После Первой мировой войны союзники оккупировали все земли Исламского государства. Их главной целью было окончательно уничтожить Государство и затем добиться того, чтобы оно никогда больше не возродилось. Разрушив Исламское государство, они занялись тем, чтобы не допустить восстановления Исламского государства ни в одной из его земель. Они разработали несколько планов и использовали несколько методов, чтобы гарантировать, что Исламское государство никогда не вернётся к существованию, и они до сих пор продолжают работать над достижением этой цели.

In the wake of the First World War, the allies occupied all the lands of the Islamic State. Their main aim was to destroy the State for good and then ensure that it would never rise again. Once they had destroyed the Islamic State, they set about making sure that the Islamic State could not be reestablished in any part of its lands. They designed several plans and used several methods to make certain that the Islamic State would never return to existence, and they are still working towards that objective.

Следуя тщательно продуманному плану, неверные колониальные державы принялись укреплять свою хватку над мусульманскими землями с самого первого дня, как оккупировали исламский мир. В 1918 году они заняли страны, которые всё ещё находились под властью Османского государства, и установили в них военное управление до 1922 года. Они усилили свою власть над ними посредством мандатного правления или «автономии». Затем наступил 1924 год. В том году враг, особенно Британия, предпринял многие шаги, чтобы подавить любые попытки, прямые или косвенные, направленные на возрождение Исламского государства.

Following a carefully designed plan, the disbelieving colonial powers set about strengthening their grip on the Muslim lands, from the very first day that they occupied the Islamic world. In 1918, they occupied the countries which were still under the rule of the ‘Uthmani State and established military rule within them until 1922. They concentrated their stranglehold over them through mandatory rule or self autonomy. Then came 1924. In that year, many steps were taken by the enemy, especially Britain, in order to quell any moves; whether directly or indirectly, aimed at reviving the Islamic State.

В том же году Мустафа Кемаль под прямым давлением колониальных неверных упразднил институт Халифата в Османском государстве и превратил Турцию в «демократическую» республику. Так он разрушил призрак Халифата и вместе с ним последнюю надежду на возвращение Исламского государства. В том же году Аль-Хусейн ибн Али был изгнан из Хиджаза и заключён в тюрьму на Кипре, поскольку он стремился к Халифату. В тот же самый год британцы через своих пособников добились того, чтобы Халифатская конференция, проводившаяся в Каире, была отменена и обречена на провал. Также в том же году британцы приложили большие усилия, чтобы распустить Халифатское движение, созданное в Индии, добившись того, чтобы его устремления были сорваны, а его направленность превратилась в националистическую и сектантскую. Ещё в том же году, под давлением колониальных неверных, была опубликована литература, написанная некоторыми учёными аль-Азхара, которая призывала к отделению религии от государства, утверждая, что ислам не содержит никаких основ для управления или правления и изображая ислам как богословскую (канутийскую) религию, лишённую основ и предписаний о правлении и государстве. И снова в том же году и в следующем году в арабских странах на первый план вышли споры и дебаты по двум темам, инспирированные софистами: какая из двух лиг будет лучше — Арабская лига или Исламская лига? Газеты и журналы сосредоточили внимание на этом вопросе, несмотря на то что обе лиги оказывали пагубное влияние и что само их существование становилось препятствием на пути любой попытки восстановить Исламское государство. Тем не менее колониальные неверные добились того, чтобы эта дискуссия возникла, чтобы отвлечь внимание от настоящего вопроса — Исламского государства. Таким образом, эти шаги сумели отдалить умы людей на мусульманских землях от понятия Халифата и Исламского государства.

