Возможность эффективно вкладывать капитал, объединять труд и знания и создавать компании является основополагающей для любого общества. В то время как западные общества сосредоточились вокруг акционерного общества, акции которого свободно торгуются на фондовых биржах, ислам установил особые правила создания и функционирования компаний, которые имеют некоторые заметные отличия.

The opportunity to invest wealth, aggregate labour and expertise, and form companies in an efficient manner is fundamental to any society. While western societies have congregated around the joint stock company which is freely traded on stock markets, Islam has set out specific rules for the formation and function of companies which have some distinct differences.

Ислам рассматривает создание компании как особую сделку, требующую оферты и акцепта всеми участниками, то есть для принятия новых участников необходимо согласие между партнёрами. Основополагающим для этой сделки является также положение о том, что корпоративное юридическое лицо имеет определённый капитальный и личностный («корпус») элемент, тогда как стандартное акционерное общество является компанией только капитала (даже директора являются наёмными работниками). Элемент «корпуса» (личностного начала) у компании является абсолютным требованием, поскольку он обеспечивает полную подотчётность и ответственность за действия компании. Это в сочетании с запретом на «ограниченную ответственность» означает, что анонимность, за которой многие скрываются в стандартной публичной компании с ограниченной ответственностью (PLC, Public Limited Company) или в акционерном обществе (SA, Société Anonyme во Франции), исключается. Отсутствие подотчётного «корпуса» с ограниченной ответственностью имело катастрофические последствия в нынешнем кризисе. 26.

Islam treats the formation of the company as a specific transaction requiring an offer and acceptance by all participants meaning that there must be agreement between partners for new participants. Fundamental to the transaction is also the notion that the corporate entity has a specific capital and body element, whereas the standard joint stock company is a company of capital only (even the Directors are employees). A “body” element to the company is an absolute requirement as it establishes complete accountability and responsibility for the actions of the company. This coupled with prohibition of “limited liability” means that the anonymity behind which many hide in the standard PLC (Public Limited Company) or SA (Société Anonyme in France) is avoided. This lack of an accountable body with limited liability has had disastrous consequences in the current crisis. 26.

Когда опозоренный генеральный директор обанкротившегося инвестиционного банка Lehman Brothers Ричард Фулд 6 октября 2008 года давал показания перед Конгрессом, он защищал свою зарплату в размере 484 миллионов долларов, полностью сознавая, что уходит от катастрофы, которую он и его коллеги допустили в банке. Без какой-либо личной ответственности за leveraging их балансовых активов в 20–30 раз, за неимоверно рискованные ставки, которые они делали, и за сотни тысяч деривативных контрактов, которые оставались непогашенными, Фулд мог с легкостью отмахиваться от большинства вопросов. В своих показаниях он заявил, что взял на себя «полную ответственность» за банкротство Lehman Brothers и что «ему было ужасно плохо» из-за этого. Однако даже за несколько дней до краха банка (когда ему не удалось получить помощь от казначейства) его руководители одобряли выплату 20 миллионов долларов «специальных выплат» уходящим старшим руководителям27.

When the disgraced Chief Executive officer of the failed investment Bank Lehman Brothers, Richard Fuld, gave testimony to Congress on October 6th, 2008 he defended his $484 million in salary fully aware that he was walking away from the disaster he and his colleagues oversaw at the bank. Without any personal liability for the 20 or 30 times leveraging of their balance sheet assets, the enormously risky bets they were taking nor the hundreds of thousands of derivative contracts which remain outstanding, Fuld could happily brush aside most questions. In his testimony he said he took “full responsibility” for the bankruptcy of Lehman Brothers and “felt horrible” about it. Yet, even days before the bank collapsed (failed to gain a Treasury bailout) their executives were endorsing $20 million in ‘special payments’ for departing senior executives27.

Спор о размере бонусов руководителей в условиях нынешнего кризиса и о том, следует ли их ограничивать, упускает самый важный факт. Когда у банка почти нет реальной денежной и правовой ответственности за его действия, мы можем ожидать того рода злоупотреблений, которые стали обычным явлением. Исламское корпоративное право гарантирует, что владельцы компании не укрываются за ограниченной ответственностью: они полностью отвечают за исполнение своих договоров и за любые денежные последствия всех сделок, которые заключают. Более того, реактивное законодательство, например закон Сарбейнса-Оксли, принятый в США в ответ на скандалы с Enron и WorldCom, когда старшие руководители фактически «приукрашивали» отчетность, почти не повлияло на нынешний кризис, поскольку оно не затронуло ключевой элемент ответственности за сделки банков и учреждений. В исламе владельцы и партнеры любой компании остаются ответственными за убытки даже после того, как компания обанкротилась. Именно вопрос реальной ответственности за действия, а не возможное ограничение бонусов, способен привнести трезвость в торговые практики руководителей компаний.

The debate over levels of executive bonuses in this crisis and whether they should be curtailed neglects the most important fact. When there is little or no actual monetary and legal accountability for the actions of a bank then we can expect the type of excesses that have become common. Islamic corporate law ensures that the owners of the company are not shielded behind limited liability, they are fully accountable for the performance of their contracts and any monetary impact for all the transactions they enter into. Furthermore reactive legislation such as the Sarbannes Oxley laws introduced in the US in response to the Enron and Worldcom debacles where senior executives were effectively “cooking the books” has had virtually no effect in this crisis because it failed to address the key element of liability for the transactions of the banks/institutions. In Islam the owners/partners of any company remain liable for losses even after a company has failed. This issue of real accountability for actions, rather than potential curtailment of bonuses provides a level of sobriety to the trading practices of company executives.

Необходимо также подчеркнуть, что, за некоторыми исключениями, агрессивное использование заёмных средств (кредитного плеча), деривативные ставки и множество рискованных сделок были полностью законными в соответствии со слабым корпоративным законодательством, регулирующим бизнес на Западе. Неудивительно поэтому, что руководители воспользовались такой вольной торговой средой, чтобы выплачивать себе огромные компенсационные пакеты, мало заботясь о связанных с этим рисках.

It must also be stressed that, with a few exceptions, the aggressive leveraging (borrowings), derivative bets, and array of risky transactions were all fully legal under the lax corporate laws governing business in the West. It is thus little wonder that executives have taken advantage of such a lax trading environment to drive massive compensation packets for themselves, with little concern for the risks involved.