Мустафа Кемаль воздерживался от какой-либо другой деятельности, кроме распространения своих идей и сбора сторонников, до мая 1919 года, когда настал его черед, а союзники начали действовать иным образом, чтобы достичь своей цели, то есть отделить Турцию от других частей Османского государства, уничтожить Халифат и установить турецкую республику.

Mustafa Kemal refrained from undertaking any other activity apart from spreading his thoughts and gathering supporters until May 1919, when his turn came and the allies started working in a different style to achieve their objective, i.e that of separating Turkey from the other parts of the Ottoman State, destroying the Khilafah and establishing a Turkish republic.

Это произошло однажды, после того как их попытки вызвать политический кризис и привести к власти своих агентов законным и легальным путём провалились. Их действия носили политический, международный и революционный характер. Побудило их к этому упорное стремление Италии захватить Киликию как часть своей добычи. Поэтому Британия поняла, что до тех пор, пока она не будет действовать изнутри самой Турции против союзников, она не сможет осуществить свой план в Турции и вытеснить своих противников, Францию и Италию, с стратегических позиций Турции. Когда Италия в апреле 1919 года оккупировала город Анталью и прилегающие земли, а затем оккупировала Файюм, который входил в состав Югославии, она попыталась занять Измир от имени союзников.

This took place once their endeavours to cause a political crisis and place their agents in power through legitimate and legal means had failed. Their actions were political, international and revolutionary. What prompted them was Italy’s persistence to seize Cilicia as part of her spoils. Hence, Britain realised that as long as she does not operate from within Turkey proper against the allies, she would not be able to execute her plan in Turkey and chase her opponents, France and Italy, from Turkey’s strategic positions. Once Italy had occupied the city of Antalia and the surrounding estates in April 1919, and once she had occupied Fayum, which was part of Yugoslavia, she attempted to occupy Izmir on behalf of the Allies.

Великобритания и Франция выступили против её шага и решили противостоять ей и не допустить её занятия Измира или западного побережья Анатолии.

Britain and France opposed her move and decided to confront her and prevent her from occupying Izmir or the western coastline of Anatolia.

Затем они начали возражать против её занятия Антальи, утверждая, что это даст ей контроль над восточной частью Средиземного моря. Договор, подписанный между Великобританией, Францией, Италией и Россией, который одобрял занятие Италией Измира и западного побережья, был признан недействительным, поскольку Россия вышла из войны и никогда его не подписывала. Затем они разработали свой план, по которому Греция должна была занять Измир.

Then they started objecting to her occupation of Antalia arguing that this would give her control over the eastern side of the Mediterranean. The treaty that had been signed between Britain, France, Italy and Russia, endorsing Italy’s occupation of Izmir and the western coastline, was considered null and void because Russia had withdrawn form the war and never signed it. They then laid their plan for Greece to occupy Izmir.

С одной стороны, они приступили к осуществлению этого плана. С другой стороны, Великобритания одновременно заявляла, что в Анатолии, внутри Малой Азии, вспыхнули беспорядки, что грабежи, разбои и мародерство стали повсеместными и что их число угрожающе растёт. Она утверждала также, что силы безопасности бесцельно слоняются по стране, подчёркивая, что закон и порядок должны соблюдаться и что для борьбы с теми, кто нарушает безопасность, требуется жёсткий подход. Поэтому Великобритания потребовала от правительства в Стамбуле направить в восточные провинции сильного человека и поручить ему задачу восстановления закона и порядка и возвращения власти правительства.

They set about executing this plan on the one hand. On the other hand, Britain simultaneously claimed that disturbances had broken out in Anatolia, inside Asia Minor, and that robberies, looting and pillaging had become widespread and that it was on an alarming increase. She claimed also that the security forces had been roaming the country aimlessly, streesing that law and order must be observed and that a heavy handed approach was required to deal with those who breached security. Hence, Britain demanded from the government in Istanbul to send a strong man to the eastern provinces and assign to him the task of restoring law and order and re-establishing the government’s authority.

Она также неофициально рекомендовала Мустафе Кемалю занять эту роль.

She also unofficially recommended Mustafa Kemal to assume this role.

Военное министерство обратились по этому вопросу, и Джавад-паша, старший советник военного министерства, одобрил его. Он ничего не знал о Мустафе Кемале, но военный министр относился к намерениям Кемаля с подозрением, ибо был осведомлён о его планах. Тем не менее он немедленно согласился и сообщил эту новость Мустафе Кемалю, который ответил, что для скорого расследования и для принятия надлежащих мер, пока в восточных провинциях царят беспорядки, неизбежно потребуется предоставить ему широкие полномочия и сделать его решения обязательными. Министерство согласилось на все его требования.