In that year, Mustafa Kemal abolished the Khilafah System in the ‘Uthmani State due to direct pressure from the colonial disbelievers and turned Turkey into a ‘democratic’ republic. He thus destroyed the specter of the Khilafah and with it the last vestige of hope for the Islamic State to stage a comeback. In that year, al-Hussein ibn ‘Ali was expelled from Hijaz and imprisoned in Cyprus as he had an eye on the Khilafah. In the very same year, the British, through their collaborators, intervened to make sure that the Khilafah conference held in Cairo was called off and doomed to failure. Again, in that same year, the British worked hard to dissolve the Khilafah movement established in India, making sure that the movement’s ambitions were aborted and its tendency was transformed into a nationalist and sectarian one. Still in the same year, and following pressure from the colonial disbelievers, literature written by some of al-Azhar’s scholars calling for the separation of the Deen from the State, claiming that Islam does not contain any fundamentals for government or ruling, and portraying Islam as a theological (Kahanuty) religion with no basics or teachings about ruling and the State, was published. Yet again in that same year and the following one, some Sophist sponsored debates and arguments over two topics took center stage in the Arab countries: Which of the two leagues would be better, the Arab league or the Islamic league? Newspapers and magazines focused their attention on this issue, despite the fact that both leagues had a damaging effect and that their very existence presented an obstacle in the face of any attempt to reestablish the Islamic State. Nevertheless, the colonial disbelievers managed to bring about this debate in order to direct attention away from the real issue, which was the Islamic State. These moves, therefore, managed to distance the people’s minds in the Muslim lands away from the concept of the Khilafah and the Islamic State.

До своей оккупации колониальные державы начали распространять среди турецкой молодёжи националистические лозунги, утверждая, что Турция несёт на себе бремя управления делами нетурецких народов и что давно пора оставить эти народы на произвол их судьбы. Политические партии также работали над распространением турецкого национализма и призывали к независимости Турции от нетурецких стран. Неверующие распространяли те же идеи среди арабской молодёжи и поощряли арабский национализм. Они описывали Турцию как оккупационную силу и призывали арабов избавиться от османского господства, точно так же были созданы политические партии, призывавшие к арабскому единству и арабской независимости. Вскоре они заполнили пустоту, которую прежде занимали исламские понятия. В результате турки обрели независимость на основе национализма, а арабы начали добиваться автономии на националистической географической основе. Понятия национализма и патриотизма быстро распространились по всей нации, и мусульмане стали гордиться этими понятиями.

Prior to their occupation the colonial powers began spreading nationalistic slogans amongst the Turkish youth by claiming that Turkey had been burdened with the running of the affairs of non-Turkish people and that it was high time she left those people to their own fate. Political parties also worked towards spreading Turkish nationalism and called for Turkey’s independence from the non-Turkish countries. The disbelievers spread the same concepts among Arab youths and encouraged Arab nationalism. They described Turkey as being an occupying force and called on the Arabs to rid themselves of being occupied by the Turks, and likewise, political parties calling for Arab unity and Arab independence were formed. They soon filled the vacuum which was once graced by Islamic concepts. Consequently, the Turks gained their independence on the basis of nationalism, and the Arabs began working towards achieving autonomy on a nationalist geographic basis. The concepts of nationalism and patriotism spread rapidly throughout the nation, and the Muslims prided themselves on these concepts.

Колониальные силы не ограничились этим, а пошли дальше, распространяя ошибочные представления об исламской системе правления и об Исламе, изображая Халифат как папское и жреческое правление. Дело дошло до того, что мусульмане стеснялись упоминать слово «халиф» или провозглашать идею Халифата. В это время среди мусульман возникло распространённое представление, препятствующее установлению Исламского государства: будто любое провозглашение слова «Халифат» отсталость и признак косности, и что его не должен произносить ни один образованный человек.

The colonial forces did not stop at that, but went further by spreading erroneous concepts about the Islamic ruling system and Islam, portraying the Khilafah as being a papal and priestly rule. This reached the point whereby the Muslims were embarrassed to mention the word Khalifah, or to proclaim the concept of the Khilafah. At this time there arose a popular conception Preventing the Establishment of the Islamic State amongst the Muslims that any proclamation of the word Khilafah was backward and pointed up rigidity, and that it should not be uttered by any educated person.

