«Исчезновение расового сознания между мусульманами является одним из выдающихся достижений ислама, и в современном мире, как оказалось, остро необходима пропаганда этой исламской добродетели» — Арнольд Тойнби Кризис в Европейском союзе (ЕС) из-за его конституции и экономического бюджета стал предметом широких дискуссий среди европейцев. Неевропейцы также проявили живой интерес к затруднительному положению ЕС и охотно размышляли о будущем Европы.

“The extinction of race consciousness as between Muslims is one of the outstanding achievements of Islam, and in the contemporary world there is, as it happens, a crying need for the propagation of this Islamic virtue” -- Arnold Toynbee The crisis in the European Union (EU) over its constitution and economic budget has become a subject of great debate amongst Europeans. Non-Europeans too have taken a keen interest in the EU’ s predicament and have been eager to speculate on Europe’ s future.

Некоторые предрекают упадок Европы, тогда как другие рассматривают нынешний кризис как возможность модернизировать ЕС и превратить его в мировую державу, способную бросить вызов глобальной гегемонии Америки.

Some predict Europe’ s demise, while others view the current crisis as an opportunity to modernise and transform the EU into a world power that is able to challenge American global hegemony.

Мнения большинства мусульманских комментаторов делятся на эти два лагеря. Однако из нынешнего кризиса можно извлечь важные уроки, которые ускользнули от внимания многих комментаторов. Их можно кратко изложить следующим образом:

Opinions of most Muslim commentators fall into these two camps. However, there are some important lessons to be learnt from the present crisis, which has escaped the attention of many commentators. These can be summarised as follows:

1. Исламофобия — постоянная преграда между Европой и исламским миром. Подавляющее решение голосующих в Нидерландах и Франции отвергнуть конституцию ЕС отчасти было подпитано многовековой враждебностью к исламскому миру. Это не первый случай, когда исламофобия поднимает свою уродливую голову, но впервые обычным европейцам была предоставлена возможность высказать свои опасения относительно ислама через избирательные урны.

1. Islamphobia - a permanent barrier between Europe and the Islamic world The overwhelmingly decision by Dutchxx and Frenchxxi voters to reject the EU’ s constitution was in part fuelled by centuries old animosity towards the Islamic world. This is not the first time that Islamophobia has raised its ugly head, but it is the first time that ordinary Europeans have been given a chance to voice their fears of Islam via the ballot box.

События 11 сентября, взрывы в Лондоне и Мадриде, а также стремление Турции вступить в Союз породили волну антиисламских настроений, которые проникли во все слои европейского общества. Ведущие европейские СМИ и политики-элитаристы использовали это настроение, чтобы создать постоянный раскол между Европой и исламским миром.

The events of September 11, the bomb blasts in London and Madrid, and Turkey’ s desire to join the union has created a well of anti-Islamic feelings that permeates all sections of European society. Europe’ s premier media institutions and elitist politicians have exploited this sentiment to create a permanent wedge between Europe and the Islamic world.

Европейцы, ежедневно получающие порцию исламофобии, использовали любую возможность, чтобы отвергнуть иммиграцию из исламского мира и не допустить вступления Турции в Союз.

Europeans fed on a daily diet of Islamophobia have taken every opportunity to spurn immigration from the Islamic world and reject Turkey’ s entry into the Union.

Даже Великобритания и Америка, которые выступают за вступление Турции, делают это потому, что считают, что это подольёт масла в огонь исламофобии и положит конец франко-германской мечте о могущественной Европе. Проще говоря, барьер ненависти, возведённый Европой, чтобы отразить стремления Турции и стран Магриба, стал непреодолимым. Безрассудно со стороны элиты этих мусульманских стран продолжать усилия, направленные на то, чтобы их страны стали частью союза, который поносит ислам.