The war ministry was approached pertaining this issue and Jawad Pasha, the Senior Adviser at the war ministry, approved. He knew nothing of Mustafa Kemal, but the war minister was suspicious of Kemal’s intentions, for he was aware of his plans. Nevertheless, he immediately agreed and broke the news to Mustafa Kemal, who replied that for a speedy investigation to be carried out and for the appropriate measures to be executed while unrest was rampant in the eastern provinces, this would inevitably require that he be given wide powers and for his decisions to be binding. The ministry agreed to all his demands.

Мустафа Кемаль до того момента хранил молчание и держался спокойно. Никто не знал, что он питает враждебные чувства к султану и правительству, ибо он втайне собирал сторонников. Его стремление получить широкие обязательные полномочия побудило его отвергнуть инструкции, которые ему были вручены сначала. Он пересмотрел их и переписал заново в форме, призванной достичь цели, к которой он стремился. Пересмотрев инструкции, он затем представил свою форму премьер-министру, который подписал её, не проверив. Затем он отнёс её военному министру, который поначалу колебался, а затем подписал. Копии были направлены британскому верховному комиссару, Харрингтону, главнокомандующему войсками союзников, и всем офицерам войск союзников.

Mustafa Kemal had been up until then silent and calm. No one knew that he harboured feelings of hostility towards the Sultan and the government, for he used to gather supporters in total secrecy. His eagerness to acquire wide mandatory powers led him to reject the instructions handed to him at first. He reviewed them and wrote them anew in a format designed to achieve the goal he was aiming for. Having reviewed the instructions, he then presented his own format to the Prime Minister who signed it without checking them. He then took them to the war minister who at first hesitated and then signed. Copies were dispatched to the British High Commissioner, to Harrington, the General Commander of the allied forces, and to all the officers of the allied forces.

Стоит отметить, что только Британия проявляла чрезмерную заинтересованность и стремление подавить беспорядки. Что касается Франции, то она никогда не ожидала возникновения каких-либо тревожных волнений в этой поверженной империи, поэтому не уделяла им никакого внимания.

What is worth mentioning is that Britain alone was the only country to show excessive concern and desire to quell the unrest. As for France, she never expected the breakout of any alarming disturbances in this vanquished empire, hence she did not pay them any attention.

Тем не менее, получив свои указания и добившись всех необходимых полномочий, которых он желал, Мустафа Кемаль отплыл в Анатолию и покинул Стамбул 15 мая на небольшом судне «Аниполи», надеясь достичь Самсуна через Чёрное море.

Nevertheless, once Mustafa Kemal was given his instructions, and once he had secured all the mandatory powers he had wanted, he set sail for Anatolia and left Istanbul on 15th May aboard the small ship Anipoli, hoping to reach Samsun via the Black Sea.

Тем временем, во второй декаде апреля 1919 года, османское правительство было проинформировано, что согласно седьмой статье условий перемирия союзники собираются провести оккупацию Измира и что по этой статье они оставляют за собой право осуществить её всякий раз, когда их интересы окажутся под угрозой. Поэтому премьер-министр Дамад Ферид-паша дал указания вали Измира. Он подчеркнул необходимость удерживать армию в казармах и обязал его силой запретить любые демонстрации, которые могли бы проводить местные жители.

Meanwhile, in the second week of April 1919, the Ottoman government was briefed that according to the seventh article pertaining to the terms of the truce, the allies were about to carry out their occupation of Izmir, and that according to this article, they reserved the right to execute this whenever their interests were threatened. Therefore, the Prime Minister Damad Farid Pasha gave his instructions to the Wali of Izmir. He emphasised the need to keep the armies inside their barracks and forced him to ban by force any demonstration which the locals may hold.

14 мая 1919 года британский флот был замечен у берегов Измира. Командующий флотом адмирал Колторп сообщил вали, чтобы тот был готов к союзным войскам, которые вот-вот должны были высадиться. Затем он вызвал вали на встречу. Когда тот прибыл, адмирал сказал ему: «Я только что узнал, что высаживаться и занимать Измир будут греки». Вали был потрясён и смотрел на адмирала с недоверием. Он не мог сдержать слёз, и они потекли обильно. С комом в горле и голосом, выражавшим унижение и уныние, он произнёс: «Греки! Греки пришли занять Измир?» Адмирал ответил: «Таковы приказы, которые я получил из Парижа». Вали сказал: «Я не несу за это ответственности и не могу предсказать, что случится». Командующий сказал ему: «Невозможно, чтобы Измир занял кто-либо, кроме греков. Вы понимаете?» На это вали сказал ему: «Мне нужны всего триста ваших солдат, чтобы успокоить мусульман и доказать им, что оккупацию проводят союзники, а не греки, и что эта оккупация временная, а не постоянная». Командующий ответил: «Невозможно». После этого он завершил разговор.