Именно на фоне этого крайне националистического настроения, набравшего силу в обществе, неверные расчленили Исламское государство. Его разделили на мелкие государства и поощряли местные общины укреплять эти разделения. Османское государство было разделено на несколько государств, а именно: Турция, Египет, Ирак, Сирия, Ливан, Палестина, Восточная Иордания, Хиджаз, Неджд и Йемен. Политики в этих государствах, как пособники колонизаторов, так и те, кто имел благие намерения, начали проводить конференции в каждой стране, требуя своей независимости, то есть независимости для той страны, которую основали неверные, в ущерб другим государствам. На этой основе были основаны Государство Турция, а также государства Ирак, Египет, Сирия и так далее. Затем в Палестине было создано национальное пристанище для евреев, которое впоследствии превратили в независимое образование. Неверные использовали его как политический плацдарм в мусульманском мире и чтобы отвлечь внимание мусульман от колониальных неверных, то есть западных стран, таких как Великобритания, Соединённые Штаты и Франция, а также чтобы оно стало одним из препятствий на пути возвращения Исламского государства. Это географическое положение и общая картина были созданы для того, чтобы мусульмане никогда не смогли освободиться.

It was amidst this highly nationalistic feeling, which had gathered momentum within society, that the disbelievers dismembered the Islamic State. Parceling it up into little statelets, and encouraging local communities to strengthen these divisions. The ‘Uthmani State was divided into several states, these being: Turkey, Egypt, Iraq, Syria, Lebanon, Palestine, East Jordan, Hijaz, Najd and Yemen. Politicians in these statelets, both the collaborators and those with good intentions, began to hold conferences in every country, demanding their independence, i.e. independence for the country that the disbelievers had founded to the exclusion of the other statelets. On this basis the State of Turkey was founded, as were the states of Iraq, Egypt, Syria etc. Then a national homeland for the Jews was founded in Palestine, which was then subsequently turned into an independent entity. It was used by the disbelievers as a political bridgehead to the Muslim World and to draw the attention of the Muslims away from the colonial disbelievers, i.e. the Western countries such as Britain, the United States and France, and for it to constitute one of the obstacles which stand in the way of the return of the Islamic State. This geographical situation and the general scene were both designed to ensure that the Muslims would never be able to liberate themselves.

Неверующие приступили к внедрению капиталистической системы в экономике и демократической системы в управлении государством. Они также ввели западные законы в административную и судебную системы. Они распространяли свою культуру и свои представления о жизни и упорно стремились утвердить свой взгляд на жизнь, чтобы их образ жизни стал тем, который перенимают и которому следуют мусульмане. И в самом деле, в этом стремлении они преуспели. Египет превратили в султанат, затем была установлена парламентская монархия. В Ираке была установлена система парламентской монархии. Сирия и Ливан стали республиками, в Восточной Иордании был учреждён эмират, а Палестина была передана под мандатное управление, которое завершилось установлением парламентской демократической системы для евреев. Оставшаяся часть Палестины была присоединена к Восточной Иордании и превращена в парламентскую монархию. В Хиджазе и в Йемене установились деспотические монархии, а в Турции была образована президентская республика. Афганистан получил наследственную монархию. Колониальные неверующие поощряли Иран сохранять имперскую систему, а Индия оставалась колонией до тех пор, пока в конце концов не была разделена на два государства. Таким образом, колониальные неверующие сумели навязать свою систему мусульманским землям, и вследствие этого идея восстановления исламского правления постепенно угасла в умах людей.