Even Britain and America that champion Turkey’ s entry do so, because they believe it will stoke the flames of Islamophobia and bring an end to the Franco-German dream of a powerful Europe. Simply put the barrier of hate erected by Europe to ward off advances from Turkey and Maghreb countries has become insurmountable. It is foolhardy for the elite in these Muslim countries to continue efforts to make their countries part of a union that reviles Islam.

2. Национализм возрождается в Европе, но угасает в мусульманском мире Вновь Европа сталкивается со своим давним врагом — национализмом, который на протяжении веков опустошал континент. Европейский национализм, подавлявшийся на протяжении десятилетий, был пробужден силами глобализации и теперь угрожает разрушить самую душу Союза.

2. Nationalism resurgent in Europe but fades in the Muslim world Once again Europe is confronted with its old adversarynationalism, which for centuries has wreaked havoc on the continent. European nationalism suppressed for decades has been reawakened by the forces of globalisation and now threatens to destroy the very soul of the Union.

Сегодня европейцы больше озабочены защитой своей национальной идентичности, чем продвижением к конституции, которая делает больший акцент на европейской идентичности. Соответственно, нынешние проблемы, с которыми сталкивается Европа, и предлагаемые решения больше не рассматриваются с точки зрения единой Европы, а через призму национализма. Спор о бюджете является классическим примером того, как европейский национализм раздирает ЕС.

Today, Europeans are more worried about safeguarding their national identities than moving forward with a constitution that places greater emphasis on a European identity. Subsequently, the current problems faced by Europe, and the solutions advocated are no longer viewed from the perspective of a unified Europe, but through the prism of nationalism. The dispute over the budget is a classic example of European nationalism tearing apart the EU.

В противовес этому национализм, который был экспортирован в исламский мир и использовался для того, чтобы «разделять и властвовать» над мусульманами, находится в полном отступлении. Сегодня понятие уммы вытеснило национализм и стало объединяющей силой для мусульман по всему миру. Мусульмане от Марокко до Индонезии всё быстрее осознают, что их объединяет больше с исламским видением братства, чем с их нынешними идентичностями, определяемыми искусственными границами.

In contrast, nationalism which was exported to the Islamic world and used to ‘divide and conquer’ Muslims is in full retreat. Today the concept of Ummah has superseded nationalism and has become a unifying force for Muslims across the world. Muslims from Morocco to Indonesia are quickly discovering that they have more in common with the Islamic vision of brotherhood than their present identities defined by artificial borders.

Положение мусульман в Палестине, Чечне, Кашмире, Ираке и Афганистане уже не рассматривается как локальные проблемы, а как исламские проблемы, которые должны иметь исламское решение.

The plight of Muslims in Palestine, Chechnya, Kashmir, Iraq and Afghanistan is no longer viewed as parochial problems, but as Islamic problems that must have an Islamic solution.

1. Политическое единство — мечта для Европы, но реальность для мусульман Эксперимент под названием «Евросоюз» был смелой попыткой некоторых европейских государств положить конец многовековому расколу и войнам. Этой инициативе дополнительный импульс придало осознание элитами Франции и Германии того, что в одиночку им не бросить вызов американскому превосходству. Так родилась идея европейского супергосударства.

1. Political unity is a dream for Europe but a reality for Muslims The EU experiment was a bold attempt by some European nations to put to rest centuries of division and warfare. This initiative was given further impetus, when the elites in France and Germany realised that American supremacy could not be challenged by them alone. Hence the concept of a European Super state was born.

Но после 40 лет попыток создать постмодернистское государство Евросоюз распался на совокупность премодернистских государств (национальных государств), где влиятельные государства, такие как Англия, Франция и Германия, находятся в серьёзных разногласиях по поводу будущего Европы.

But after 40 years of trying to create a post modern state, the EU has disintegrated into a collection of pre-modern states (nation states), where powerful states like England, France and Germany are at loggerheads over Europe’ s future.

Это был предсказуемый исход. Европейский континент на протяжении веков был охвачен культурными различиями, религиозными расколами и острым соперничеством между могущественными государствами.

