Мухаммад ﷺ родился в Мекке (Макке), в Аравии, в понедельник, 12 Раби аль-Авваль (2

Muhammad (pbuh) was born in Mecca ( Makkah), Arabia, on Monday, 12 Rabi' Al-Awal (2

августа 570 г. н. э.). Его мать, Амина, была дочерью Вахба ибн Абд Манафа из рода Захра. Его отец, Абдуллах, был сыном Абдул-Муталиба. Его родословная восходит к благородному роду Исмаила, сына пророка Ибрахима, примерно к сороковому колену.

August A.D. 570). His mother, Aminah, was the daughter of Wahb Ibn Abdu Manaf of the Zahrah family. His father, 'Abdullah, was the son of Abdul Muttalib. His genealogy has been traced to the noble house of Ishmael, the son of Prophet Abraham in about the fortieth descend.

Отец Мухаммада ﷺ умер до его рождения.

Muhammad's father died before his birth.

Прежде чем ему исполнилось шесть лет, умерла его мать, и осиротевший вторично Мухаммад ﷺ был передан на попечение его деда Абдул-Мутталиба, который окружал его самой нежной заботой. Но старый вождь умер два года спустя. На смертном одре он доверил своему сыну Абу Талибу заботу о маленьком сироте.

Before he was six years old his mother died, and the doubly orphaned Muhammad was put under the charge of his grandfather Abdul Muttalib who took the most tender care of him. But the old chief died two years afterwards. On his deathbed he confided to his son Abu Talib the charge of the little orphan.

Когда Мухаммаду было двенадцать лет, он сопровождал своего дядю Абу Талиба в торговом путешествии в Сирию, и они добрались до Буસры. Путешествие длилось несколько месяцев. Именно в Бусре христианский монах Бахира встретился с Мухаммадом ﷺ. Передают, что он сказал Абу Талибу:

When Muhammad was twelve years old, he accompanied his uncle Abu Talib on a mercantile journey to Syria, and they proceeded as far as Busra. The journey lasted for some months. It was at Busra that the Christian monk Bahira met Muhammad. He is related to have said to Abu Talib:

«Возвращайся с этим мальчиком и оберегай его от ненависти иудеев, ибо великое будущее ждёт твоего племянника».

'Return with this boy and guard him against the hatred of the Jews, for a great career awaits your nephew."

После этого путешествия юность Мухаммада ﷺ, по-видимому, прошла без особых событий, однако все авторитетные источники единодушно приписывают ему такую праведность нравов и чистоту помыслов, какие были редкостью среди жителей Мекки. Честный нрав и достойное поведение скромного юноши снискали одобрение мекканцев, и по общему согласию он получил прозвище «Аль-Амин», то есть Верный.

After this journey, the youth of Muhammad seems to have been passed uneventfully, but all authorities agree in ascribing to him such correctness of manners and purity of morals as were rare among the people of Mecca. The fair character and the honorable bearing of the unobtrusive youth won the approbation of the citizens of Mecca, and b y common consent he received the title of "Al Ameen," The Faithful.

В ранние годы Мухаммад ﷺ не был свободен от житейских забот. Ему пришлось пасти стада своего дяди, который, как и остальные из Бани Хашим, потерял большую часть своего богатства.

In his early years, Muhammad was not free from the cares of life. He had to watch the flocks of his uncle, who, like the rest of the Bani Hashim, had lost the greater part of his wealth.

От юности до зрелости он вёл почти уединённую жизнь. Беззаконие, распространённое среди мекканцев, внезапные вспышки беспричинных и кровавых распрей между племенами, посещавшими ярмарку Оказ (арабская «Олимпиада»), а также распущенность и скептицизм курайшитов, естественно, вызывали чувство жалости и печали в сердце чуткого юноши. Такие картины социальных бедствий и религиозного упадка были характерны для развращённой эпохи.

From youth to manhood he led an almost solitary life. The lawlessness rife among the Meccans, the sudden outbursts of causeless and bloody quarrels among the tribes frequenting the Fair of Okadh (The Arabian Olympia), and the immorality and skepticism of the Quraish, naturally caused feelings of pity and sorrow in the heart of the sensitive youth. Such scenes of social misery and religious degradation were characteristic of a depraved age.

Когда Мухаммаду было двадцать пять лет, он ещё раз отправился в Сирию в качестве доверенного торгового агента знатной и богатой вдовы из племени Курайш по имени Хадиджа; и, зарекомендовав себя верным в торговых делах этой госпожи, он вскоре был удостоен её руки. Этот брак оказался счастливым и необычайно гармоничным. Хадиджа была намного старше своего мужа, однако, несмотря на разницу в возрасте, между ними существовала самая нежная преданность с обеих сторон. Этот брак подарил ему любящее сердце женщины, которая всегда была готова утешить его в отчаянии и поддерживать в нём слабое, колеблющееся пламя надежды, когда никто не верил в него и мир казался ему мрачным.

When Muhammad was twenty five years old, he traveled once more to Syria as a factor of a noble and rich Quraishi widow named Khadijah; and, having proved himself faithful in the commercial interests of that lady, he was soon rewarded with her hand in marriage. This marriage proved fortunate and singularly happy. Khadijah was much the senior of her husband, but in spite of the disparity of age between them, the most tender devotion on both sides existed. This marriage gave him the loving heart of a woman who was ever ready to console him in his despair and to keep alive within him the feeble, flickering flame of hope when no man believed in him and the world appeared gloomy in his eyes.

До того как ему исполнилось тридцать лет, Мухаммад ﷺ был почти незнаком внешнему миру. После смерти его деда власть в Мекке была разделена между десятью сенаторами, составлявшими правящий орган Аравийского содружества. Между ними не было такого согласия, которое обеспечивало бы безопасность личных прав и имущества. Хотя родственные связи в какой-то мере защищали граждан, чужеземцы часто подвергались преследованиям и притеснениям. Во многих случаях их грабили, причём отнимали не только имущество, но и жён и дочерей. По побуждению верного Мухаммада ﷺ был возрождён древний союз, называвшийся Федерацией Фудул, то есть «благодеяний», с целью пресечения беззакония и защиты каждого слабого человека — будь то мекканец или чужестранец, свободный или раб — от любой несправедливости или притеснения, которому он мог подвергнуться на территории Мекки.

Until he reached thirty years of age, Muhammad was almost a stranger to the outside world. Since the death of his grandfather, authority in Mecca was divided among the ten senators who constituted the governing body of the Arabian Commonwealth. There was no such accord among them as to ensure the safety of individual rights and property. Though family relations afforded some degree of protection to citizens, yet strangers were frequently exposed to persecution and oppression. In many cases they were robbed, not only of their goods, but even of their wives and daughters. At the instigation of the faithful Muhammad, an old league called the Federation of Fudul, i.e., favors was revived with the object of repressing lawlessness and defending every weak individual - whether Meccan or stranger, free or slave - against any wrong or oppression to which he might be the victim within the territories of Mecca.

Когда Мухаммаду исполнилось тридцать пять лет, он своим решением уладил серьёзный спор, который грозил ввергнуть всю Аравию в новую череду тех частых войн, что время от времени вспыхивали в её земле. При восстановлении Священного Дома Ка'бы в 605 году нашего летоисчисления возник вопрос, кому должна достаться честь поднять чёрный камень, самую священную реликвию этого Дома, и водрузить его на подобающее место. Каждое племя претендовало на эту честь. Старейшина посоветовал спорящим сторонам избрать арбитром первого человека, который войдёт через определённые ворота. Это предложение было принято, и первым, кто вошёл в ворота, оказался Мухаммад ﷺ, «Аль-Амин». Его решение удовлетворило все спорящие стороны. Он приказал положить камень на кусок ткани и предложил каждому племени разделить честь поднятия камня, взявшись за край ткани. Так камень был водружён на своё место, и восстановление Дома было завершено без дальнейших задержек.

When Muhammad reached thirty-five years, he settled by his judgment a grave dispute, which threatened to plunge the whole of Arabia into a fresh series of her oft-recurring wars. In rebuilding the Sacred House of the Ka'ba in A.D. 605, the question arose as to who should have the honor of raising the black stone, the most holy relic of that House, into its proper place. Each tribe claimed that honor. The senior citizen advised the disputants to accept for their arbitrator the first man to enter from a certain gate. The proposal was agreed upon, and the first man who entered the gate was Muhammad "Al-Ameen." His advice satisfied all the contending parties. He ordered the stone to be placed on a piece of cloth and each tribe to share the honor of lifting it up by taking hold of a part of the cloth. The stone was thus deposited in its place, and the rebuilding of the House was completed without further interruption.

Передают, что примерно в это время некий Усман ибн Хувайрит, поддерживаемый византийским золотом, предпринял попытку обратить область Хиджаз в римское владение, однако эта попытка провалилась, главным образом благодаря усилиям Мухаммада ﷺ.

It is related that, about this time, a certain Usman, Ibn Huwairith, supported by Byzantine gold, made an attempt to convert the territory of Hijaz into a Roman dependency, but the attempt failed, chiefly through the instrumentality of Muhammad.

Это почти все публичные деяния, упомянутые историками, в которых Мухаммад ﷺ принимал участие в первые пятнадцать лет своего брака с Хадиджой. Что касается его частной жизни, то он, как описывают, всегда был готов помочь нуждающимся и беспомощным. Его дядя Абу Талиб впал в нужду из-за своих усилий по поддержанию прежнего положения их семьи. Мухаммад ﷺ, будучи в это время довольно богатым благодаря союзу с Хадиджой, попытался отплатить часть долга благодарности и обязательства, который он был должен своему дяде, взяв на себя воспитание и образование сына дяди, Али. Год спустя он усыновил Акиля, другого сына его дяди.

These are nearly all the public acts related by historians in which Muhammad took part in the first fifteen years of his marriage to Khadijah. As for his private life he is described to have been ever helpful to the needy and the helpless. His uncle Abu Talib had fallen into distress through his endeavors to maintain the old position of his family. Muhammad, being rather rich at this time by his alliance with Khadijah, tried to discharge part of the debt of gratitude and obligation which he owed to his uncle by undertaking the bringing up and education of his son 'Ali. A year later he adopted 'Akil, another of his uncle's sons.

Хадиджа родила Мухаммаду ﷺ трёх сыновей и четырёх дочерей. Все мальчики умерли в детстве, но в любви к Али он нашёл большое утешение.

Khadijah bore Muhammad three sons and four daughters. All the males died in childhood, but in loving 'Ali he found much consolation.

В это время Мухаммад ﷺ подал прекрасный пример доброты, что оказало благотворное влияние на его соплеменников. Его жена Хадиджа подарила ему юного раба по имени Зайд ибн Хаaрита, который был привезён в Мекку как пленник и продан Хадиджа. Когда Харита услышал, что Мухаммад ﷺ владеет Зайдом, он пришёл в Мекку и предложил большую сумму за его выкуп.

About this time, Muhammad set a good example of kindness, which created a salutary effect upon his people. His wife Khadijah had made him a present of young slave named Zaid Ibn Haritha, who had been brought as a captive to Mecca and sold to Khadijah. When Haritha heard that Muhammad possessed Zaid, he came to Mecca and offered a large sum for his ransom.

Тогда Мухаммад сказал: «Пусть Зейд придёт сюда, и если он решит пойти с вами, отпустите его без выкупа; но если он предпочтёт остаться со мной, почему бы мне не оставить его у себя?» Зейда привели к Мухаммаду ﷺ, и тот заявил, что останется со своим господином, который относился к нему так, словно он был его единственным сыном. Как только Мухаммад ﷺ услышал это, он взял Зейда за руку и повёл его к Чёрному камню Каабы, где публично усыновил его, и отец, согласившись с этим, вернулся домой вполне довольный. С того времени Зейда стали называть сыном Мухаммада ﷺ.

Долгие годы после своей женитьбы Мухаммад ﷺ имел обыкновение уединяться в пещере на горе Хира, в нескольких милях от Мекки. В эту пещеру он уходил для молитвы и размышлений, иногда один, иногда со своей семьёй. Там он нередко проводил целые ночи в глубоком раздумье и в сокровенном общении с невидимым, но всезнающим Аллахом, Господом вселенной. Именно во время одного из таких уединений, в тихие часы ночи, когда рядом не было никого из людей, к нему пришёл ангел и сообщил, что он ﷺ — Посланник Аллаха, посланный вернуть павший народ к познанию и служению своему Господу.

For years after his marriage, Muhammad had been accustomed to secluding himself in a cave in Mount Hira, a few miles from Mecca. To this cave he used to go for prayer and meditation, sometimes alone and sometime with his family. There, he often spent the whole nights in deep thought and profound communion with the Unseen yet All-Knowing Allah of the Universe. It was during one of those retirements and in the still hours of the night, when no human sympathy was near, that an angel came to him to tell him that he was the Messenger of Allah sent to reclaim a fallen people to the knowledge and service of their Lord.

Известные составители достоверных хадисов ислама сходятся в следующем рассказе о первых откровениях, полученных Пророком ﷺ.

Renowned compilers of authentic traditions of Islam agree on the following account of the first revelations received by the Prophet.

Мухаммад ﷺ уединялся в пещере горы Хира и поклонялся Аллаху три дня и три ночи.

Muhammad would seclude himself in the cave of Mount Hira and worship three days and nights.

Когда он желал, он возвращался к своей семье в Мекку, а затем снова уходил, взяв с собой необходимые припасы. Так он продолжал время от времени возвращаться к Хадидже, пока однажды к нему не пришло откровение: явился Ангел Гавриил и сказал:

He would, whenever he wished, return to his family at Mecca and then go back again, taking wihim the necessities of life. Thus he continued to return to Khadijah from time to time until one day the revelation came down to him and the Angel Gabriel (Jibreel) appeared to him and said:

«Читай!» Но поскольку Мухаммад ﷺ был неграмотным, никогда не получавшим никакого обучения чтению или письму, он сказал ангелу:

"Read!" But as Muhammad was illiterate, having never received any instruction in reading or writing, he said to the angel:

«Я не читаю», — сказал он. Ангел схватил его и сжал так сильно, как тот мог выдержать, а затем снова сказал:

После этого переживания Хадиджа отправилась к своему двоюродному брату Вараке ибн Науфалю, который был стар и слеп и знал Писания иудеев и христиан, как сообщается, даже переводил их на арабский язык. Когда она рассказала ему о том, что услышала, он воскликнул: «Свят! Свят! Воистину, это Намус (Святой Дух), который приходил к Мусе. Он станет пророком своего народа. Передай ему это и вели ему быть храбрым сердцем». Когда два мужчины встретились позже на улице, старый слепой знаток иудейских и христианских Писаний заговорил о своей вере и уверенности: «Клянусь Тем, в Чьей руке жизнь Вараки, Аллах избрал тебя пророком этого народа. Они будут называть тебя лжецом, будут преследовать тебя, изгонят тебя и будут воевать против тебя. О, если бы мне дожить до тех дней! Я бы сражался за них». И он поцеловал его в лоб.

After this experience Khadijah went to her cousin Waraqa Ibn Naufal, who was old and blind and who knew the Scriptures of the Jews and Christians, and is stated to have translated them into Arabic. When she told him of what she had heard, he cried out: "Holy! Holy! Verily, this is the Namus (The Holy Spirit) who came to Moses. He will be the prophet of his people. Tell him this and bid him to be brave at heart." When the two men met subsequently in the street, the blind old student of the Jewish and Christian Scriptures spoke of his faith and trust: "I swear by Him in Who hand Waraqa's life is, Allah has chosen you to be the prophet of this people. They will call you a liar, they will persecute you, they will banish you, and they will fight against you. Oh, that I could live to those days. I would fight for these." And he kissed him on the forehead.