The disbelievers set about implementing the Capitalist system in Economics and the Democratic system in Government. They also introduced Western laws in their Administrative and Judicial systems. They spread their culture and their concepts about life, and earnestly attempted to establish their viewpoint about life so that their way of life became the one that the Muslims adopted and followed. They have in fact succeeded in this quest. They turned Egypt into a Sultanate, then a parliamentary monarchy was established. In Iraq, a parliamentary monarchy system was established. Syria and Lebanon became republics and in East Jordan an emirate was established, while Palestine was put under mandatory rule which ended in the establishment of a parliamentary democratic system for the Jews. The remainder of Palestine was joined to East Jordan and turned into a parliamentary monarchy. In Hijaz and in Yemen, dictatorial monarchies were established, and in Turkey a presidential republic was formed. Afghanistan was fitted with a hereditary monarchy. The colonial disbelievers encouraged Iran to maintain the Imperial system while India remained a colony, until eventually it was divided into two states. The colonial disbelievers, therefore, managed to impose their system on Muslim land, and by so doing the concept of reestablishing the Islamic rule gradually waned in people’s minds.

Кроме того, каждую местную общину поощряли держаться за систему, которую для неё установили неверующие, и стремиться к полной независимости от всех других стран, составлявших мусульманский мир. Так, иракец стал чужаком в Египте. Правители каждого мелкого государства стали более ревностно оберегать капиталистическую демократическую систему, чем сами основатели этой системы. Они превратились в суррогатов, которые следили за системой и конституцией, установленными для них колониальными державами, и охраняли их.

Furthermore, each local community was encouraged to hold on to the system that the disbelievers had established for it and they worked towards achieving total independence from all other countries that comprised the Muslim world. Thus, an Iraqi became a foreigner in Egypt. The rulers of each statelet became more keen to safeguard the Capitalist democratic system than the founders of the system itself. They became surrogates, watching over and guarding the system and constitution that the colonial powers had set up for them.

Колониальные неверующие державы вводили западные законы непосредственно на мусульманских землях. Прежде они пытались внедрять их через своих пособников в мусульманских странах. Неверные начали свои попытки ввести западные законы в первой половине XIX века. Они стали побуждать людей в Египте принять французские гражданские законы вместо Шариата, и им это удалось: в 1883 году Египет начал применять французскую судебную систему. Старый французский гражданский кодекс был переведён и введён в действие, он стал новой системой, заменившей Шариат в судах. Аналогичный шаг был предпринят в Османском государстве в 1856 году с целью внедрения там западных законов. Однако этот шаг не был таким же лёгким, как в Египте, потому что сам Халифат располагался в Османском государстве.

The colonial disbelieving powers implemented Western laws directly on Muslim land. Previously, they had attempted to implement them through their collaborators in the Muslim countries. The disbelievers initiated their attempts to introduce Western laws in the first half of the 19th century. They began encouraging people in Egypt to adopt French civil laws so as to replace the Shari’ah, succeeding in doing so and Egypt began implementing the French Judicial system in 1883. The old French civil law was translated and enacted, it became the newly adopted system in Egypt replacing the Shari’ah in the courts. A similar move began within the ‘Uthmani State in 1856 with the aim of introducing Western laws there. However, this move was not as easy as in Egypt because the Khilafah itself was based in the ‘Uthmani State.

Однако благодаря упорству неверующих и поддержке их пособников им удалось ввести уголовный кодекс и новые неисламские законы, регулирующие право и торговлю, добившись фетв, в которых утверждалось, что эти законы куфра не противоречат исламу. Тогда укоренилась идея кодификации, и «Аль-Маджалла» (кодекс, выпущенный в 1868 году как свод норм для сделок, составленный из слабых мнений многих мазхабов, что оправдывало существующее положение) была принята в качестве закона. «Аль-Маджалла» была кодифицирована как закон. Судебная система разделилась на две части: 1) шариатский суд, применяющий нормы шариата; 2) гражданский суд. Исламское государство использовало а) западные законы, оправдываемые некоторыми фетвами, утверждавшими, что эти законы не противоречат исламу, и б) нормы шариата, после того как они были кодифицированы как закон по подражанию западному процессу. Это касалось законодательства. Что же касается конституции, то попытки разработать новую конституцию для государства с использованием французской конституции в качестве источника предпринимались параллельно с движением за новую кодификацию. Эти попытки почти увенчались успехом в 1878 году, если бы не яростное сопротивление мусульман, которые выступили против них и остановили их. Однако упорство колониальных неверующих в сочетании с успехом их пособников и тех, кого соблазнила их культура, позволило движению за разработку конституции возродиться и на этот раз успешно завершить свою задачу. Конституция была введена в действие в 1908 году с принятием и внедрением нового законодательства. Все мусульманские земли, за исключением Аравийского полуострова и Афганистана, стали напрямую управляться западными законами. Таким образом, нормы шариата были оставлены, а это означало, что установлено правление куфра и отброшено правление ислама.

