets. It was this colonial war machine that drove a large chunk of Britain’s scientific research, innovation, new ways of organising labour and military strategy. The liberal values which are trumpeted as the source of Britain’s development arrived after achieving global domination. It was only after Britain achieved global supremacy that it championed free trade and this was to gain access to foreign markets. Free markets most certainly came after development rather than being the catalyst that launched the British Empire.

США также развивались похожим образом. Лишь после Второй мировой войны Соединённые Штаты начали либерализовать торговлю, и причины этого изложил доктор Джун Чанг, специалист по экономической истории из Кембриджа: «Только после Второй мировой войны США — чьё промышленное превосходство никем не оспаривалось — наконец либерализовали свою торговлю и начали отстаивать дело свободной торговли».

US development also occurred in a similar fashion. It wasn’t until after World War 2 that the US began to liberalise trade and the reasons for this was outlined by Dr Joon Change, an expert in economic history at Cambridge ‘it was only after World War 2 that the USA – with its industrial supremacy unchallenged - finally liberalized its trade and started championing the cause of free trade.

Как только западные страны обеспечивают себе промышленное доминирование, будучи защищёнными протекционистскими барьерами, они склонны выступать за свободную торговлю, чтобы выбить лестницу из-под ног последователей и закрепить своё господство. Так, несомненно, произошло с Британией в середине XIX века, которая возглавила движение за либерализацию в Европе. Соединённые Штаты пошли похожим путём сто лет спустя.

Once Western countries establish industrial dominance behind protectionist walls, they tend to advocate free trade in order to kick away the ladder from the followers and consolidate their dominance as was certainly the case for Britain in the mid 19th century which led the liberalisation drive in Europe. The United States followed a similar path a hundred years later.