За первым откровением последовал значительный промежуток времени, в течение которого Мухаммад ﷺ испытывал сильную душевную подавленность. Лишь Всевышний Аллах знает, что думал и что чувствовал Мухаммад ﷺ в то время. Он, возможно, беспокоился о своих видениях, не будучи уверен в том, как большинство жителей Мекки воспримут благословение Аллаха, ведь на кону стояли их собственные интересы. В то время мекканцы в значительной степени полагались на торговлю, которая была связана с многобожескими и языческими обрядами, с ложными идолами и статуями и другими предметами, которым они поклонялись. Невозможно представить, каким будет его будущее и каковы его обязанности перед людьми мира, а также те испытания, для которых Аллах Всемогущий избрал его.

The first vision was followed by a considerable period, during which Muhammad suffered much mental depression. Only Almighty Allah knows what Muhammad must have been thinking and feeling at that time. He may have been worried about his visions, uncertain as to how the majority of the Makkans would treat Allah's blessing, since their own interests were at stake. The Makkans, at that time, relied heavily on trade that revolved around polytheistic and pagan rituals of false idols and statues and other things that they worshipped. One can't contemplate his future and responsibilities to the people of the world, as well as the challenges that Allah Almighty had chosen him for.

Ангел говорил с его скорбящим сердцем о надежде и упования, о светлом будущем, когда он увидит, как люди земли стекаются к единой истинной вере. Его предназначение открылось ему, когда, погружённый в глубокое раздумье, печальный и опечаленный, он услышал голос с небес, призывавший его встать и проповедовать.

The angel spoke to the grieved heart of hope and trust and of the bright future when he would see the people of the earth crowding into the one true faith. His destiny was unfolded to him, when, wrapped in profound meditation, melancholy and sad, he felt himself called by a voice from heaven to arise and preach.

«О ты, завернувшийся в одежды! Встань и предостерегай! И Господа твоего…»

"O you (Muhammad) enveloped (in garments)! Arise and warn! And your Lord (Allah)

«Возвеличивай!» (Коран 74:1-3)

magnify!" (Ch 74:1-3 Quran)

Он поднялся и посвятил себя делу, к которому был призван. Хадиджа первой приняла его миссию. Она уверовала в откровения, отреклась от идолопоклонства своего народа и присоединилась к нему в чистоте сердца и в совершении молитв Аллаху Всемогущему.

He arose and engaged himself in the work to which he was called. Khadijah was the first to accept his mission. She was to believe in the revelations, to abandon the idolatry of her people and to join him in purity of heart and in offering up prayers to Allah the Almighty.

В начале своей миссии Мухаммад ﷺ, которого далее мы будем называть Пророком ﷺ, открывал свою душу только тем, кто был к нему привязан, и старался освободить их от грубых обычаев их предков. После Хадиджи следующим его соратником стал его двоюродный брат Али. Пророк ﷺ часто уходил в пустыню вокруг Мекки со своей женой и молодым двоюродным братом, чтобы вместе возносить от всего сердца благодарность Господу всех миров за Его многочисленные благословения. Однажды их застал Абу Талиб, отец Али. Он сказал Пророку ﷺ: «О сын моего брата, какую религию ты исповедуешь?» «Это религия Аллаха, Его ангелов, Его посланников и нашего праотца Ибрахима, — ответил Пророк ﷺ. — Аллах послал меня к Его рабам, чтобы направить их к истине, а ты, о дядя мой, достойнее всех. Подобает, чтобы я обратился к тебе, и подобает, чтобы ты принял истину и помог её распространять». Абу Талиб ответил: «Сын моего брата, я не могу отречься от религии моих отцов; но клянусь Всевышним Господом, пока я жив, никто не посмеет причинить тебе вред». Затем, обратившись к Али, почтенный предводитель спросил, какой религии он придерживается. Али ответил: «О отец, я верую в Аллаха и Его Пророка и следую за ним». Абу Талиб сказал: «Ну что ж, сын мой, он не будет призывать тебя ни к чему, кроме добра, поэтому ты волен следовать за ним». После Али в новую веру обратился приёмный сын Мухаммада ﷺ Зайд. За ним последовал Абу Бакр, видный представитель племени Курайш и честный, состоятельный купец, пользовавшийся большим уважением среди своих соплеменников. Он был всего на два года младше Пророка ﷺ. Его принятие новой веры имело большое моральное значение. Вскоре после этого пять знатных людей предстали перед Пророком ﷺ и приняли ислам. Также несколько обратившихся пришли из низших слоёв арабского общества, чтобы принять новую религию.

At the beginning of his mission, Muhammad - hereinafter called the Prophet - opened his soul only to those who were attached to him and tried to free them from the gross practices of their forefathers. After Khadijah, his cousin' Ali was the next companion. The Prophet used often to go into the desert around Mecca with his wife and young cousin that they might together offer their heart felt thanks to the Lord of all nations for His manifold blessings. Once they were surprised by Abu Talib, the father of 'Ali. He said to the Prophet: "O son of my brother, what is this religion you are following?" "It is the religion of Allah of His Angels, of His Messengers and of our ancestor Abraham," answered the Prophet. "Allah has sent me to His servants, to direct them towards the truth, and you, O my uncle, are the most worthy of all. It is meet that I should thus call upon you and it is meet that you should accept the truth and help in spreading it." Abu Talib replied: "Son of my brother, I cannot abjure the religion of my fathers; but by the Supreme Lord, while I am alive, none shall dare to injure you." Then turning towards 'Ali, the venerable chief asked what religion was his. Ali answered: "O father, I believe in Allah and His Prophet and go with him." Abu Talib replied: "Well my son, he will not call you to anything except what is good, therefore you are free to go with him." After 'Ali, Muhammad's adopted son Zaid became a convert to the new faith. He was followed by Abu Bakr, a leading member of the Quraish tribe and an honest, wealthy merchant who enjoyed great consideration among his compatriots. He was but two years younger than the Prophet. His adoption of the new faith was of great moral effect. Soon after, five notables presented themselves before the Prophet and accepted Islam. Several converts also came from lower classes of the Arabs to adopt the new religion.

В течение трёх долгих и утомительных лет Пророк ﷺ трудился очень тихо, стремясь избавить свой народ от поклонения идолам. Многобожие глубоко укоренилось среди людей. Оно обладало привлекательностью, которой не было у новой веры в её чистоте. Курайшиты имели личные материальные интересы в старом культе, и их авторитет зависел от его сохранения. Пророку ﷺ пришлось противостоять идолопоклонническому культу его последователей и выступить против правящей олигархии, которая управляла судьбами народа.

For three weary long years, the Prophet labored very quietly to deliver his people from the worship of idols. Polytheism was deeply rooted among the people. It offered attractions, which the new faith in its purity did not possess. The Quraish had personal material interests in the old worship, and their prestige was dependent upon its maintenance. The Prophet had to contend with the idolatrous worship of its followers and to oppose the ruling oligarchy, which governed its destinies.

После трёх лет постоянной, но тихой борьбы удалось привлечь всего тридцать последователей. Тогда в отношениях Пророка ﷺ с жителями Мекки произошла важная перемена. Его соплеменники стали сомневаться в его душевном здоровье, полагая, что он безумен или одержим злым духом. До этого он проповедовал тихо и ненавязчиво. Теперь он решил публично обратиться к мекканцам с призывом отказаться от идолопоклонства. Для этого он созвал собрание на соседнем холме и там говорил им о их безрассудстве перед лицом Аллаха, ибо они поклоняются кускам камня, которые называют своими богами. Он призвал их отказаться от прежнего нечестивого поклонения и принять веру любви, истины и чистоты. Он предостерёг их об участи, постигшей прежние народы, которые не вняли проповеди прежних пророков. Однако собрание разошлось, не прислушавшись к предостережению, данному им Пророком ﷺ.

After three years of constant but quiet struggle, only thirty followers were secured. An important change now occurred in the relations of the Prophet with the citizens of Mecca. His compatriots had begun to doubt his sanity, thinking him crazy or possessed by an evil spirit. Hitherto he preached quietly and unobtrusively. He now decided to appeal publicly to the Meccans, requesting them to abandon their idolatry. For this he arranged a gathering on a neighboring hill and there spoke to them of their folly in the sight of Allah in worshipping pieces of stone which they called their gods. He invited them to abandon their old impious worship and adopt the faith of love, truth and purity. He warned them of the fate that had overtaken past races who had not heeded the preaching of former prophets. But the gathering departed without listening to the warning given them by the Prophet.

Таким образом, не добившись того, чтобы его сограждане согласились его выслушать, он обратил свое внимание на чужеземцев, прибывавших в город по торговым делам или на богомолье. Но курайшиты предпринимали попытки свести на нет его усилия. Они спешили встретить чужеземцев первыми, на разных дорогах, чтобы предостеречь их от всякого общения с Пророком ﷺ, которого выставляли опасным колдуном. Когда паломники или торговцы возвращались к себе домой, они несли с собой весть о появлении смелого проповедника, который громко, рискуя собственной жизнью, призывал арабов отказаться от поклонения их дорогим идолам.

Итак, Пророк и его последователи подверглись определённым гонениям и унижениям. Враждебно настроенные курайшиты мешали Пророку ﷺ совершать молитву у Священного Дома — Каабы; они преследовали его повсюду, куда бы он ни шёл; когда он и его сподвижники предавались поклонению, на них бросали грязь и нечистоты; в местах, которые он посещал для поклонения и размышления, они разбрасывали колючки. Несмотря на все эти испытания, Пророк ﷺ не колебался. Он был полон уверенности в своей миссии, даже когда в нескольких случаях ему грозила непосредственная опасность потерять жизнь.

Now the Prophet and his followers became subject to some persecution and indignity. The hostile Quraish prevented the Prophet from offering his prayers at the Sacred House of the Ka'ba; they pursued him wherever he went; they covered him and his disciples with dirt and filth when engaged in their devotions; they scattered thorns in the places which he frequented for devotion and meditation. Amidst all these trials the Prophet did not waver. He was full of confidence in his mission, even when on several occasions he was put in imminent danger of losing his life.

В это время Хамза, младший сын Абдул-Мутталиба, принял ислам. Хамза был человеком выдающейся храбрости, бесстрашным воином, щедрым и правдивым, и его героизм снискал ему титул «Льва Аллаха». Он стал преданным последователем ислама и до конца жизни отдал свою жизнь за это дело.

At this time Hamza, the youngest son of Abdul Muttalib, adopted Islam. Hamza was a man of distinguished bravery, an intrepid warrior, generous and true, whose heroism earned for him the title of the "Lion of Allah." He became a devoted adherent of Islam and everlost his life in the cause.

Пророк продолжал проповедовать арабам самым мягким и разумным образом. Он призывал людей, привыкших к беззаконию и неправедным поступкам, оставить свои мерзости. Пламенными словами, которые трогали сердца слушавших, он предостерегал их о каре, которую Аллах низвёл на древние племена 'Ад и Самуд, упорно не внимавшие учению посланников Аллаха, направленных к ним. Он клялся им чудесными явлениями природы, сиянием полуденного солнца, ночью, когда она простирает свой покров, и днём, когда он является во всей славе, чтобы они вняли его предостережению, прежде чем постигнет их подобное разрушение. Он говорил им о Дне Расчёта, когда их деяния в этом мире будут взвешены перед Вечным Судьёй, и когда детей, которых закапывали живыми, спросят, за какое преступление их умертвили.

The Prophet continued preaching to the Arabs in a most gentle and reasonable manner. He called thepeople, so accustomed to iniquity and wrong doings, to abandon their abominations. In burning words which excited the hearts of his hearers, he warned them of the punishment which Allah had inflicted upon the ancient tribes of 'Ad and Thamud who had obstinately disobeyed the teachings of Allah's messengers to them. He adjured them by the wonderful sights of nature, by the noon day brightness, by the night when it spreads its veil, by the day when it appears in glory to listen to his warning before a similar destruction befell them. He spoke to them of the Day of Reckoning, when their deeds in this world will be weighed before the Eternal Judge, when the children who had been buried alive will be asked for what crime they were put to death.

Однажды курайшиты попытались склонить Пророка ﷺ к прекращению his проповеди новой религии, которая посеяла раздор среди их народа. Для этого к Пророку ﷺ был направлен 'Utba Ibn Rabi'a, чтобы поговорить с ним. 'Utba сказал: «О сын моего брата, ты отличаешься своими качествами; однако ты посеял раздор среди нашего народа и вызвал разногласия в наших семьях; ты осудил наших богов и богинь и обвиняешь наших предков в безбожии. Теперь мы пришли, чтобы сделать тебе предложение, и я прошу тебя хорошенько подумать, прежде чем отвергнуть его». «Я слушаю тебя, о отец Уалида», — сказал Пророк ﷺ. «О сын моего брата, если ты стремишься этим делом приобрести богатство, почести и достоинство, мы готовы собрать для тебя состояние, большее, чем есть у любого из нас; мы сделаем тебя нашим вождём, и без тебя мы ничего не будем делать. Если ты желаешь власти, мы сделаем тебя нашим царём; а если демон, который овладел тобой, не может быть укрощён, мы приведём тебе врачей и дадим им богатство, пока они не исцелят тебя». Когда 'Utba закончил свою речь, Пророк ﷺ сказал: «Теперь выслушай меня, о отец Уалида». «Я слушаю», — ответил он. Пророк ﷺ прочитал ему первые тринадцать аятов суры Фуссилат, которые можно истолковать следующим образом:

One day the Quraish tried to induce the Prophet to discontinue his teachings of the new religion, which had sown discord among their people. 'Utba Ibn Rabi'a, was delegated to see the Prophet and speak to him. 'Utba said: "O son of my brother, you are distinguished by your qualities; yet you have sown discord among our people and cast dissension in our families; you denounced our gods and goddesses and you charge our ancestors with impiety. Now we are come to make a proposition to you, and I ask you to think well before you reject it." "I am listening to you, O father of Walid," said the Prophet. "O son of my brother, if by this affair you intend to acquire riches, honors, and dignity, we are willing to collect for you a fortune larger than is possessed by any one of us; we shall make you our chief and will do nothing without you. If you desire dominion, we shall make you our king; and if the demon which possesses you cannot be subdued, we will bring you doctors and give them riches until they cure you." When 'Utba had finished his discourse, the Prophet said: "Now listen to me, O father of Walid." "I listen." He replied. The Prophet, recited to him the first thirteen verses of Surah Fussilat, which maybe interpreted as follows:

Ха Мим (Эти буквы — одно из чудес Корана, и только Аллах Один знает их значения). Откровение от Аллаха, Милостивого, Милосердного. Книга, стихи которой разъяснены подробно, — Коран на арабском языке для людей, которые знают. Несущий радостную весть (о Райском саде тому, кто верует в Единобожие Аллаха, исламский монотеизм).

"Ha Mim (These letters are one of the miracles of the Quran, and none but Allah Alone knows their meanings). A revelation from Allah the Most Beneficent, the Most Merciful. A Book whereof the Verses are explained in detail; - a Quran in Arabic for people who know. Giving glad tidings (of Paradise to the one who believes in the Oneness of Allah, Islamic Monotheism)

Преследования со стороны курайшитов с каждым днём становились всё ожесточённее, и страдания сподвижников Пророка ﷺ стали невыносимыми. Он слышал о праведности, терпимости и гостеприимстве соседнего христианского царя Абиссинии. Он посоветовал тем из своих сподвижников, кто остался без защиты, искать убежища в царстве того благочестивого царя, Аль-Наджаши (Негуса). Около пятнадцати оставшихся без защиты приверженцев ислама незамедлительно воспользовались этим советом и отплыли в Абиссинию. Здесь их very радушно приял Негус. Это называется первой хиджрой (переселением) в истории ислама, и произошла она на пятом году миссии Пророка Мухаммада ﷺ, в 615 году нашей эры. Вскоре за этими переселенцами последовали многие из их собратьев по страданиям, пока число не достигло восьмидесяти трёх мужчин и восемнадцати женщин.