However, due to the disbelievers’ persistence, and the response of their collaborators, they succeeded in introducing the penal code and new non- Islamic legal and commercial laws by securing Fatawa which stated that these Kufr laws did not contradict Islam. The concept of codification then took root and Al Majalla (Code issued in 1868 as a canon for transactions compiled from the weak opinions of many Madhahib, which justified the situation) was adopted as a law. Al Majalla was codified as law. The court system was divided into two: 1) a Shari’yah court, using Shari’yah rules. 2) civil court, The Islamic State using a.) Western laws, justified by some Fatawa stating that these laws did not contradict Islam. b.) Shari’ah laws after being codified as a law in imitating western process. This was concerning the law. As for the constitution, moves aimed at drafting a new constitution for the State, using the French constitution as its source, were made in conjunction with the movement for new codification. These moves nearly succeeded in 1878 except for the fierce resistance of the Muslims who stood up to them and stopped them in their tracks. However, the colonial disbelievers’ persistence, coupled with the success of their collaborators and those who were seduced by their culture, enabled the movement for the drafting of a constitution to emerge once more and this time succeeded in its task. The constitution was put into practice in 1908 with its adoption and implementation of the new legislation. All Muslims lands, with the exception of the Arabian Peninsula and Afghanistan, came to be directly governed by Western laws3. Thus, the Shari’ah laws were abandoned and this meant that Kufr rule was enforced and the rule of Islam discarded.

То, что помогло власти куфра укрепить хватку над мусульманами, заключалось в том, что колонизаторы построили свою стратегию на изменении образовательной политики Исламского государства. Они разработали новую образовательную программу для мусульман. Цель этой программы состояла в том, чтобы воспитывать людей с западным мировоззрением, то есть с капиталистическим/светским взглядом на регулирование жизненных дел. Эти программы, в том числе в исламских университетах, действуют до сих пор во всех странах мусульманского мира. В результате у нас есть много преподавателей, которые обеспечивают сохранность этих образовательных программ. Они занимают влиятельные посты и выполняют желания неверующих. Образовательная политика основывалась на двух принципах.

What helped the rule of Kufr to strengthen its grip over the Muslims was the fact that the colonialists had based their strategy on changing the Islamic State’s education policy. They designed a new educational program for the Muslims. The objective of this curriculum was to produce individuals with a Western personality, i.e., someone with a capitalistic/secular outlook to regulating life’s affairs. These programs, including those in Islamic universities, are still in force today throughout all the countries of the Muslim world. As a result, we have many teachers that ensure the safety of these educational programs. They take up influential posts, carrying out the wishes of the disbelievers. The education policy was founded on two principles.

Первым принципом было отделение Дина от мирских дел жизни, что естественным образом вело к отделению Дина от государства. Эта мера также была призвана обеспечить, чтобы молодые мусульмане противостояли восстановлению Исламского государства, поскольку это противоречило бы основам, на которых они были воспитаны.

The first principle was to separate the Deen from the temporal affairs of life, which would naturally lead to the separation of the Deen from the State. This measure was also designed to ensure that young Muslims would fight off the re-establishment of the Islamic State as it would contradict the basis upon which they had been educated.

Translator - Это было верно до 1952 года, когда была опубликована эта книга. Однако сейчас все мусульманские земли управляются западными законами.