This was a predictable outcome. The European continent has been plagued with cultural differences, religious schisms and intense rivalries between powerful states.

История Европы ясно показывает, что объединяет европейцев очень мало, кроме внешних угроз.

European history clearly demonstrates that there is very little to unite Europeans except foreign threats.

В XVII веке продвижение османской армии к воротам Вены ненадолго побудило европейские государства отбросить свои разногласия — однако позднее эти разногласия возобновились. В XX веке угрозы со стороны Советского Союза, а позднее — глобальная гегемония Америки вынудили Европу объединиться в форме союза.

In the 17th century the advance of the Ottoman army to the gates of Vienna briefly spurred European nations to put aside their differences-only to be resumed later. In the 20th century, the threats from the Soviet Union, and later from America’ s global hegemony forced Europe to coalesce in the form of a union.

Чаще всего объединение европейских государств бывает временным и используется некоторыми из них для восстановления сил после опустошений войны. Но как только внешняя угроза ослабевает, в данном случае положение Америки в мире, Европа возвращается к состоянию разобщённости.

More often than not, the coming together of European nations is a temporary affair and is used by some to recuperate after experiencing the ravages of war. But as soon as the external threat weakens, in this case America’ s position in the world, Europe defaults to a state of disunity.

Однако объединение мусульманского мира в единое целое — это не просто мечта, а реальность. На протяжении веков мусульмане, независимо от различий в расе, языке, цвете кожи и географическом положении, оставались частью единого политического образования, известного как Халифат.

However, the unification of Muslim world into a single entity is not a mere dream but a reality. For centuries, Muslims irrespective of differences in race, language, colour and geography remained part of a single political entity known as the Caliphate.

Современные национальные государства в исламском мире чужды мусульманам. У них нет прецедента в исламской истории, и они не являются продуктом исламской юриспруденции. Национальное государство было навязано мусульманам западными державами, чтобы помешать восстановлению Халифата.

The present day nation states in the Islamic world are alien to Muslims. They do not have any precedence in Islamic history nor are they a product of Islamic jurisprudence. The nation state was forced upon the Muslims by western powers to prevent the re-establishment of the Caliphate.

Таким образом, мусульманские массы так и не выразили подлинной верности этим искусственным государствам и вынуждены были подчиняться тирании. Теперь остается лишь вопрос времени, когда эти режимы террора будут свергнуты, а на их руинах будет установлен всемирный Халифат.

As such, the Muslim masses never really expressed their loyalty to these artificial states and had to be governed by tyranny. Now it’ s just a matter of time before these regimes of terror are toppled and a global Caliphate is established on their ruins.

Правители мусульманского мира не слепы к этим реалиям; напротив, они им противостоят. Эти правители постоянно твердят, что мусульмане никогда не смогут объединиться, а создание Халифата принадлежит прошлому.

The rulers of the Muslim world are not blind to these realities; rather they are opposed to them. These rulers continuously preach that Muslims can never be united and that the establishment of the Caliphate belongs to the realm of the past.

Если им вдруг и случается предложить единство между мусульманами, то это происходит через институты западного происхождения, такие как ОИС, Лига арабских государств, Совет сотрудничества стран Персидского залива (ССЗ) и подобные им.

If by chance, they ever do suggest unity between Muslims then it is through western inspired institutions like the OIC, Arab League, Gulf Cooperation Council (GCC) and the like.

Парадоксальным образом именно эти институты и национальные государства, созданные для того, чтобы отсрочить политическое единство мусульман, стали движущей силой перемен. Их бессилие побудило мусульман по всему миру отказаться от Европы и Америки как образцов для подражания и удвоить усилия по восстановлению Халифата.

Paradoxically these institutions and the nation-states that were manufactured to delay the political unity of Muslims have become the vehicles of change. Their impotence has encouraged Muslims worldwide to discard Europe and America as model states, and to redouble their efforts to reestablish the Caliphate.

9 июля 2005

July 9, 2005