Persecution by the Quraish grew fiercer every day and the sufferings of the Prophet's disciples became unbearable. He had heard of the righteousness, tolerance, and hospitality of the neighboring Christian king of Abyssinia. He recommended such of his companions who were without protection to seek refuge in the kingdom of that pious king, Al Najashi (Negus). Some fifteen of the unprotected adherents of Islam promptly availed themselves of the advice and sailed to Abyssinia. Here they met with a very kind reception from the Negus. This is called the first hijrah (migration) in the history of Islam and occurred in the fifth year of the Prophet Muhammad's mission, A.D. 615. These emigrants were soon followed by many of their fellow sufferers, until the number reached eighty-three men and eighteen women.

Враждебные курайшиты, разъярённые побегом своих жертв, отправили послов к царю Абиссинии с требованием выдать беглецов, чтобы их казнили за отречение от их прежней религии и принятие новой. Царь призвал бедных беглецов и спросил их, что это за религия, которую они предпочли своей прежней вере. Джа'фар, сын Абу Талиба и брат Али, выступил от имени изгнанников. Он говорил так: «О царь, мы были погружены в пучину невежества и варварства: мы поклонялись идолам, жили в распутстве, ели мёртвые тела и говорили мерзости. Мы пренебрегали всяким человеческим чувством и долгом по отношению к нашим соседям, и мы не знали иного закона, кроме закона сильного. Но тогда Аллах воздвиг среди нас человека, о рождении, правдивости, честности и чистоте которого мы знали. Он призвал нас исповедовать Единство Аллаха и научил не придавать Ему ничего в сотоварищи. Он запретил нам поклонение идолам и повелел нам говорить правду, быть верными своим обязательствам, проявлять милосердие и соблюдать права соседей. Он запретил нам говорить зло, проливать кровь, совершать мерзкие деяния и лжесвидетельствовать, повелел нам заботиться о сиротах, оберегать честь женщин, поклоняться одному лишь Аллаху и не возвращаться к поклонению идолам из дерева и камня, воздерживаться от зла, совершать молитвы, отдавать милостыню и соблюдать пост. Мы уверовали в него, приняли его учение и его повеления поклоняться одному Аллаху и ни в чём не придавать Ему сотоварищей. Поэтому наш народ преследовал нас, пытаясь заставить нас отказаться от поклонения Аллаху и вернуться к поклонению идолам из дерева и камня и иным мерзостям. Они мучили и притесняли нас, и, не найдя среди них безопасности, мы пришли в твоё царство, уповая, что ты дашь нам защиту от их гонений».

После выслушивания этой речи гостеприимный царь приказал послам вернуться к своему народу в безопасности и не вмешиваться в дела их беглецов. Так эмигранты провели период изгнания в мире и покое.

After hearing the above speech, the hospitable king ordered the deputies to return to their people in safety and not to interfere with their fugitives. Thus the emigrants passed the period of exile in peace and comfort.

Пока последователи Пророка искали убежища в чужих землях, спасаясь от преследований своего народа, он продолжал предостерегать курайшитов с большим рвением, чем когда-либо. Они снова пришли к нему с предложениями богатства и почестей, которые он твердо и решительно отверг. Но они насмехались над ним и требовали чудес, которые доказали бы его миссию. Он отвечал: «Аллах не посылал меня творить чудеса; Он послал меня призывать вас к вере».ﷺ Отказываясь таким образом от всякой силы творить чудеса, Пророк ﷺ всегда основывал истинность своей божественной миссии на своих мудрых наставлениях. Он обращался к внутреннему сознанию человека, к его здравому смыслу и к его собственному лучшему суждению:

While the followers of the Prophet sought safety in foreign lands against the persecution of their people, he continued his warnings to the Quraish more strenuously than ever. Again they came to him with offers of riches and honor, which he firmly and utterly refused. But they mocked at him and urged him for miracles to prove his mission. He used to answer: "Allah has not sent me to work wonders; He has sent me to preach to you." Thus disclaiming all power of wonder working, the Prophet ever rested the truth of his divine mission upon his wise teachings. He addressed himself to the inner consciousness of man, to his common sense and to his own better judgement:

Скажи (о Мухаммад): «Я всего лишь человек, такой же, как вы. Мне внушено, что ваш Ильях (Бог) — Единый Ильях (Бог — Аллах). Поэтому идите прямым путём к Нему (с истинной верой — исламским единобожием) и покоряйтесь Ему и просите у Него прощения». И горе аль-мушрикин (многобожникам, язычникам, идолопоклонникам и неверующим в Единобожие Аллаха и т. д., тем, кто поклоняется другим наряду с Аллахом или придаёт Аллаху соперников или сотоварищей и т. д.) (Коран, 41:6).

"Say (O Muhammad): "I am only a human being like you. It is inspired in me that your Ilah (God) is One Ilah (God- Allah), therefore take the Straight Path to Him (with true Faith - Islamic Monotheism) and obedience to Him and seek forgiveness of Him. And woe to Al Mushrikeen; (polytheists, pagans, idolaters, and disbeliveers in the Oneness of Allah etc., those who worship others along with Allah or set up rivals or partners to Allah etc. (Ch 41:6 Quran)

Несмотря на все увещевания Пророка, курайшиты продолжали требовать от него знамения. Они настаивали: если Господь его не ниспошлёт ему какое-нибудь знамение, они не уверуют. Неверующие спрашивали: «Почему Мухаммаду не даны чудеса, как предыдущим пророкам?» Пророк ﷺ ответил: «Потому что чудеса оказались недостаточными, чтобы убедить. Нуху были посланы знамения, и какой был результат? Где потерянное племя Самуд? Они отказались принять проповедь пророка Салиха, пока тот не покажет им знамение и не заставит скалу явить живого верблюда. Он исполнил их просьбу. В насмешку они перерезали верблюду ноги, а затем, бросив вызов пророку, чтобы тот исполнил свою угрозу о суде, наутро были найдены мёртвыми в своих постелях, пораженные ангелом Господа». Выслушав эту речь, великодушный царь приказал послам вернуться к своему народу в безопасности и не препятствовать их беглецам. Так переселенцы провели период изгнания в мире и покое.

В Коране есть около семнадцати мест, где Пророку Мухаммаду ﷺ бросают вызов явить знамение, и он отвечал на все эти требования одним и тем же или схожим образом: Аллах властен творить чудеса, но в них не уверовали; в природе есть чудеса куда большие, чем те, что можно совершить вне её; а сам Коран является великим и вечным чудом. Коран, как неизменно заявлял Пророк ﷺ неверующим, — это благословенная книга, служащая предостережением для всего мира; это совершенное руководство, разъясняющее всё необходимое; это напоминание о том, что запечатлено в человеческой природе, и он свободен от всякого противоречия, от ошибки и лжи. Это книга истинного руководства и свет для всех.

There are some seventeen places in the Quran, in which the Prophet Muhammad is challenged to work a sign, and he answered them all to the same or similar effect: Allah has the power of working miracles, and has not been believed; there were greater miracles in nature than any which could be wrought outside of it; and the Quran itself was a great, everlasting miracle. The Quran, the Prophet used to assert to the disbeliveers, is a book of blessings which is a warning for the whole world; it is a complete guidance and explains everything necessary; it is a reminder of what is imprinted on human nature and is free from every discrepancy and from error and falsehood. It is a book of true guidance and a light to all.

Что касается священных идолов, столь почитаемых и уважаемых языческими арабами, Пророк ﷺ открыто читал:

As to the sacred idols, so much honored and esteemed by the pagan Arabs, the Prophet openly recited:

«Это всего лишь имена, которые вы дали — вы и ваши отцы, — и Аллах не ниспослал для них никакого доказательства.»

"They are but names which you have named - you and your fathers - for which Allah has sent down no authority." (CH 53:23 Quran)

Когда Пророк ﷺ таким образом порицал священных богов курайшитов, те усилили гонения. Однако Пророк ﷺ, несмотря ни на что, продолжал проповедь, не устрашаясь ни враждебности своих врагов, ни их жестоких преследований. И вопреки всякому сопротивлению и растущим гонениям новая вера набирала силу. Национальная ярмарка в Окадхе, неподалёку от Мекки, привлекала многих бедуинов пустыни и торговцев из далёких городов. Они слушали учение Пророка ﷺ, его увещевания и его обличения их священных идолов и их суеверий. Всё услышанное они уносили к себе домой, в далёкие края, и так весть о явлении Пророка ﷺ стала известна почти во всех частях Аравийского полуострова.

When the Prophet thus spoke reproachfully of the sacred gods of the Quraish, the latter redoubled their persecution. But the Prophet, nevertheless, continued his preaching undaunted but the hostility of his enemies or by their bitter persecution of him. And despite all opposition and increased persecution, the new faith gained ground. The national fair at Okadh near Mecca attracted many desert Bedouins and trading citizen of distant towns. These listened to the teachings of the Prophet, to his admonitions, and to his denunciations of their sacred idols and of their superstitions. They carried back all that they had heard to their distant homes, and thus the advent of the Prophet was made know to almost all parts of the peninsula.

Однако мекканцы были как никогда разгневаны всё более усиливавшейся проповедью Пророка против их религии. Они попросили его дядю Абу Талиба остановить его, но тот ничего не мог сделать. Когда Пророк ﷺ продолжал пламенно обличать их безбожие и нечестие, они изгнали его из Каабы, где он обычно сидел и проповедовал, а затем всем скопом пошли к Абу Талибу. Они настоятельно просили почтенного вождя удержать его племянника от оскорбления их богов и от каких-либо дурных слов в адрес их предков. Они предупредили Абу Талиба, что если он этого не сделает, то будет исключён из общины своего народа и вынужден стать на сторону Мухаммада; тогда дело будет решено сражением, пока одна из сторон не будет истреблена.

The Meccans, however, were more than ever furious at the Prophet's increasing preaching against their religion. They asked his uncle Abu Talib to stop him, but he could not do anything. At , as the Prophet persisted in his ardent denunciations against their ungodliness and impiety, they turned him out from the Ka'ba where he used to sit and preach, and subsequently went in a body to Abu Talib. They urged the venerable chief to prevent his nephew from abusing their gods any longer or uttering any ill words against their ancestors. They warned Abu Talib that if he would not do that, he would be excluded from the communion of his people and driven to side with Muhammad; the matter would then be settled by fight until one of the two parties were exterminated.

Абу Талиб не желал ни отдаляться от своего народа, ни оставлять своего племянника на расправу идолопоклонникам. Он говорил с Пророком ﷺ очень мягко и умолял его отказаться от своего дела. На это предложение Пророк ﷺ твёрдо ответил: «О дядя мой, если бы мне положили солнце в правую руку, а луну в левую, чтобы я отрёкся от своей задачи, я всё равно не отступил бы от неё, пока Аллах не явит Своё дело, или я не погибну в этом деле». Пророк ﷺ, опечаленный мыслью о том, что его дядя и покровитель готов оставить его, повернулся, чтобы уйти. Но Абу Талиб громко позвал его вернуться, и он вернулся. «Говори, что пожелаешь, ибо клянусь Господом, я никогда тебя не оставлю».

Abu Talib neither wished to separate himself from his people, nor forsake his nephew for the idolaters to revenge themselves upon. He spoke to the Prophet very softly and begged him to abandon his affair. To this suggestion the Prophet firmly replied: "O my uncle, if they placed the sun in my right hand and the moon in my left hand to cause me to renounce my task, verily I would not desist therefrom until Allah made manifest His cause or I perished in the attempt." The Prophet, overcome by the thought that his uncle and protector was willing to desert him, turned to depart. But Abu Talib called him loudly to come back, and he came. "Say whatever you please; for by the Lord I shall not desert you ever."

Курайшиты вновь безуспешно пытались склонить Абу Талиба отречься от своего племянника. Почтенный вождь заявил о своём намерении защищать племянника от любых угроз и насилия. Он обратился к чувству чести двух семейств — Бани Хашим и Бани Мутталиб, оба из которых были родственниками Пророка ﷺ, — с призывом защитить своего члена семьи от того, чтобы стать жертвой ненависти враждебных сторон. Все члены обоих семейств благородно откликнулись на призыв Абу Талиба, кроме Абу Ляхаба, одного из дядей Пророка ﷺ, который встал на сторону притеснителей.

The Quraish again attempted in vain to cause Abu Talib to abandon his nephew. The venerable chief declared his intention to protect his nephew against any menace or violence. He appealed to the sense of honor of the two families of the Bani Hashim and the Bani Muttalib, both families being kinsmen of the Prophet, to protect their member from falling a victim to the hatred of rival parties. All the members of the two families nobly responded to the appeal of Abu Talib except Abu Lahab, one of the Prophet's uncles, who took part with the persecutors.

В этот период Умар ибн аль-Хаттаб принял ислам. Благодаря ему новая вера обрела ценного последователя и важный фактор для её дальнейшего развития и распространения. До этого он был яростным противником Пророка ﷺ и непримиримым врагом ислама. Говорят, что его обращение произошло под чудесным воздействием на его душу одной из сур Корана, которую читала его сестра в своём доме, куда он пришёл с намерением убить её за то, что она приняла ислам.

During this period, 'Umar Al-Khattab adopted Islam. In him the new faith gained a valuable adherent and an important factor in the future development and propagation of Islam. Hitherto he had been a violent opposer of the Prophet and a bitter enemy of Islam. His conversion is said to have been worked by the miraculous effect on his mind of a Surah of the Quran which his sister was reading in her house, where he had gone with the intention of killing her for adopting Islam.

Так партия Пророка ﷺ укрепилась благодаря обращению его дяди Хамзы, человека великой отваги и заслуг, а также Абу Бакра и Умара, людей большой энергичности и известности. Теперь мусульмане осмелились совершать свои богослужения открыто.

Thus the party of the Prophet had been strengthened by the conversation by his uncle Hamza, a man of great valor and merit; and of Abu Bakr and 'Umar, both men of great energy and reputation. The Muslims now ventured to perform their devotions in public.

Встревоженные смелым шагом, на который не смогли решиться Пророк и его последователи, а также возвращением посланцев из Абиссинии и объявлением о неудаче их миссии, курайшиты решили положить конец дальнейшему распространению ислама одним решительным ударом. С этой целью на седьмом году миссии они заключили торжественный договор против потомков Хашима и Муталliba, обязавшись не вступать с ними ни в какие браки и не поддерживать с ними никаких отношений. После этого курайшиты разделились на два лагеря, а две семьи, Хашима и Муталliba, все собрались вокруг Абу Талиба как своего главы.

Alarmed at the bold part which the Prophet and his followers were not able to assume, and roused by the return of the deputies from Abyssinia and the announcement of their unsuccessful mission, the Quraish determined to check by a decisive blow any further progress of Islam. Towards this end, in the seventh year of the mission, they made a solemn covenant against the descendants of Hashim and Muttalib, engaging themselves to contract no marriage with any of them and to have no communication with them. Upon this, the Quraish became divided into two factions, and the two families of Hashim and Muttalib all repaired to Abu Talib as their chief.

Абу Лахаб, дядя Пророка ﷺ, однако из-за своей застарелой ненависти к племяннику и его учению перешёл на сторону противников, главой которых был Абу Суфьян ибн Харб из рода Умаййа. Преследуемая сторона, как мусульмане, так и многобожники, укрылась в ущелье на восточных окраинах Мекки. Три года они жили в этом защищённом месте. Припасы, которые они взяли с собой, вскоре истощились. Вероятно, они бы полностью погибли, если бы не сочувствие и время от времени оказываемая помощь со стороны менее фанатичных соплеменников.

Abu Lahab, the Prophet's uncle, however, out of his inveterate hatred of his nephew and his doctrine, went over to the opposite party, whose chief was Abu Sufyan Ibn Harb, of the family of Umayya. The persecuted party, Muslims as well as idolaters betook themselves to a defile on the eastern skirts of Mecca. They lived in this defensive position for three years. The provisions, which they had carried with them, were soon exhausted. Probably they would have entirely perished but for the sympathy and occasional help received from less bigoted compatriots.