3 Translator - This was true until 1952 when this book was published. However, now all Muslims lands are governed by Western laws.

Вторым принципом было сделать личность колониального неверного главным объектом подражания для молодых мусульман. Это затем легко располагало их умы к тому, чтобы впитать его культуру и знания. Такой ход предполагал оказание уважения кафиру. Он предполагал восхваление его и попытку подражать ему и дружить с ним, несмотря на то что он был колониальным неверным. Он также предполагал презрение и пренебрежение к мусульманам, чтобы он был отдалён от них. Чувство отвращения, проявляемое по отношению к нему, таким образом, не позволяло никому перенимать что-либо у него или учиться у него и естественным образом побуждало их бороться против восстановления Исламского государства.

The second principle was to make the personality of the colonial disbeliever the main source of emulation for young Muslims. This would then readily facilitate their minds to be imbued with his culture and information. Such a move entailed giving respect to the Kafir. It entailed glorifying him, and an attempt to emulate and befriend him, despite the fact that he was a colonial disbeliever. It also entailed holding the Muslims in contempt and disdain so that he was kept away from him. The feelings of disgust displayed towards him thus prevented anyone taking or learning anything from him and naturally compelled them to fight the reestablishment of the Islamic State.

Колонизаторы сочли, что школьная программа, которую они разработали и тщательно контролировали, недостаточна. Они пошли дальше и открыли миссионерские школы, основанные на их колониальных принципах. Кроме того, культурным центрам было поручено распространять ошибочные политические установки. В результате интеллектуальная атмосфера в этих различных «учебных» центрах привела к тому, что Умму стали питать культурой, которая отвлекала её от мысли о восстановлении Исламского государства и мешала ей трудиться ради этой цели.

The colonialists felt that the school syllabus, which they had designed and closely monitored, was not enough. They went further by establishing missionary schools based on their colonialist principles. In addition, cultural centers were tasked with the spreading of misguided political orientations. Consequently, the intellectual atmosphere in these various “learning” centers led to the Ummah being fed with the culture that led her away from thinking about reestablishing the Islamic State and prevented her from working towards that cause.

Отделение Дина от жизненных дел стало широко распространённой концепцией среди интеллектуалов. Для остальной части общества это проявилось как отделение Дина от политики или от регулирования их повседневных дел и забот. В результате некоторые интеллектуалы утверждали, что причиной упадка мусульман была их приверженность Дину, и полагали, что единственным путём к их возрождению будет национализм. Другие утверждали, что причиной упадка мусульман было отсутствие нравственности. По первому пункту были созданы националистические политические партии, которые заявляли, что имеют исламскую основу. Это было всего лишь колониалистской уловкой. По второму пункту были образованы несколько групп на основе нравственности, проповеди и духовного наставления. Они начали трудиться над нравственным совершенствованием личности и не вмешиваться в политику. Именно присутствие этих партий и организаций оказалось эффективным препятствием на пути усилий по восстановлению Исламского государства. Они отвлекали умы мусульман. Кроме того, эти партии были также основаны на колониалистской основе, противоречащей исламу, и поэтому они невольно препятствовали восстановлению Исламского государства.

Separating the Deen from life’s affairs became a widespread concept amongst intellectuals. For the rest of society, it was manifested as a separation of the Deen from politics, or the regulation of their daily affairs and concerns. As a result, some of the intellectuals claimed that the cause behind the decline of the Muslims was their attachment to the Deen and they claimed that the only path to their revival would be through nationalism. Others claimed that the cause behind the Muslims’ decline was the absence of morals. On the first count, nationalistic political parties were established, claiming that they had an Islamic basis. This was merely a colonialist ploy. On the second count, several groups were formed on the basis of morals, preaching and spiritual guidance. These began to work towards moral excellence of the individual, and not to get involved in politics. It was the presence of these parties and organizations that proved to be the effective obstacle in the efforts made to reestablish the Islamic State. They distracted the minds of the Muslims. In addition, these parties were also established on a colonialist basis that contradicts Islam, and because of this they inadvertently prevented the reestablishment of the Islamic State.