On 14th May 1919, the British fleet was seen inshore around Izmir. The commander of the fleet, Admiral Colthorpe, told the Wali to be ready for the allied forces who were about to disembark. Then he summoned the Wali to meet him. When he arrived he said to him : “I have just heard that it will be the Greeks who will be disembarking and occupying Izmir.” The Wali was devastated and looked at the Admiral in disbelief. He could not hold back the tears, so they started flowing profusely and he said with a lump in his throat and in a voice expressing humiliation and dejection : “The Greeks! The Greeks have come to occupy Izmir?” The Admiral replied : “These are the orders I received from Paris.” The Wali said : “I am not responsible and I cannot predict what will happen.” The commander said to him : “It is impossible for other than the Greeks to occupy Izmir. Do you understand?” Upon this the Wali said to him : “I only need three hundred of your soldiers to reassure the Muslims and to prove to them that the occupation is carried out by the allies and not the Greeks, and that this occupation is temporary rather than permanent.” The Commander replied : “Impossible.” Then he ended the conversation.

В результате этой телеграммы вали Синопа был снят с должности, и между премьер-министром, действовавшим от имени султана, и Мустафой Кемалем начался обмен телеграммами: султан настаивал, чтобы Мустафа Кемаль немедленно вернулся. Однако Мустафа Кемаль отказался и отправил телеграмму, в которой заявил: «Я останусь в Анатолии до тех пор, пока не будет достигнута независимость страны». Это открытое неповиновение стало первым шагом к восстанию; он продолжал собирать людей и разъезжать по Анатолии, пока не разжёг восстание.

As a result of this telegram, the Wali of Sinop was dismissed from his post and telegrams were exchanged between the Prime Minister, acting on behalf of the Sultan, and Mustafa Kemal, with the Sultan insisting that Mustafa Kemal should return immediately. However, Mustafa Kemal refused and sent a telegram in which he said : “I shall remain in Anatolia until the country’s independence is achieved.” This flagrant refusal was the first step towards the rebellion; and he went on gathering people and roaming about Anatolia until he had flared up the rebellion.

Так начал свой мятеж Мустафа Кемаль, который закончился упразднением Халифата и отделением Турции от других частей Османского государства, или, по выражению западных авторов, разрушением Османской империи. Одних этих событий достаточно, чтобы без малейшего сомнения заключить, что именно англичане инициировали всё, чтобы разжечь этот мятеж, и что именно они отправили Мустафу Кемаля для его осуществления. Ведь это они утверждали, что в восточных провинциях возникли беспорядки, это они требовали, чтобы Мустафа Кемаль отправился подавлять эти беспорядки, это они подстрекали греков занять Измир под опекой и защитой своего флота и совершить такие провокации. Также именно англичане доставили Мустафу Кемаля в Измир, несмотря на мольбы османских властей вернуться, и расчистили ему путь, чтобы он немедленно воспользовался этими провокациями и начал собирать вокруг себя людей. Эти события говорят сами за себя и с наибольшей очевидностью указывают на несомненную истину, которую может увидеть каждый.

This is how Mustafa Kemal started his rebellion which ended in the abolishment of the Khilafah and the severance of Turkey from the other parts of the Ottoman State, or according to the Westerners, the destruction of the Ottoman Empire. From these events alone, one can conclude without any shade of a doubt that it was the British who had initiated everything to flare up this rebellion, and that it was they who had sent Mustafa Kemal to carry it out. For it was they who claimed that there had been disturbances in the eastern provinces, it was they who demanded that Mustafa Kemal should go to quell the disturbances, it was they who inspired the Greeks to occupy Izmir, under the guardianship and protection of their fleet, and to carry out such provocations. Also it was the British who had brought Mustafa Kemal to Izmir, despite the Ottoman authorities’ pleas for him to return, and who paved the way for him to immediately take advantage of those provocations and start gathering people around him. These events speak volumes and indicate most conspicuously the conclusive truth which everyone can put their finger on.