В начале десятого года миссии при посредничестве Хишама ибн Амра и Зубейра ибн Абу Умайи было достигнуто примирение между курайшитами и двумя семьями — Хашима и Абдуль-Мутталиба. Таким образом, союз против этих двух семей был упразднён, и они смогли вернуться в Мекку.

Towards the beginning of the tenth year of the mission, reconciliation was concluded between the Quraish and the two families of Hashim and Abdul Muttalib through the intermediation of Hisham, Ibn Umar, and Zobeir, Ibn Abu Umayya. Thus, the alliance against the two families was abolished, and they were able to return to Mecca.

В период, когда Пророк ﷺ и его родичи находились в своём оборонительном положении, ислам не продвигался за его пределами; однако в священные месяцы, когда насилие считалось святотатством, Пророк ﷺ выходил из своего временного заточения, чтобы проповедовать ислам паломникам.

During the period the Prophet and his kinspeople passed in their defensive position, Islam made no progress outside; but in the sacred months, when violence was considered sacrilege, the Prophet used to come out of his temporary prison to preach Islam to the pilgrims.

В следующем году умерли и Абу Талиб, и Хадиджа. Так Пророк ﷺ лишился в лице Абу Талиба доброго опекуна своей юности, который до того времени защищал его от врагов, а в лице Хадиджи — своего самого ободряющего спутника. Она всегда была его ангелом надежды и утешения. Пророк ﷺ, придавленный горем от утраты любимого защитника и любимой жены, не имея надежды отвратить курайшитов от идолопоклонства, с опечаленным сердцем, но полный упования, решил исполнять свою миссию на другой почве. Он выбрал Таиф, город примерно в шестидесяти милях к востоку от Мекки, куда отправился в сопровождении верного слуги Зайда.

In the following year, both Abu Talib and Khadijah died. Thus the Prophet lost in Abu Talib the kind guardian of his youth who had hitherto protected him against his enemies, and in Khadijah his most encouraging companion. She was ever his angel of hope and consolation. The Prophet, weighed down by the loss of his amiable protector and his beloved wife, without hope of turning the Quraish from idolatry, with a saddened heart, yet full of trust, resolved to exercise his ministry in some of her field. He chose Taif, a town about sixty miles east of Mecca, where he went accompanied by a faithful servant Zaid.

Племя Сакиф, жители Таифа, принял Мухаммада ﷺ очень холодно. Тем не менее он пробыл там один месяц. Хотя более рассудительные и лучшие из людей оказывали ему некоторое уважение, рабы и простолюдины отказывались слушать его учение; они крайне негодовали на его призыв отказаться от богов, которым они поклонялись с такой свободой нравов и легкостью сердца. В конце концов они восстали против него, привели его к городской стене и вынудили уйти и вернуться в Мекку.

The tribe of Thakif, who were the inhabitants of Taif, received Muhammad very coldly. However, he stayed there for one month. Though the more considerate and better sort of men treated him with a little respect, the slaves and common people refused to listen to his teachings; they were outrageously indignant at his invitation to abandon the gods they worshipped with such freedom of morals and lightness of heart. At length they rose against him, and bringing him to the wall of the city, obliged him to depart and return to Mecca.

Этот отказ сильно обескуражил его последователей; однако Пророк ﷺ смело продолжал проповедовать на многолюдных собраниях во время паломничества и приобрёл несколько новых обращённых, среди которых были шестеро из города Ятриба (позднее названного Мединой), из иудейского племени Хазрадж. Когда эти жители Ятриба вернулись домой, они распространили среди своего народа весть о том, что среди арабов появился пророк, который призовёт их к Аллаху и положит конец их распрям.

The repulse greatly discouraged his followers; however, the Prophet boldly continued to preach to the public assemblies at the pilgrimage and gained several new converts, among whom were six of the city of Yahtrib (later called Medina), of the Jewish tribe of Khazraj. When these Yathribites returned home, they spread the news among their people that a prophet had arisen among the Arabs who was to call them to Allah and put an end to their inquiries.

На двенадцатом году своей миссии Пророк ﷺ совершил ночное путешествие из Мекки в Иерусалим, а оттуда на небеса. Это путешествие, известное в истории как Мирадж (Вознесение), было реальным, телесным, а не только видением. Именно в это время Аллах повелел мусульманам совершать пять ежедневных молитв.

In the twelfth year of his mission, the Prophet made his night journey from Mecca to Jerusalem, and thence to heaven. His journey, known in history as Miraj (Ascension) was a real bodily one and not only a vision. It was at this time that Allah ordered the Muslims to pray the five daily prayers.

Аллах Всевышний сказал:

Almighty Allah had said:

«Пречист (и Превознесён) Он (Аллах) (выше всего того зла, которое приписывают Ему), Который ночью совершил путешествие Своего раба Мухаммада из Мечети аль-Харам (в Мекке) в самую дальнюю мечеть (в Иерусалиме), окрестности которой Мы благословили, чтобы показать ему (Мухаммаду) Наши знамения (доказательства, свидетельства, уроки, признаки и т. д.). Воистину, Он — Всеслышащий, Всевидящий». (Коран, 17:1)

“Glorified (and Exalted) be He (Allah) (above all that evil they associate with Him), Who took His slave Muhammad for a journey by night from AL Masjid al Haram (at Makka) to the farthest mosque (in Jerusalem), the neighborhood whereof We have blessed, order that We might show him (Muhammad) of Our Ayat (proofs, evidences, lessons, signs, etc.). Verily, He is the All Hearer, the All Seer." (Ch 17:1 Quran)

Аббас ибн Малик передал, что Малик ибн Саса сообщил ему, что Посланник Аллаха ﷺ рассказывал им о своём Ночном путешествии, говоря: «Когда я лежал в Аль-Хатиме или Аль-Хиджре, внезапно кто-то подошёл ко мне и рассек моё тело отсюда досюда». Я спросил Аль-Джаруда, который был рядом со мной: «Что он имеет в виду?» Тот ответил: «Это значит от его горла до лобка», или сказал: «от верхней части груди». Пророк ﷺ далее сказал: «Затем он извлёк моё сердце. Затем мне принесли золотое блюдо веры, и моё сердце было промыто и наполнено (верой), после чего было возвращено на прежнее место».

Abbas Ibn Malik reported that Malik Ibn Sasaa said that Allah's Messenger described to them his Night Journey saying: "While I was lying in Al-Hatim or Al-Hijr, suddenly someone came to me and cut my body open from here to here." I asked Al-Jarud, who was by my side, "What does he mean?" He said: "It means from his throat to his public area," or said, "From the top of the chest." The Prophet further said, "He then took out my heart. Then a gold tray of Belief was brought to me and my heart was washed and was filled (with Belief) and then returned to its original place.

Гавриил отправился со мной до тех пор, пока мы не достигли ближайших небес.

Gabriel set out with me till we reached the nearest heaven.

Когда он попросил открыть врата, спросили: «Кто это?» Джибриль ответил: «Джибриль». Спросили: «Кто с тобой?» Джибриль ответил: «Мухаммад». Спросили: «Его ли призвали?» Джибриль ответил утвердительно. Тогда было сказано: «Добро пожаловать! Какой превосходный приход!» Врата открылись, и когда я поднялся на первое небо, там я увидел Адама. Джабраил сказал мне: «Это твой отец Адам; приветствуй его». Я поприветствовал его, и он ответил мне на приветствие и сказал: «Добро пожаловать, благочестивый сын и благочестивый пророк».

"When he asked for the gate to be opened, it was asked, 'Who is it?' Gabriel answered, 'Gabriel.' It was asked, 'Who is accompany you?' Gabriel replied, 'Muhammad.' It was asked, 'Has Muhammad been called?' Gabriel replied in the affirmative. Then it was said. 'He is welcomed. What an excellent visit his is!' The gate was opened, and when I went over the first heaven, I saw Adam there. Gabriel said to me: 'This is your father, Adam; pay him your greetings.' So I greeted him and he returned the greetings to me and said: 'You are welcomed, O pious son and pious Prophet.'

Затем Джибриль поднимался вместе со мной, пока мы не достигли второго неба. Джибриль попросил открыть врата. Спросили: «Кто это?» Джибриль ответил: «Джибриль». Спросили: «А кто с тобой?» Джибриль ответил: «Мухаммад ﷺ». Спросили: «Его ведь призывали?» Джибриль ответил утвердительно. Тогда было сказано: «Добро пожаловать к нему! Какой же прекрасный это визит!» И врата открылись. Когда я поднялся на второе небо, я увидел там Яхъю (Иоанна) и Ису (Иисуса), которые были двоюродными братьями. Джибриль сказал мне: «Это Иоанн и Иисус; передай им свои приветствия». Я поприветствовал их, и оба ответили мне на приветствие и сказали: «Добро пожаловать, благочестивый брат и благочестивый Пророк ﷺ».

Then Gabriel ascended with me till we reached the second heaven. Gabriel asked for the gate to be opened. It was asked: 'Who is it?' Gabriel answered: 'Gabriel.' It was asked: 'Who is accompany you?' Gabriel replied, 'Muhammad.' It was asked: 'Has he been called?' Gabriel answered in the affirmative. Then it was said: 'He is welcomed. What an excellent visit his is!' The gate was opened. "When I went over the second heaven, here I saw John (Yahya) and Jesus (Isa), who were cousins of each other. Gabriel said to me: "These are John and Jesus; pay them your greetings.' So I greeted them and both of them returned my greetings to me and said, 'You are welcomed, O pious brother and pious Prophet.'

Затем Джибриль поднялся со мной до третьего неба и попросил открыть его врата. Спросили: «Кто это?» Джибриль ответил: «Джибриль». Спросили: «А кто с тобой?» Джибриль ответил: «Мухаммад ﷺ». Спросили: «Его призвали?» Джибриль ответил утвердительно. Тогда было сказано: «Добро пожаловать, какое превосходное посещение!» Врата открылись, и когда я прошёл третье небо, там я увидел Юсуфа. Джибриль сказал мне: «Это Юсуф, приветствуй его». Я поприветствовал его, и он ответил мне на приветствие и сказал: «Добро пожаловать, благочестивый брат и благочестивый Пророк».

Then Gabriel ascended with me to the third heaven and asked for its gate to be opened. IT was asked 'Who is it?' And Gabriel replied: 'Gabriel.' It was asked, 'Who is accompany you?' Gabriel replied, 'Muhammad.' It was asked, 'Has he been called?' Gabriel replied in the affirmative. Then it was said: 'He is welcomed, what an excellent visit his is!' The gate was opened, and when I went over the third heaven there I saw Joseph (Yusuf), Gabriel said to me: 'This is Joseph, pay him your greetings.' So I greeted him and he returned the greetings to me and said: 'You are welcomed, O pious brother and pious Prophet.'

Затем Джибриль поднялся со мной на четвёртое небо и попросил открыть его врата. Спросили: «Кто это?» Джибриль ответил: «Джибриль». Спросили: «А кто с тобой?» Джибриль ответил:

Then Gabriel ascended with me to the fourth heaven and asked for its gate to be opened. IT was asked 'Who is it?' Gabriel replied, 'Gabriel' It was asked: 'Who is accompany you?' Gabriel replied:

«Muhammad». Спросили: «Его позвали?» Джабриль ответил утвердительно. Тогда сказали: «Добро пожаловать, какой прекрасный визит!» Врата открылись, и когда я поднялся на четвёртое небо, там я увидел Еноха (Идриса). Джабриль сказал мне: «Это Енох, приветствуй его». Я приветствовал его, и он ответил на моё приветствие и сказал: «Добро пожаловать, благочестивый брат и благочестивый пророк».

'Muhammad.' It was asked: 'Has he been called?' Gabriel replied in the affirmative. Then it was said: 'He is welcomed, what an excellent visit his is!' "The gate was opened, and when I went over the fourth heaven, there I saw Enoch (Idris), Gabriel said to me: 'This is Enoch; pay him your greetings.' So I greeted him and he returned the greetings to me and said: 'You are welcomed O pious brother and pious Prophet.'

Затем Джибриль поднялся вместе со мной до пятого неба и попросил открыть его врата. Спросили: «Кто это?» Джибриль ответил: «Джибриль». Спросили: «А кто с тобой?» Джибриль ответил: «Мухаммад ﷺ». Спросили: «Его ли призвали?» Джибриль ответил утвердительно. Тогда было сказано: «Добро пожаловать ему, какое прекрасное посещение!» Когда я прошёл пятое небо, там я увидел Харуна. Джибриль сказал мне: «Это Харун, приветствуй его». Я приветствовал его, и он ответил мне на приветствие и сказал: «Добро пожаловать, благочестивый брат и благочестивый пророк».

Then Gabriel ascended with me to the fifth heaven and asked for its gate to be opened. It was asked: 'Who is it?' Gabriel replied: 'Gabriel.' It was asked: 'Who is accompany you?' Gabriel replied 'Muhammad.' It was asked: 'Has he been called?' Gabriel replied in the affirmative. Then it was said: 'He is welcomed, what an excellent visit his is!' So when I went over the fifth heaven, there I saw Aaron (Harun), Gabriel said to me: "This is Aaron; pay hyour greetings.' So I greeted him and he returned the greetings to me and said: "You are welcomed, O pious brother and pious Prophet."

Затем Джебраил вознёсся со мной к шестым небесам и попросил открыть его врата. Спросили: «Кто это?» Джебраил ответил: «Джебраил». Спросили: «Кто с тобой?» Джебраил ответил: «Мухаммад». Спросили: «Его ли призвали?» Джебраил ответил утвердительно. Сказали: «Добро пожаловать! Какой прекрасный приход!» «Когда я прошёл шестые небеса, там я увидел Мусу. Джебраил сказал мне: "Это Муса, приветствуй его". Я поприветствовал его, и он ответил на моё приветствие и сказал: "Добро пожаловать, благочестивый брат и благочестивый пророк ﷺ". Когда я отошёл от него (Мусы), он заплакал. Кто-то спросил его: "Что заставляет тебя плакать?" Муса ответил: "Я плачу потому, что после меня был послан юноша, последователи которого войдут в Рай в большем числе, чем мои последователи"».

Then Gabriel ascended with me to the sixth heaven and asked for its gate to be opened. It was asked: 'Who is it?' Gabriel replied: 'Gabriel.' It was asked: 'Who is accompanying you?' Gabriel replied: 'Muhammad.' It was said: 'Has he been called?' Gabriel replied in the affirmative. It was said: 'He is welcomed. What an excellent visit his is!' "When I went over the sixth heaven, there I saw Moses (Musa). Gabriel said to me: "This is Moses; pay him your greeting. So I greeted him and he returned the greetings to me and said: "You are welcomed, O pious brother and pious Prophet." When I left him (Moses) he wept. Someone asked him: 'What makes you weep?' Moses said: 'I weep because after me there has been sent (as Prophet) a young man whose followers will enter Paradise in greater numbers than my followers.'

Затем Джабраил вознёсся со мной к седьмому небу и попросил открыть его врата. Спросили: «Кто это?» Джабраил ответил: «Джабраил». Спросили: «А кто с тобою?» Джабраил ответил: «Мухаммад ﷺ». Спросили: «Его призвали?» Джабраил ответил утвердительно. Тогда было сказано: «Добро пожаловать! Какой прекрасный приход!» «Когда же я вошёл, то увидел там Ибрахима. Джабраил сказал мне: „Это твой отец, приветствуй его“. И я приветствовал его, и он ответил мне на приветствие и сказал: „Добро пожаловать, благочестивый сын и благочестивый пророк“. Затем меня возвели к Сидрат аль-Мунтаха (Лотосу крайнего предела).