Для защиты недавно принятых политических программ были разработаны новые законы. Некоторые законы были приняты с целью запретить создание исламских политических партий и движений. Были законы, включавшие положения, которые навязывали политическим партиям и движениям демократическую систему и предписывали, что они не должны ограничивать свое членство каким-либо конкретным течением. Это означало, что создание любых исламских групп или партий в мусульманских странах стало противозаконным, чтобы не допустить возрождения Исламского государства. Мусульмане не имели права создавать какую-либо партию или движение, за исключением благотворительных организаций или других подобных объединений. Им запрещалось заниматься политической деятельностью на основе ислама. Некоторые из введенных законов рассматривали создание исламских политических партий как серьезное преступление, заслуживающее наказания. Политические программы, распространяемые в мусульманском мире с помощью принятых законов, были, таким образом, направлены на предотвращение восстановления Исламского государства.

To safeguard the newly adopted political programs, new laws were drafted. Some laws were enacted to bar the establishment of Islamic political parties and movements. There were laws that included certain clauses which imposed a democratic system on political parties and movements, and specified that they should not restrict their membership to any particular sect. This meant that it became against the law to establish any Islamic groups or parties in Muslim countries lest the Islamic State should be reborn. Muslims had no right to establish any party or movement except charity organizations or other similar organizations. They were restricted from indulging in political work on the basis of Islam. Some of the laws that were introduced considered establishing Islamic political parties a serious crime that deserved punishment. The political programs propagated in the Muslim world, with the help of the adopted laws, were therefore, focused on preventing the reestablishment of the Islamic State.

Колонизаторы не остановились на этом, а занялись тем, что отвлекали мусульман пустяками, стремясь не дать им думать о Исламском государстве. Они поощряли исламские конференции, которые служили отвлечением от настоящей работы, то есть от исламского призыва и возвращения к исламскому образу жизни под сенью Исламского государства. Такие конференции были действенным способом выплеснуть накопившееся раздражение у мусульман и служили предохранительным клапаном, через который можно было направить свои исламские чувства. Решения принимались на этих конференциях, публиковались в газетах и объявлялись по радио, но никогда не выполнялись.

The colonialists did not stop there but went on to occupy the Muslims with trivial matters, aiming to distract them from thinking about the Islamic State. They encouraged Islamic conferences which served as a diversion from the real work, i.e. the Islamic call and the resumption of the Islamic way of life under the umbrella of the Islamic State. Such conferences served as an effective way for the Muslims to vent their frustrations and provided a safety valve to channel one’s Islamic emotions. Decisions would be made at these conferences, published in the newspapers, and announced on radio stations, but never executed.

Писателям и лекторам также поощрялось представлять Исламское государство как угрозу. Они распространяли идею о том, что Ислам не содержит системы правления. Книги и статьи, написанные некоторыми наёмными мусульманами, публиковались с этими колониалистскими концепциями, чтобы сбить мусульман с пути, отвлечь их от их Дина и от работы над возобновлением исламского образа жизни в соответствии с правилами этого Дина.

Writers and lecturers were also encouraged to present the Islamic State as a threat. They promoted the concept that Islam does not contain a ruling system. Books and essays, written by some hired Muslims, were published carrying these colonialist concepts in order to lead the Muslims astray, divert them from their Deen, and from working towards the resumption of the Islamic way of life according to the rules of that Deen.

После уничтожения Исламского государства колонизаторы продолжили упорно ставить препятствия на пути восстановления Исламского государства. Они сосредоточили свои усилия на том, чтобы не допустить его создания вновь, после того как сначала стерли его с лица земли.

Since destroying the Islamic State, the colonialists have persevered in their bid to place obstacles in the way of the re-establishment of the Islamic State. They have concentrated their efforts to prevent its formation again after first having abolished it from the face of the earth.