Then Gabriel ascended with me to the seventh heaven and asked for its gate to be opened. It was asked: 'Who is it?' Gabriel replied: 'Gabriel.' It was asked: 'Who is accompanying you?' Gabriel replied: 'Muhammad.' It was asked: 'Has he been called?' Gabriel replied in the affirmative. Then it said: 'He is welcomed. What an excellent visit his is!' "So when I went (over the seventh heaven), there I saw Abraham (Ibrahim). Gabriel said to me: 'This is your father; pay your greetings to him.' So I greeted him and he returned the greetings to me and said: 'You are welcomed, O pious son and pious Prophet.' Then I was made to ascend to Sidrat-ul-Muntaha (the Lote Tree of the utmost boundary).

Вот! Его плоды были похожи на кувшины из Хаджра (местность близ Медины), а листья были величиной с уши слонов. Джебраил сказал: «Это Лотос предельный (Сидрат аль-Мунтаха)». Вот! Текли четыре реки: две были скрытыми, а две — видимыми. Я спросил: «Что это за два вида рек, о Джебраил?» Он ответил: «Что касается скрытых рек, то это две реки в Раю, а видимые реки — это Нил и Евфрат».

Behold! Its fruits were like the jars of Hajr (a place near Medina) and its leaves were as big as the ears of elephants. Gabriel said: "This is the Lote Tree of the utmost and boundary.' Behold! There ran four rivers, two were hidden and two were visible, I asked: 'What are these two kinds of rivers, O Gabriel?' He replied: 'As for the hidden rivers, they are two rivers in Paradise and the visible rivers are the Nile and the Euphrates.'

Затем мне показали Аль-Байт аль-Ма'мур (Священный Дом), и принесли ко мне сосуд, полный вина, другой, полный молока, и третий, полный мёда. Я взял молоко. Джебраиль сказал: «Это religion ислама, которой следуете вы и ваши последователи». Затем мне была предписана молитва: пятьдесят молитв в день. Когда я возвращался, я проходил мимо Мусы, который спросил меня: «Что тебе было приказано?» Я ответил: «Мне было приказано совершать пятьдесят молитв в день». Муса сказал: «Твои последователи не смогут выдержать пятьдесят молитв в день. Клянусь Аллахом, я испытывал людей до тебя и изо всех сил старался с Бани Исраил, но напрасно. Вернись к своему Господу и попроси уменьшить, чтобы облегчить бремя твоих последователей». Я вернулся, и Аллах уменьшил мне десять молитв. Затем я снова пришёл к Мусе, но он повторил то же самое, что говорил прежде.

"Then Al-Bait-ul-Ma'mur (the Sacred House) was shown to me and a container full of wine and another full of milk and a third full of honey were brought to me. I took the milk. Gabriel remarked: 'This is the Islamic religion which you and your followers are following.' Then the prayers were enjoined on me: they were fifty prayers a day. When I returned, I passed by Moses, who asked me; 'What have you been ordered to do?' I replied: 'I have been ordered to offer fifty prayers a day.' Moses said: 'Your followers cannot bear fifty prayers a day, and by Allah I have tested people before you, and I have tried my level best with Bani Israel in vain. Go back to your Lord and ask for reduction to lessen your followers'' burden.' So I went back, and Allah reduced ten prayers for me. Then again I came to Moses, but he repeated the same as he had said before.

Затем я вновь возвращался к Аллаху, и Он уменьшил ещё десять молитв. Когда я приходил к Мусе, он говорил то же самое. Я возвращался к Аллаху, и мне было приказано совершать десять молитв в день. Когда я вернулся к Мусе, он повторил тот же совет, и я снова возвратился к Аллаху и получил повеление совершать пять молитв в день.

Then again I went back to Allah, and He reduced ten more prayers. When I came to Moses he said the same. I went back to Allah, and He ordered m to observe ten prayers a day. When I came back to Moses, he repeated the same advice, so I went back to Allah and was ordered to observe five prayers a day.

«Когда я вернулся к Мусе, он спросил: "Что тебе было велено?" Я ответил: "Мне велено совершать пять молитв в день". Он сказал: "Твоя община не сможет выдержать пять молитв в день. Я уже имею опыт с людьми до тебя и сильно старался с Бани Исра'ил, поэтому вернись к своему Господу и попроси уменьшить количество, чтобы облегчить бремя твоей общины". Я сказал: "Я так много просил у своего Господа, что мне стыдно. Но теперь я доволен и покоряюсь веленью Аллаха". Когда я уходил, я услышал голос, говорящий: "Я объявил Своё веление и облегчил бремя Моих рабов"».

В этом году двенадцать человек из Ясриба, из которых десять принадлежали к иудейскому племени Хазрадж, а двое других — к Aус, прибыли в Мекку и принесли присягу верности Пророку ﷺ у Аль-Акабы, холма к северу от этого города. Эта присяга называлась «присягой женщин», не потому что в то время присутствовали какие-либо женщины, а потому что мужчину этой присягой не обязывали браться за оружие в защиту Пророка ﷺ или его религии; это была та же присяга, которую впоследствии взяли с женщин. Текст присяги был таким: «Мы не будем приписывать Аллаху ничего в сотоварищи; мы не будем воровать, прелюбодействовать или блудить, не будем убивать своих детей (как это делали языческие арабы, когда опасались, что не смогут их содержать), не будем возводить клевету; мы будем повиноваться Пророку ﷺ во всём разумном и будем верны ему в радости и в горе». Когда они торжественно обязались исполнять всё это, Пророк ﷺ отправил с ними домой одного из своих сподвижников, Мус'аба ибн Умейра, чтобы тот обучил их основным положениям и обрядам религии. Мус'аб, прибыв в Ясриб с помощью тех, кто уже ранее принял ислам, приобрёл несколько новых последователей, в частности Усейда ибн Худайра, одного из знатных людей города, и Са'да ибн Му'аза, предводителя племени Aус. Ислам распространялся так быстро, что почти не было дома, в котором не нашлось бы мусульман.

In this year, twelve men of Yathrib, of whom ten were of the Jewish tribe of Khazraj and the other two of Aws, came to Meccan and took an oath of fidelity to the Prophet at Al-Aqaba, a hill on the north of that city. This oath was called the Women's' Oath, not that any women were present at this time, but because a man was not thereby obliged to take up arms in defense of the Prophet or his religion, it being the same oath that was afterwards exacted of the women. This oath was as follows: "We will not associate anything with Allah; we will not steal nor commit adultery or fornication, nor kill our children (as the pagan Arabs used to do when they apprehended that they would not be able to maintain them), nor forge calumnies; we will obey the Prophet in everything that is reasonable, and we will be faithful to him in well and sorrow." When they had solemnly engaged to do all this, the Prophet sent one of his disciples, Mus'ab Ibn Umair, home with them to teach them the fundamental doctrines and ceremonies of the religion. Mus'ab, having arrived at Yathrib by the assistance of those who had been formerly converted, gained several new converts, particularly Usaid Ibn Khudair, a chief of man of the city, and Sa'd Ibn Mu'adh, prince of the tribe of Aws. Islam spread so fast that there was a scarce a house that did not have some Muslims in it.

На следующий год, тринадцатый год миссии (622 г. н. э.), Мус'аб вернулся из Ятриба в сопровождении семидесяти трёх мужчин и двух женщин из этого города, принявших ислам, а также других, которые пока оставались неверующими. По их прибытии эти жители Ятриба немедленно отправили послание Пророку ﷺ и пригласили его в свой город. Пророк ﷺ не особенно нуждался в такой помощи, поскольку его противники к тому времени стали в Мекке настолько сильны, что он не мог оставаться там much дольше без непосредственной опасности. Поэтому он принял их предложение и однажды ночью, согласно договорённости, встретился с ними у Аль-Акабы в сопровождении своего дяди Аль-Аббаса, который, хотя ещё не принял ислам, желал племяннику добра.

Затем Пророк выбрал из их числа двенадцать мужей, чтобы они выступали его уполномоченными. Так был заключён второй договор при Аль-Акабе. Жители Ятриба вернулись домой, оставив Пророка ﷺ улаживать дела с отправлением в их город. Пророк ﷺ велел своим последователям немедленно искать безопасности в Ятрибе, что они и сделали. Около ста семей тайно покинули Мекку и направились в Ятриб, где их приняли с воодушевлением и большим гостеприимством. Наконец, все ученики ушли в Ятриб. Пророк ﷺ остался в Мекке один, оставив при себе только своего юного двоюродного брата Али и своего преданного друга Абу Бакра.

The Prophet then selected twelve men out of their number to act as his delegates. Thus was concluded the second covenant of Al Aqaba. The Yathribites returned home leaving the Prophet to arrange for the journey to their city. The Prophet directed his followers to seek immediate safety at Yathrib, which they accordingly did. About one hundred families silently disappeared from Mecca and proceeded to Yathrib, where they were received with enthusiasm and much hospitality. Finally, all the disciples had gone to Yathrib. The Prophet alone remained at Mecca, keeping with him only his young cousin, 'Ali, and his devoted friend Abu Bakr.

Мекканцы, опасаясь последствий этого нового союза, стали серьёзно думать о том, как помешать Мухаммаду бежать в Ятриб. Они собрались в большой спешке. После того как несколько более мягких мер было отвергнуто, они решили, что его нужно убить. Договорились, что из каждого племени будет выбран один человек, и каждый из них нанесёт ему удар мечом, чтобы ответственность за преступление легла в равной мере на все племена. Бани Хашим, племя самого Мухаммада ﷺ, были значительно слабее и поэтому не смогли бы отомстить за смерть своего родственника.

The Meccans, fearing the consequence of this new alliance, began to think seriously of preventing Muhammad from escaping to Yathrib. They met in all haste. After several milder expedients had been rejected, they decided that he should be killed. They agreed that one man should be chosen out of every tribe and that each man should strike a blow at him with his sword so that responsibility of the guilt would rest equally on all tribes. The Bani Hashim, Muhammad's own tribe, were much inferior and therefore would not be able to revenge their kinsman's death.

Несколько благородных юношей были избраны для кровавого деяния. С наступлением ночи убийцы расположились вокруг жилища Пророка ﷺ. Они наблюдали всю ночь, ожидая, чтобы убить Мухаммада ﷺ, когда он выйдет из дома на рассвете. Некоторым из них Пророк ﷺ заранее сообщил об опасности, и он велел Али лечь на его место и укутаться в его зелёный плащ, что тот и сделал. Пророк ﷺ чудесным образом выскользнул через окно и направился в дом Абу Бакра, никем не замеченный у двери. Тем временем те, кто следил, заглянув в щель и увидев спящего Али, которого приняли за самого Мухаммада ﷺ, продолжали наблюдать там до утра.

A number of noble youths were selected for the bloody deed. As the night advanced, the assassins posted themselves round the Prophet's dwelling. They watched all night long, waiting to murder Muhammad when he should leave his house at the early dawn. By some the Prophet had warned of the danger, and he directed 'Ali to lie down in his place and wrap himself up in his green clock, which he did. The Prophet miraculously escaped through the window and he repaired to the house of Abu Bakr, unperceived by door. These, in the meantime, looking through a crevice and seeing 'Ali, whom they mistook for Muhammad himself, asleep, continued watching there until morning.

Когда Али поднялся, они обнаружили, что их обманули. Ярость курайшитов теперь не знала границ.

When 'Ali arose, they found themselves deceived. The fury of the Quraish was now unbounded.

Известие о том, что убийцы вернулись ни с чем и что Мухаммад ускользнул от них, пробудило всю их энергию. За голову Мухаммада ﷺ была назначена награда в сто верблюдов.

Передаёт Айша, дочь Абу Бакра (жена Пророка ﷺ): «Я не помню, чтобы мои родители исповедовали какую-либо религию, кроме истинной религии (Ислама), и не было ни одного дня, чтобы к нам не приходил Посланник Аллаха ﷺ утром и вечером. Когда мусульмане подверглись испытаниям (их притесняли язычники), Абу Бакр отправился переселяться в землю Абиссинии (Эфиопии), и, когда он достиг Барк аль-Гимада, его встретил Ибн ад-Даугина, предводитель племени Кара, и сказал: "О Абу Бакр! Куда ты направляешься?" Абу Бакр ответил: "Мой народ изгнал меня (из моей страны), и я хочу странствовать по земле и поклоняться моему Господу". Ибн ад-Даугина сказал: "О Абу Бакр! Такой человек, как ты, не должен покидать свою родину и не должен быть изгнан, ведь ты помогаешь бедным, добываешь им средства к существованию, поддерживаешь хорошие отношения со своими родственниками, помогаешь слабым и неимущим, щедро принимаешь гостей и помогаешь пострадавшим от бедствий. Поэтому я твой покровитель. Возвращайся и поклоняйся своему Господу в своём городе". Абу Бакр вернулся, и Ибн ад-Даугина сопровождал его. Вечером Ибн ад-Даугина посетил знатных людей Курайша и сказал им: "Такой человек, как Абу Бакр, не должен покидать свою родину и не должен быть изгнан. Неужели вы (курайшиты) изгоняете человека, который помогает бедным, добывает им средства к существованию, поддерживает хорошие отношения со своими родственниками, помогает слабым и неимущим, щедро принимает гостей и помогает пострадавшим от бедствий?" Курайшиты не смогли отказать в защите Ибн ад-Даугины и сказали ему: "Пусть Абу Бакр поклоняется своему Господу в своём доме. Он может молиться и читать там всё, что пожелает, но пусть не причиняет нам вреда этим и не делает этого публично, ибо мы боимся, что он может повлиять на наших жён и детей". Ибн ад-Даугина передал Абу Бакру всё это. Абу Бакр оставался в таком положении, поклоняясь своему Господу в своём доме. Он не молился публично и не читал Коран за пределами своего дома.

Narrated 'Aisha Bint Abu Bakr (the wife of the Prophet): "I never remembered my parents believing in any religion other than the true religion (Islam), and (I don't remember) a single day passing without our being visited by Allah's Messenger in the morning and in the evening. When the Muslims were put to test (troubled by the pagans), Abu Bakr set out migrating to the land of Abyssinia (Ethiopia), and when he reached Bark-al-Ghimad, Ibn Ad-Daghina, the chief of the tribe of Qara, met him and said, 'O Abu Bakr! Where are you going?' Abu Bakr replied: 'My people have turned me out (of my country), so I want to wander on the earth and worship my Lord.' Ibn Ad-Dhagina said: 'O Abu Bakr! A man like you should not leave his homeland, nor should he be driven out, because you help the destitute, earn their living, and you keep good relations with your kith and kin, help the weak and the poor, entertain guests generously, and help the calamity-stricken persons. Therefore, I am your protector. Go back and worship your Lord in your town.' "So Abu Bakr returned and Ibn Ad-Daghina accompanied him. In the evening Ibn Ad-Dhagina visited the nobles of Quraish and said to them. 'A man like Abu Bakr should not leave his homeland, nor should he be driven out. Do you (Quraish) drive out a man who helps the destitute, earns their living, keeps good relations with his kith and kin, helps the weak and poor, entertain guests generously and helps the calamity-stricken persons?' So the people of Quraish could not refuse Ibn Ad-Dhagina's protection, and they said to Ibn Ad-Daghina: 'Let Abu Bakr worship his Lord in his house. He can pray and recite there whatever he likes, but he should not hurt us with it, and should not do it publicly, because we are afraid that he may affect our women and children." Ibn Ad-Dhagina told Abu Bakr all of that. Abu Bakr stayed in that state, worshipping his Lord in his house. He did not pray publicly, nor did he recite Quran outside his house.

Тогда Абу Бакру пришла мысль построить мечеть перед своим домом, и там он молился и читал Коран. Женщины и дети многобожников начали собираться вокруг него в большом количестве. Они удивлялись ему и смотрели на него. Абу Бакр был человеком, который слишком много плакал, и он не мог удержаться от слёз, читая Коран. Такая ситуация напугала знатных многобожников из Курайша, и они послали за Ибн ад-Дагиной. Когда он пришёл к ним, они сказали: «Мы приняли твоё покровительство над Абу Бакром при условии, что он будет поклоняться своему Господу в своём доме, но он нарушил условия и построил мечеть перед своим домом, где молится и читает Коран открыто. Мы боимся, что он может плохо повлиять на наших женщин и детей. Поэтому удержи его от этого. Если он желает ограничить поклонение своему Господу своим домом, пусть так и делает, но если он настаивает на том, чтобы делать это открыто, попроси его освободить тебя от обязательства защищать его, ибо нам не хочется нарушать договор с тобой, но мы не позволим Абу Бакру объявлять о своём деле публично». Ибн ад-Дагина пришёл к Абу Бакру и сказал: «О Абу Бакр! Ты хорошо знаешь, какой договор я заключил от твоего имени; теперь либо ты будешь ему следовать, либо освободи меня от обязательства защищать тебя, потому что я не хочу, чтобы арабы услышали, что мои соплеменники обесчестили договор, который я заключил от имени другого человека». Абу Бакр ответил: «Я освобождаю тебя от твоего обязательства защищать меня и доволен защитой от Аллаха». Продолжение повествования Аиши: «В то время Пророк ﷺ находился в Мекке, и он сказал мусульманам:

"Then a thought occurred to Abu Bakr to build a mosque in front of his house, and there he used to pray and recite the Quran. The women and children of the pagans began to gather around him in great number. They used to wonder at him and look at him. Abu Bakr was a man who used to weep too much, and he could not help weeping or reciting the Quran. That situation scared the nobles of the pagans of Quraish, so they sent for Ibn Ad-Daghina. When he came to them, they said: 'We accepted your protection of Abu Bakr on condition that he should worship his Lord in his house, but he has violated the conditions and he has built a mosque in front of his house where he prays and recites the Quran publicly. We are not afraid that he may affect our women and children unfavorably. So, prevent him from that. If he likes to confine the worship of his Lord to his house, he may do so, but if he insists on doing that openly, ask him to release you from your obligation to protect him, for we dislike to break our pact with you, but we deny Abu Bakr the right to announce his act publicly.' Ibn Ad-Dhagina went to Abu Bakr and said: 'O Abu Bakr! You know well what contract I have made on your behalf; now, you are either to abide by it, or else release me from my obligation of protecting you, because I do not want the Arabs hear that my people have dishonored a contract I have made on behalf of another man.' Abu Bakr replied: 'I release you from your pact to protect me and am pleased with the protection from Allah.' Aisha's narration's continues: "At that time the Prophet was in Mecca, and he said to the Muslims:

Передаётся со слов 'Урвы ибн аз-Зубайра: «Посланник Аллаха ﷺ встретил аз-Зубайра в караване мусульманских торговцев, которые возвращались из Шама. Аз-Зубайр предоставил Посланнику Аллаха ﷺ и Абу Бакру белые одежды для ношения. Когда мусульмане Медины услышали весть об отбытии Посланника Аллаха ﷺ из Мекки (в сторону Медины), они каждое утро начали выходить к Харре».

"Narrated 'Urwa Ibn Az-Zubair: "Allah's Messenger met Az Zubair in a caravan of Muslim merchants who were returning from Sham. Az -Zubair provided Allah's Messenger and Abu Bakr with white clothes to wear. When the Muslims of Medina heard the new of the departure of Allah's Messenger from Mecca (towards Medina), they started going to the Harra every morning,.

Они ждали его до тех пор, пока зной полуденного солнца не вынуждал их вернуться. Однажды, прождав очень долго, они вернулись домой, и когда вошли в свои дома, один иудей поднялся на крышу одной из крепостей своего народа, чтобы что-то высмотреть, и увидел, как из марева пустыни появляются Посланник Аллаха ﷺ и его сподвижники, одетые в белые одежды.

They would wait for him till the heat of the noon forced them to return. One day, after waiting for a long while, they returned home, and when they went into their houses, a Jew climbed up to the roof of one of the forts of his people to look for something, and he saw Allah's Messenger and his companions, dressed in white clothes, emerging out of the desert mirage.

Иудей не смог сдержаться и закричал во весь голос: «О вы, арабы! Вот ваш великий человек, которого вы ждали!» Тогда все мусульмане поспешили к оружию и встретили Посланника Аллаха ﷺ на вершине Харры. Пророк ﷺ повернул вместе с ними направо и остановился в домах Бану Амр ибн Ауф. Это было в понедельник, в месяце Раби аль-Авваль. Абу Бакр встал, принимая людей, а Посланник Аллаха ﷺ сидел и молчал. Некоторые из ансаров, которые пришли и ещё не видели Посланника Аллаха ﷺ, начали приветствовать Абу Бакра. Но когда солнце упало на Посланника Аллаха ﷺ, Абу Бакр подошёл и прикрыл его своим покрывалом, и только тогда люди узнали Посланника Аллаха ﷺ. Посланник Аллаха ﷺ провёл в Бану Амр ибн Ауф десять ночей и основал мечеть (мечеть Куба), которая была заложена на благочестии.

"The Jew could not help shouting at the top of his voice: 'O you Arabs! Here is your great man whom you have been waiting for!' So all the Muslims rushed to their arms and received Allah's Messenger on the summit of Harra. The Prophet turned with them to the right and alighted at the quarters of Bani Amr Ibn Auf, and this was on Monday in the month of Rabi ul Awal. Abu Bakr stood up, receiving the people, while Allah's Messenger sat down and kept silent. Some of the Ansar who came and had not seen Allah's Messenger before began greeting Abu Bakr, but when the sunshine fell on Allah's Messenger and Abu Bakr came forward and shaded him with his sheet, only then the people came to know Allah's Messenger. Allah's Messenger stayed with Bani Amr Ibn Auf for ten nights and established the mosque (Mosque of Quba) which was founded on piety.

Так совершилась хиджра, или бегство Мухаммада ﷺ, как называют его европейские летописи, от которого ведётся исламское летоисчисление.

Thus was accomplished the hijrah, or the flight of Muhammad as called in European annals, from which the Islamic calendar dates.

Когда Пророк Мухаммад ﷺ и его сподвижники поселились в Ятрибе, этот город сменил своё название и с тех пор стал называться Аль-Мадина Аль-Мунаввара, Озарённый город, или, короче, Медина, Город. Он расположен примерно в одиннадцати днях пути к северу от Мекки. В то время им правили два кахтанидских племени, Аус и Хазрадж. Однако эти два племени постоянно враждовали между собой. Лишь примерно в то время, когда Пророк ﷺ объявил о своей миссии в Мекке, эти племена, после долгих лет непрерывных войн, вступили в период относительного мира. Когда Пророк ﷺ поселился в Медине, племена Ауса и Хазраджа полностью забыли свои старые распри и объединились узами ислама. Их прежние разделения вскоре были стёрты, и название «ансар», помощники Пророка ﷺ, стало общим обозначением всех жителей Медины, которые помогали Пророку ﷺ в его деле. Те, кто переселился вместе с ним из Мекки, получили титул «мухаджиров», то есть переселенцев. Пророк ﷺ, чтобы более тесно связать обе группы, установил между ними братство, которое соединяло их как детей одних и тех же родителей, с Пророком ﷺ в качестве их опекуна.

When the Prophet Muhammad and his companions settled at Yathrib, this city changed its name, and henceforth was called, Al-Medina, Al-Munawara, the Illuminated City, or more shortly, Medina, the City. It is situated about eleven-day's journey to the north of Mecca. At that time it was ruled by two Kahtanite tribes, Aws and Khazraj. These two tribes, however, were constantly quarreling among themselves. It was only about that time when the Prophet announced his mission at Mecca that these tribes, after long years of continuous warfare, entered on a period of comparative peace. When the Prophet settled at Medina, the tribes of Aws and Khazraj forgot entirely their old feuds and were united together in the bond of Islam. Their old divisions were soon effaced and the Ansar", the Helpers of the Prophet, became the common designation of all Medinites who had helped the Prophet in his cause. Those who emigrated with him from Mecca received the title of "Muhajereen" or the Emigrants. The Prophet, in order to unite both classes in closer bonds, established between them a brotherhood, which linked them together as children of the same parents, with the Prophet as their guardian.

Первым шагом, который предпринял Пророк ﷺ после своего поселения в Медине, было строительство мечети для поклонения Аллаху в соответствии с принципами ислама. Вскоре также были возведены дома для размещения переселенцев.

The first step the Prophet took, after his settlement at Medina, was to built a mosque for the worship of Allah according to principles of Islam. Also, houses for the accommodation of the emigrants were soon erected.

В это время Медина и её окрестности были населены тремя различными группами: мухаджирами, ансарами и иудеями. Чтобы объединить их в единую упорядоченную федерацию, Пророк ﷺ даровал народу хартию, в которой чётко определялись их права и обязанности. Эта хартия стала основой первого государства, организованного Пророком ﷺ. Она начиналась так:

Medina and its suburb were at this time inhabited by three distinct parties, the Emigrants, the Helpers, and the Jews. In order to weld them together into an orderly federation, the Prophet granted a charter to the people, clearly defining their rights and obligations. This charter represented the framework of the first commonwealth organized by the Prophet. It started thus:

«Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного. Настоящая грамота дана Мухаммадом ﷺ, посланником Аллаха, всем верующим, как из Курайша, так и из Медины, и всем лицам любого происхождения, которые объединились с ними, и все они составляют одну общину». Ниже приводятся некоторые извлечения из грамоты: Состояние мира и войны является общим для всех мусульман; никто из них не имеет права заключать мир с врагами своих единоверцев или объявлять им войну. Евреи, которые присоединятся к нашему общежитию, будут защищены от всех оскорблений и притеснений; они будут иметь равное с нашими людьми право на нашу помощь и поддержку. Евреи различных родов и все прочие, проживающие в Медине, вместе с мусульманами образуют одну объединённую общину; они будут исповедовать свою религию так же свободно, как и мусульмане. Союзники евреев будут пользоваться такой же безопасностью и свободой. Виновные будут преследоваться и наказываться. Евреи вместе с мусульманами будут защищать Медину от всех врагов.

'In the name of he Most Merciful and Compassionate Lord, this charter is given by Muhammad, the Messenger of Allah to all believers, whether of Quraish or Medina, and all individuals of whatever origin who have made common cause with them, who shall all constitute one nation." The following are some extracts from the charter: The state of peace and war shall be common to all Muslims; no one among them shall have the right of concluding peace with, or declaring war against, the enemies of his co-religionists. The Jews who attach themselves to our commonwealth shall be protected from all insults and vexations; they shall have an equal right with our people to our assistance and good offices. The Jews of the various branches and all others doiciled in Medina shall form with the Muslims one composite nation; they shall practice their religion as freely as the Muslims. The allies of the Jews shall enjoy the same security and freedom. The guilty shall be pursued and punished. The Jews shall join the Muslims in defending Medina all enemies.

Внутренняя часть Медины должна быть священным местом для всех, кто принимает этот договор. Все истинные мусульмане должны питать отвращение к каждому человеку, виновному в преступлении, несправедливости или смуте; никто не должен защищать виновного, даже если тот ему ближайший родственник.

Партия ансаров, или Помощников, включала в себя некоторых прохладных новообращённых, которые сохраняли едва скрываемое пристрастие к идолопоклонству. Их возглавлял Абдулла ибн Убаййа, человек, претендовавший на определённое значение. Внешне они приняли ислам, но втайне были недовольны. Они нередко представляли значительную опасность для новорождённой общины и требовали неустанной бдительности со стороны Пророка ﷺ. К ним он всегда проявлял величайшее терпение и снисходительность, надеясь в конце концов привлечь их к вере, и эти ожидания полностью оправдались результатом. После смерти Абдуллы ибн Убаййи его партия, известная как партия «мунафиков» (лицемеров), исчезла.

The party of the Ansars, or Helpers, included some lukewarm converts who retained an ill-concealed predilection for idolatry. These were headed by Abdullah Ibn Ubai, a man with some claims to distinction. They ostensibly joined Islam, but in secret were disaffected. They often were a source of considerable danger to the newborn commonwealth and required unceasing watchfulness on the part of the Prophet. Towards them he always showed the greatest patience and forbearance, hoping in the end to win them over to the faith, which expectations were fully justified by the result. While the death of Abdullah Ibn Ubai, his party which were known as the party of the "Munafiqeen" (the Hypocrites) disappeared.

Однако евреи, составлявшие третью силу в Медине, представляли собой наиболее серьёзную угрозу. Никакая доброта и великодушное обращение со стороны Пророка ﷺ, казалось, не могли их удовлетворить. Вскоре они отступились и встали в ряды врагов новой веры. Они не колебались открыто заявлять, что предпочитают идолопоклонство с сопутствующими ему пороками вере в ислам. Таким образом, Пророку ﷺ приходилось следить за своими врагами, с одной стороны, за пределами Медины, а с другой — внутри города. Мекканцы, поклявшиеся в смерти Мухаммада ﷺ, были хорошо осведомлены о реальных силах мусульман благодаря группировке лицемеров и евреев в Медине. Они также знали, что евреи приняли союз с Мухаммадом ﷺ лишь из соображений временной выгоды и что они отступятся от него и присоединятся к идолопоклонникам, как только те появятся в окрестностях Медины. Безопасность государства требовала пресечения деятельности предателей, которые тайно передавали сведения общему врагу.

The Jews who constituted the third party of the Medinites were, however, the most serious element of danger. No kindness or generous treatment on the part of the Prophet would seem to satisfy them. They soon broke off and ranged themselves with the enemies of the new faith. They did not hesitate to declare openly that they preferred idolatry, with its attendant evils, to the faith of Islam. Thus, the Prophet had to keep an eye on his enemies outside Medina, on the one hand, and those within the city on the other. The Meccans who had sworn Muhammad's death were well acquainted, thanks to the party of the Hypocrites and of the Jews at Medina, with the real forces of the Muslims. They also knew that the Jews had accepted Muhammad's alliance only from motives of temporary expedience and that they would break away from him to join the idolaters as soon as the latter showed themselves in the vicinity of Medina. The safety of the state required the proscription of the traitors who were secretly giving information to the common enemy.

Ближе ко второму году хиджры язычники Мекки начали серию враждебных действий против мусульман Медины. Они посылали отряды, чтобы разорять плодовые деревья мусульман Медины и угонять их скот. Теперь наступил момент самого серьёзного испытания для ислама. Пророк ﷺ обязан был принять решительные меры, чтобы защититься от любого заговора изнутри или внезапного нападения извне.

Towards the second year of the hijrah, the idolaters of Mecca began a series of hostile acts against the Muslims of Medina. They sent men in parties to commit depredations on the fruit trees of the Muslims of Medina and to carry away their flocks. Now came the moment of severest trial to Islam. It became the duty of the Prophet to take serious measures to guard against any plot rising from within or a sudden attack from without.

Пророк Аллаха установил в Медине военную дисциплину. Ему приходилось часто посылать разведывательные отряды, чтобы защититься от внезапного нападения. Едва Пророк ﷺ организовал своё государство, как уже выступила большая, хорошо вооружённая армия мекканцев. Отряд численностью в тысячу человек под командованием Абу Джахля, великого врага ислама, двинулся к Медине, чтобы напасть на город. Мусульмане своевременно получили известие о намерениях врага. Был собран отряд из трёхсот последователей, две трети которых были жителями Медины, чтобы опередить многобожников и занять долину Бадр, расположенную у моря между Меккой и Мединой. Когда Пророк ﷺ увидел, что войско неверных приближается к долине, он молил, чтобы этот малый отряд мусульман не был уничтожен.

Allah's Prophet put Medina in a state of military discipline. He had to send frequent reconnoitering parties to guard against any sudden onslaught. No sooner did the Prophet organize hi state than a large well-equipped army of the Meccans was afield. A force constituting of one thousand men marched under Abu Jahl, a great enemy of Islam, towards Medina to attack the city. The Muslims received timely notice of their enemies' intention. A body of three hundred adherents, of whom two thirds were citizens of Medina, was gathered to forestall the idolaters by occupying the valley of Badr, situated near the sea between Mecca and Medina. When the Prophet saw the army of the infidels approaching the valley, he prayed that the little band of Muslims might not be destroyed.

Войско мекканцев выдвинулось на открытое пространство, отделявшее мусульман от многобожников. Согласно арабскому обычаю, сражение началось с единоборств. Затем бой стал всеобщим. Итогом битвы стало то, что мекканцы были отброшены назад с большими потерями.

The army of the Meccans advanced into the open space which separated the Muslims from the idolaters. According to Arab usage, the battle was began by simple combats. The engagement that became general. The result of the battle was that the Meccans were driven back with great loss.

Несколько их вождей были убиты, в том числе Абу Джахль.

Several of their chiefs were slain, including Abu Jahl.

Большое число многобожников оставалось в плену у мусульман. Вопреки всем обычаям и традициям арабов, с ними обращались с величайшим гуманизмом.

A large number of idolaters remained prisoners in the hands of the Muslims. They were, contrary to all usage and traditions of the Arabs, treated with the greatest humanity.

Пророк ﷺ дал строгие указания, чтобы к ним проявляли сочувствие в их несчастье и обращались с ними с добротой. Эти наставления верно исполнялись мусульманами, на попечение которых были переданы пленники. Рассматривая это событие, сэр Уильям Мьюр в своей книге «Жизнь Мухаммада» приводит слова одного из пленников: «Благословение людям из Медины! Они сажали нас на верховых животных, а сами шли пешком; они давали нам есть пшеничный хлеб, когда его было мало, а сами довольствовались финиками». Аллах Всевышний сказал:

The Prophet gave strict orders that sympathy should be shown to them in their misfortune and that they should be treated with kindness. These instructions were faithfully obeyed by the Muslims to whose care the prisoners were confided. Dealing with this event, Sir William Muir, in his book Life of Muhammad, quotes one of the prisoners saying: "Blessing be on the men of Medina; they made us ride, while they themselves walked; they gave us wheaten bread to eat, when there was little of it, contenting themselves with dates." Almighty Allah said:

И Аллах уже даровал вам победу при Бадре, когда вы были слабым малочисленным отрядом. So fear Allah much (abstain from all kinds of sins and evil deeds which He has forbidden and love Allah much, perform all kinds of good deeds which He has ordained) that you may be grateful. Wait, I need to correct that: the parenthetical and the English tail should be fully translated. И Аллах уже даровал вам победу при Бадре, когда вы были слабым малочисленным отрядом. Так bойтесь Аллаха как можно больше (воздерживайтесь от всех видов грехов и дурных деяний, которые Он запретил, и любите Аллаха как можно больше, совершайте все виды благих деяний, которые Он предписал), чтобы вы были благодарны.

"And Allah has already made you victorious at Badr, when you were a weak little force. So fear Allah much (abstain from all kinds of sins and evil deeds which He has forbidden and love Allah much, perform all kinds of good deeds which He has ordained) that you may be grateful.

(Вспомните), когда ты (Мухаммад) говорил верующим: «Разве не достаточно для вас, чтобы ваш Господь (Аллах) помог вам тремя тысячами ниспосланных ангелов? Да, если вы будете терпеливы и богобоязненны, и враг нападёт на вас внезапно, ваш Господь поможет вам пятью тысячами ангелов с особыми знаками». Аллах сделал это лишь как добрую весть для вас и как успокоение для ваших сердец. Нет победы иначе, как от Аллаха, Могущественного, Мудрого. Чтобы Он истребил часть тех, кто не верил, или унизил их, чтобы они ушли ни с чем.» (Коран, 3:123–127).

Следующей битвой между курайшитами и мусульманами стала битва при Ухуде — холме примерно в четырёх милях к северу от Медины. Многобожники, желая отомстить за своё поражение при Бадре, тщательно готовились к новому нападению на мусульман. Они собрали войско из трёх тысяч крепких мужчин, из которых семьсот были вооружены кольчугами, и двести коней. Эти силы выступили под предводительством Абу Суфьяна и расположились лагерем в селении в шести милях от Медины, где предались опустошению полей и стад мединцев. Пророк ﷺ, значительно уступая врагам в численности, сначала решил оставаться внутри города и встретить их там; но впоследствии, когда возобладал совет некоторых его сподвижников, он выступил против них во главе тысячи человек, из которых сто были в кольчугах; однако у него во всём войске было не более одного коня, помимо его собственного. С этим войском он остановился у горы Ухуд. Вскоре его покинул Абдулла ибн Убай, предводитель лицемеров, вместе с тремястами своими последователями. Таким образом, небольшое войско Пророка ﷺ уменьшилось до семисот человек.

The next battle between the Quraish and the Muslims was the battle of Uhud, a hill about four miles to the north of Medina. The idolaters, to revenge their loss at Badr, made tremendous preparations for a new attack upon the Muslims. They collected an army of three thousand strong men, of whom seven hundred were armed with coats of mail, and two hundred horses. These forces advanced under the conduct of Abu Sufyan and encamped at a village six miles from Medina, where they gave themselves up to spoiling the fields and flocks of the Medinites. The Prophet, being much inferior to his enemies in number, at first determined to keep himself within the town and to receive them there; but afterwards, the advice of some of his companions prevailing he marched out against them at the head of one thousand men, of whom one hundred were armed with coats of mail; but he had no more than one horse, besides his own, in his whole army. With these forces he halted at Mount Uhud. He was soon abandoned by Abdullah Ibn Ubai, the leader of the Hypocrites, with three hundred of his followers. Thus, the small force of the Prophet was reduced to seven hundred.

На горе Ухуд мусульманское войско провело ночь, а утром, совершив молитву, выступило на равнину. Пророк ﷺ устроил так, чтобы холм был у него за спиной, и, чтобы лучше обезопасить своих воинов от окружения, поставил пятьдесят лучников на возвышенности в тылу, позади войска, и строго приказал им не покидать своих постов, что бы ни произошло.

At Mount Uhud the Muslim troops passed the night, and in the morning, after offering their prayers, they advanced into the plain. The Prophet contrived to have the hill at his back, and, the better to secure his men from being surrounded, he placed fifty archers on the height in the rear, behind the troops, and gave them strict orders not to leave their posts whatever might happen.

Курайшиты были слишком измотаны, чтобы развить своё преимущество, — ни напасть на Медину, ни сбить мусульман с холмов Ухуда. Они отступили с мединских земель, предварительно варварски изуродовав тела павших врагов.

The Quraish were too exhausted to follow up their advantage, either by attacking Medina or by driving the Muslims from the heights of Uhud. They retreated from the Medinite territories after barbarously mutilating the corpses of their dead enemies.

Всемогущий Аллах сказал:

Almighty Allah said:

Итак, не будьте слабыми (перед врагом) и не печальтесь, и вы будете превосходить (в победе).

"So do not become weak (against your enemy), nor be sad, and you will be superior (in victory)

«если вы действительно верующие. Если рана (и гибель) коснулась вас, то и другой рану и гибель уже испытали подобную. И такие дни (хорошие и не очень) Мы даём людям по очереди, чтобы Аллах испытал тех, кто уверовал, и чтобы взял из вас мучеников. А Аллах не любит аз-залимун (многобожников и беззаконников).»

if you are indeed (true) believers. If a wound (and killing ) has touched you, be sure a similar wound (and killing) has touched the others. And so are the days (good and not so good), We give to men by turns, that Allah may test those who believe, and that He may take martyrs from among you. And Allah likes not the Zalimeen (polytheists and wrongdoers).

И чтобы Аллах испытал верующих (или очистил их от грехов) и погубил неверующих. Или вы думаете, что войдёте в Рай прежде, чем Аллах испытает тех из вас, кто сражался (на Его пути), и испытает терпеливых? Ведь вы действительно желали смерти (аш-шахада — мученичества), (прежде чем её встретить).

And that Allah may test (or purify) the believers (from sins) and destroy the disbeliveers. Do you think that you will enter Paradise before Allah tests those of you who fought (in His Cause) and (also) tests those who are patient? You did indeed wish for death (Ash-shahadah- martyrdom)

«...Прежде чем вы встретили его. Теперь вы видели его открыто собственными глазами».

before you met it. Now you have seen it openly with your own eyes." (Ch 3:139-143 Quran)

Аллах Всевышний также сказал:

Allah the Exalted also said:

«Мы вселим ужас в сердца тех, кто не уверовал, ибо они приобщали к Аллаху других в поклонении, относительно чего Он не ниспослал никакого повеления; их пристанищем будет Огонь, и скверно пристанище беззаконников (многобожников и творящих несправедливость). Аллах действительно исполнил Своё обещание вам, когда вы убивали их (ваших врагов) с Его дозволения; до тех пор, пока вы не пали духом и не стали спорить о повелении и не ослушались после того, как Он показал вам то (из добычи), что вы любите. Среди вас есть те, кто желает этого мира, и есть те, кто желает Последней жизни. Тогда Он заставил вас обратиться в бегство от них (ваших врагов), чтобы испытать вас. Но, поистине, Он простил вас, ибо Аллах обладает милостью к верующим».

Евреи также не медлили с тем, чтобы втянуть Пророка ﷺ и его последователей в беды. Они пытались посеять рознь среди его народа, клеветали на него и на его приверженцев. Они искажали слова Корана, придавая им оскорбительный смысл. Они также побуждали своих поэтов, которые превосходили других в культуре и уме, использовать свое влияние для разжигания смуты среди мусульман. Один из их выдающихся поэтов по имени Ка'б из племени Бани ан-Надир не жалел усилий, публично сокрушаясь о неудаче многобожников после их поражения при Бадре.

The Jews also were not slow to involve in trouble the Prophet and his followers. They tried to create disaffection among his people and slandered him and his adherents. They mispronounced the words of the Qur'an so as to give them an offensive meaning. They also caused their poets, who were superior in culture and intelligence, to use their influence to sow sedition among the Muslims. One of their distinguished poets, called Ka'b, of the Bani An-Nadir, spared no efforts in publicly deploring the ill success of the idolaters after their defect at Badr.

Своими сатирами на Пророка ﷺ и его сподвижников, а также своими элегиями на мекканцев, павших при Бадре, Ка'б добился того, что курайшиты впали в то исступление мести, которое вылилось при Ухуде. Затем он вернулся в Медину, где продолжал нападать на Пророка ﷺ и мусульман, мужчин и женщин, в самых непристойных выражениях. Хотя он принадлежал к племени Бани ан-Надир, которое заключило договор с мусульманами и обязалось как за внутреннюю, так и за внешнюю безопасность государства, он открыто выступал против общины, членом которой являлся.

By his satires against the Prophet and his disciples, and his elegies on the Meccans who had fallen at Badr, Ka'b succeeded in exciting the Quraish to that frenzy of vengeance which broke out at Uhud. He then returned to Medina, where he continued to attack the Prophet and the Muslims, men and women, in terms of the most obscene character. Though he belonged to the tribe of Bani An Nadir, which had entered into the compact with the Muslims and pledged itself both for the internal and external safety of the State, he openly directed his acts against the commonwealth of which he was a member.

Другой иудей, по имени Саллам, из того же племени, так же яростно и озлобленно вёл себя против мусульман. Он жил вместе с частью своего племени в Хайбаре, деревне в пяти днях пути к северо-западу от Медины. Он прилагал все усилия, чтобы настроить соседние арабские племена против мусульман. Мусульманская община, стремясь обеспечить безопасность внутри общины, вынесла приговор об объявлении вне закона Ка'ба и Саллама.

Another Jew, Sallam by name, of the same tribe, behaved equally fiercely and bitterly against the Muslims. He lived with a party of his tribe at Khaibar, a village five days' journey northwest of Medina. He made every effort to excite the neighboring Arab tribes against the Muslims. The Muslim commonwealth with the object of securing safety among the community, passed a sentence of outlawry upon Ka'b and Sallam.

В том же году враги ислама предприняли все возможные попытки поднять племена против мусульман. Иудеи также принимали активное, хотя и скрытое, участие в этих интригах. Армия из десяти тысяч хорошо вооружённых людей выступила к Медине под командованием Абу Суфьяна. Они расположились лагерем у горы Ухуд, в нескольких милях от города. Мусульмане смогли собрать лишь армию из трёх тысяч человек. Видя, с одной стороны, своё численное превосходство противника, а с другой — смятение лицемеров внутри города, они предпочли остаться в обороне. Они вырыли глубокий ров вокруг незащищённых кварталов Медины и расположились лагерем за пределами города, с рвом перед собой. Для своей безопасности с другой стороны они полагались на своих союзников, бану Курайза, которые владели несколькими крепостями на небольшом расстоянии к югу и по договору были обязаны помогать мусульманам против любых нападавших. Однако эти иудеи были склонены идолопоклонниками нарушить своё обязательство и присоединиться к курайшитам. Поскольку эти иудеи были знакомы с лицемерами внутри городских стен, которые ждали возможности сыграть свою роль, положение мусульман было крайне опасным.

In the same year, the enemies of Islam made every possible attempt to stir up the tribes against the Muslims. The Jews also took an active, if hidden, part in those intrigues. An army of ten thousand well-equipped men, marched towards Medina under the command of Abu Sufyan. They encamped near Mount Uhud, a few miles from the city. The Muslims could gather only an army of three thousand men. Seeing their inferiority in numbers on the one hand, and the turbulence of the Hypocrites within the town on the other, they preferred to remain on the defensive. They dug a deep moat round the unprotected quarters of Medina and encamped outside the city with a trench in front of them. They relied for safety of the other side upon their allies, the Quaraiza, who possessed several fortresses at a short distance towards the south and were bound by the compact to assist the Muslim s against any raiders. These Jews, however, were induced by the idolaters to violate their pledge and to join the Quraish. As these Jews were acquainted with the Hypocrites within the walls of the city were waiting for an opportunity to play their part, the situation of the Muslims was most dangerous.

Осада уже длилась двадцать дней. Враг предпринимал отчаянные усилия, чтобы перейти ров, но каждая попытка яростно отражалась небольшим мусульманским войском. Среди осаждавшей армии уже царило разногласие. Их лошади быстро гибли, а запасы провизии с каждым днём становились всё меньше. Ночью буря с ветром и дождём опрокинула их шатры и погасила огни. Абу Суфьян и большая часть его войска бежали, а остальные укрылись у курайзитов. Мусульмане, хотя и были довольны неудачей своих врагов, не могли не думать, что победа неполна, пока курайзиты, нарушившие свой священный договор, остаются так близко. Иудеи в любой момент могли внезапно напасть на Медину с their стороны.

В это время Пророк ﷺ даровал монахам монастыря Святой Екатерины, что близ горы Синай, свою щедрую грамоту, благодаря которой христиане получили благородные и великодушные привилегии и гарантии. Он сам и велел своим последователям защищать христиан, оберегать их церкви и жилища их священников и охранять их от всякого вреда. Их не должно было облагать несправедливыми налогами; ни один епископ не должен был быть изгнан из своей епархии; ни один христианин не должен был принуждаться отречься от своей религии; ни один монах не должен был быть изгнан из своего монастыря; ни одному паломнику не должны были препятствовать в его паломничестве; и христианские церкви не должны были разрушаться ради строительства мечетей или домов для мусульман. Христианские женщины, состоящие в браке с мусульманами, должны были пользоваться своей религией и не подвергаться принуждению или притеснению какого-либо рода. Если христианам понадобится помощь для ремонта их церквей или монастырей или для какого-либо иного дела, связанного с их религией, мусульмане должны были оказывать им помощь. Это не должно было считаться поддержкой их религии, а лишь оказанием помощи в особых обстоятельствах. Если мусульмане окажутся в состоянии войны с внешними христианами, ни один христианин, проживающий среди мусульман, не должен подвергаться пренебрежению из-за своего вероисповедания.

It was about this time that the Prophet granted to the monks of the Monastry of St. Catherine, near Mount Sinai, his liberal charter by which they secured for the Christians noble and generous privileges and immunities. He undertook himself and enjoined his followers, to protect the Christians, to defend their churches and the residences of their priests and to guard them from all injuries. They were not to be unfairly taxed; no bishop was to be driven out of his diocese; nor Christian was to be forced to reject his religion; no monk was to be expelled from his Monastry; no pilgrim was to be stopped from his pilgrimage; nor were the Christian churches to be pulled down for the sake of building mosques or houses for the Muslims. Christian women married to Muslims were to enjoy their own religion and not to be subjected to compulsion or annoyance of any kind. If the Christians should stand in need of assistance for the repair of their churches or monasteries, or any other matter pertaining to their religion, the Muslims were to assist them. This was not to be considered as supporting their religion, but as simply rendering them assistance in special circumstances. Should the Muslims be engaged in hostilities with outside Christians, no Christian resident among the Muslims should be treated with contempt on account of his creed.

Пророк ﷺ объявил, что любой мусульманин, нарушивший какое-либо положение этого договора, должен считаться преступившим повеления Аллаха, нарушителем Его завета и пренебрегающим Его верой.

The Prophet declared that any Muslim violating any clause of the charter should be regarded as a transgressor of Allah's commandments, a violator of His testament and neglectful of His faith.

Шесть лет уже прошло с тех пор, как Пророк и его последователи из Мекки покинули свою родину. Их сердца стали тосковать по домам и по их Священному Дому — Каабе. Когда приблизился сезон паломничества, Пророк ﷺ объявил о своём намерении посетить святыню, и многочисленные голоса его сподвижников откликнулись на этот призыв. Вскоре начались приготовления к путешествию в Мекку. Пророк ﷺ отправился в паломничество в сопровождении семисот или восьмисот мусульман, мухаджиров и ансаров, все из которых были совершенно безоружны. Курайшиты, которые всё ещё питали вражду к мусульманам, собрали большое войско, чтобы не допустить их в Мекку, и дурно обошлись с посланником, которого Пророк ﷺ направил, чтобы испросить разрешение посетить священные места. После больших трудностей был заключён договор, по которому было условлено, что все военные действия прекращаются на десять лет; что любой, кто придёт от курайшитов к Пророку ﷺ без разрешения опекуна или вождя, должен быть возвращён идолопоклонникам; что мусульмане, которые перейдут к мекканцам, не будут выданы; что любое племя, желающее заключить союз либо с курайшитами, либо с мусульманами, вправе сделать это без споров; что мусульмане в этот раз должны вернуться в Медину и прекратить дальнейшее продвижение; и что в следующем году им будет позволено посетить Мекку и оставаться там три дня с оружием, которое они носят в путешествиях, а именно — мечами в ножнах.

Six years had already elapsed since the Prophet and his Meccan followers had fled from their birthplace. Their hearts began to yearn for their homes and for their Sacred House the Ka'ba. As the season of the pilgrimage approached, the Prophet announced his intention to visit the holy center, and numerous voices of his disciples responded to the call. Preparations were soon made for the journey to Mecca. The Prophet, accompanied by seven or eight hundred Muslims, Emigrants and Ansars, all totally unarmed, set out on the pilgrimage. The Quraish, who were still full of animosity towards the Muslims, gathered a large army to prevent them from entering Mecca and maltreated the envoy whom the Prophet had sent to ask permission to visit the holy places. After much difficulty, a treaty was concluded by which it was agreed that all hostilities should cease for ten years; that anyone coming from the Quraish to the Prophet without the permission of the guardian or chief should be given back to the idolaters; that any Muslim persons going over to the Meccans should not be surrendered; that any tribe desirous of entering into alliance, either with the Quraish or with the Muslims, should be at liberty to do so without disputes; that the Muslims should go back to Medina on the present occasion and stop advancing further; that they should be permitted in the following year to visit Mecca and to remain there for three days with the arms they used on journeys, namely, their scimitars in sheaths.

Так завершился Худейбийский договор, и Пророк ﷺ вернулся вместе со своими людьми в Медину.

В то же время Пророку ﷺ было открыто, что его миссия должна быть всеобщей. Он направил несколько посланников, чтобы призвать соседних правителей принять ислам. Посольство к царю Персии Хосрову Парвизу было встречено с пренебрежением и оскорблением. Тот был надменно поражён дерзостью беглеца из Мекки, обращавшегося к нему на равных. Он пришёл в такую ярость, что разорвал на куски письмо Пророка ﷺ с призывом принять ислам и с величайшим презрением отпустил посланника из своего присутствия. Когда Пророку ﷺ сообщили об этом обращении, он спокойно заметил: «Так будет разорвана на куски империя Хосрова».

About this time it was revealed to the Prophet that his mission should be universal. He dispatched several envoys to invite the neighboring sovereigns to Islam. The embassy to the king of Persia, Chosroes Parvis, was received with disdain and contumely. He was haughtily amazed at the boldness of the Mecca fugitive in addressing him on terms of equality. He was so enraged that he tore up into pieces the Prophet's letter of invitation to Islam and dismissed the envoy from his presence with great contempt. When the Prophet received information on this treatment, he calmly observed: "Thus will the Empire of Chosroes be torn to pieces."

Посольство к Гераклию, императору римлян, было принято гораздо более вежливо и почтительно. Он оказал послу большое уважение и отправил Пророку ﷺ любезный ответ на его послание.

The embassy to Heraclitus, the Emperor of the Romans, was received much more politely and reverentially. He treated the ambassador with great respect and sent the Prophet a gracious reply to his message.

Другой посланник был направлен к арабскому князю из племени Гассанидов, христианскому вассалу Ираклия. Этот князь, вместо того чтобы принять посланника с каким-либо уважением, жестоко умертвил его. Этот поступок вызвал большое смятение среди мусульман, которые восприняли его как оскорбление международных обязательств.

Another envoy was sent to an Arab price of the Ghassanite tribe, a Christian feudatory of Heraclius. This prince, instead of receiving the envoy with any respect, cruelly murdered him. This act caused great consternation among the Muslims, who considered it as an outrage of international obligations.

Передал Абдулла ибн Аббас: Абу Суфьян ибн Харб сообщил мне, что Ираклий направил к нему посланца, когда тот сопровождал караван курайшитов. Это были торговцы, которые вели дела в Шаме (Сирия, Палестина, Ливан и Иордания) в то время, когда у Посланника Аллаха ﷺ было перемирие с Абу Суфьяном и курайшитами-многобожниками. Абу Суфьян и его спутники отправились к Ираклию в Илье (Иерусалим).

Narrated Abdullah Ibn Abbas: Abu Sufyan Ibn Harb informed me that Heraclius had sent a messenger to him while he had been accompanying a caravan from Quraish. They were merchants doing business in Sham (Syria, Palestine, Lebanon, and Jordan) at the time when Allah's Messenger had a truce with Abu Sufyan and Quraish infidels. So Abu Sufyan and his companions went to Heraclius at Ilya (Jerusalem).

Гераклий призвал их к себе во дворец и собрал вокруг себя всех знатных вельмож Рима. Затем он велел позвать своего переводчика, и тот, переводя вопрос Гераклия, сказал им: «Кто из вас наиболее близок по родству с тем человеком, который утверждает, что он пророк?» Абу Суфьян ответил: «Я ближе всех к нему по родству (среди нас)». Гераклий сказал: «Приведите его (Абу Суфьяна) ко мне поближе и велите его спутникам встать позади него». Абу Суфьян добавил: «Гераклий велел своему переводчику передать моим спутникам, что он хочет задать мне несколько вопросов о том человеке (Пророке ﷺ), и если я солгу, то пусть они (мои спутники)

Heraclitus called them in the court and he had all the senior Roman dignitaries around him. He called for his translator who, translating Heraclius's question, said to them: "Who among you is closely related to that man who claims to be a Prophet?" Abu Sufyan replied: "I am the nearest relative to him (amongst the group)." Heraclius said: "Bring him (Abu Sufyan) close to me and make his companions stand behind him." Abu Sufyan added: "Heraclius told his translator to tell my companions that he wanted to put some questions to me regarding that man (The Prophet) and if I told a lie they (my companions)

В том же году иудеи Хайбара, сильно укреплённой местности, находившейся в четырёх днях пути от Медины, проявляли непримиримую ненависть к мусульманам. Объединившись союзом с племенем Гатафан, а также с другими родственными племенами, иудеи Хайбара предприняли серьёзные попытки создать коалицию против мусульман. Пророк ﷺ и его последователи были осведомлены об этом движении, и незамедлительно были приняты меры, чтобы пресечь любое новое нападение на Медину.

In the same year the Jews of Khaibar, a strongly fortified territory at a distance of four days' journey from Medina, showed implacable hatred towards the Muslims. United by alliance with the tribe of Ghatfan, as well as with other cognate tribes, the Jews of Khaibar made serious attempts to for ma coalition against the Muslims. The Prophet and his adherents were apprised of this movement and immediate measures were taken in order to repress any new attack upon Medina.

Вскоре был снаряжён отряд из тысячи четырёхсот человек для похода против Хайбара. Союзники иудеев оставили их одних, чтобы они сами вели войну с мусульманами. Иудеи стойко противостояли атакам мусульман, но в конце концов им пришлось одну за другой сдать все свои крепости своим врагам. Они попросили прощения, которое было дарован им на определённых условиях. Их земли и недвижимое имущество были закреплены за ними вместе со свободой исповедования их религии. После покорения Хайбара мусульмане благополучно вернулись в Медину.

An expedition of fourteen hundred men was soon prepared to march against Khaibar. The allies of the Jews left them to face the war with the Muslims all alone. The Jews firmly resisted the attacks of the Muslims, but eventually all their fortress had to be surrendered, one after the other to their enemies. They prayed for forgiveness, which was accorded to them on certain conditions. Their lands and immovable property were secured to them, together with the free practice of their religion. After subduing Khaibar, the Muslims returned to Medina in safety.

До наступления конца года, это был седьмой год хиджры, Пророк и его последователи воспользовались перемирием с курайшитами, чтобы посетить священную Каабу. Пророк ﷺ в сопровождении двухсот мусульман отправился в Мекку для совершения обрядов паломничества. В этот раз курайшиты покинули город на время трёх дней, в течение которых длились церемонии.

Before the end of the year, it being the seventh year of the hijrah, the Prophet and his adherents availed themselves of their armistice with the Quraish to visit the holy Ka'ba. The Prophet, accompanied by two hundred Muslims, went to Mecca to perform the rites of pilgrimage. On this occasion the Quraish evacuated the city during the three days which the ceremonies lasted.

Сэр Уильям Мьюир в своей книге «Жизнь Мухаммада», том III, комментирует этот инцидент следующим образом:

Sir William Muir, in his book, Life of Mohammed Vol. III comments on the incident as follows:

Это, несомненно, было необычное зрелище, которое в те дни открылось взору в долине Мекки — зрелище, не имеющее аналогов в истории мира. Древний город на три дня покидали все его жители, знатные и простые: каждый дом пустел. Пока они уходили, изгнанные обратившиеся в ислам, многие годы жившие вдали от родины, приближались большим отрядом в сопровождении своих союзников. Они возвращались к пустым домам своего детства и за отведённое короткое время совершали обряды паломничества. Жители окрестностей, поднимаясь на окружающие возвышенности, укрывались в палатках или иных убежищах среди холмов и ущелий. Собравшись на нависающей вершине Абу Кубейс, они оттуда наблюдали за движениями пришедших внизу: во главе с Пророком ﷺ те совершали обход Каабы и быстрое шествие между Ас-Сафой и Марвой, и тревожно вглядывались в каждую фигуру, не узнают ли среди молящихся какого-нибудь давно потерянного друга или родственника.

It was surely a strange sight, which at this time presented itself at the vale of Mecca, a sight unique in the history of the world. The ancient city is for three days evacuated by all its inhabitants, high and low, every house deserted, and as they retire, the exiled converts, many years banished from their birth-place, approach in a great body accompanied by their allies, revisit the empty homes of their childhood, and within the short allotted space, fulfil the rites of pilgrimage. The outside inhabitants, climbing the heights around take refuge under tents or other shelter among the hills and glens; and clustering on the overhanging peak of Abu Qubeis, thence watch the movements of the visitors beneath, as with the Prophet at their head, they make the circuit of the Ka'ba and rapid procession between Essafa and Marwah, and anxiously scan every figure, if perchance they may recognize among the worshippers some long lost friend or relative.

Когда Пророк и его последователи вернулись в Медину, они организовали военный поход с целью отомстить Гассанидскому князю, который убил посланника мусульман. Отряд из трёх тысяч человек под командованием приёмного сына Пророка Зайда был отправлен, чтобы взыскать возмездие с провинившегося племени.

When the Prophet and his followers returned to Medina, they arranged in expedition to exact retribution from the Ghassanite prince who had killed the Muslim envoy. A force of three thousand men, under the Prophet's adopted son Zaid, was sent to take reparation from the offending tribe.

Халид ибн аль-Валид был одним из полководцев, назначенных для этого похода. Когда они достигли окрестностей Муты, селения к юго-востоку от Мёртвого моря, их встретили подавляющие силы арабов и римлян, собравшихся, чтобы противостоять им. Однако мусульмане решительно постановили двигаться вперёд. Их храбрость оказалась напрасной, и они понесли большие потери.

Khalid Ibn Al-Walid was one of the generals chosen for the expedition. When they reached the neighborhood of Muta, a village to the southeast of the Dead Sea, they met with an overwhelming force of Arabs and Romans who were assembled to oppose them. The Muslims, however, resolved resolutely to push forward. Their courage was of no avail and they suffered great losses.

В этом сражении погибли Зайд и Джафар, двоюродный брат Пророка ﷺ, а также несколько других знатных людей.

In this battle Zaid and Ja'far, a cousin of the Prophet, and several other notables were killed.

Халид ибн аль-Валид, применив ряд маневров, сумел отвести войско и провести его в Медину без дальнейших потерь. Однако месяц спустя Амр ибн аль-Ас беспрепятственно прошёл по землям враждебных племён, получил их покорность и восстановил авторитет ислама на сирийском рубеже.

Khalid Ibn Al-Walid, by a series of maneuvers, succeeded in drawing off the army and conducting it without further loses to Medina. A month later, however, Amr Ibn Al-' As marched unopposed through the lands of the hostile tribes, received their submission, and restored the prestige of Islam on the Syrian frontier.

Примерно в конце седьмого года хиджры курайшиты и их союзники, бани Бакр, нарушили условия мирного договора, заключённого в Худайбийе, напав на бани Хузаа, которые состояли в союзе с мусульманами. Бани Хузаа обратились к Пророку ﷺ за помощью и защитой.

About the end of the seventh year of the hijrah, the Quraish and their allies, the Bani Bakr, violated the terms of the peace concluded at Hudaibiya by attacking the Bani Khuzaah, who were in alliance with the Muslims. The Bani Khuzzah appealed to the Prophet for help and protection.

Пророк ﷺ решил положить конец царившему так долго в Мекке беззаконию и угнетению. Он немедленно собрал десять тысяч человек, чтобы выступить против многобожников, и отправился в путь в январе 630 года.

The Prophet determined to make a stop to the reign of injustice and oppression, which had lasted so long at Mecca. He immediately gathered ten thousand men to march against the idolaters and set out on January, 630.

Через восемь дней войско мусульман остановилось и разбило стан в Марр аз-Захране, в одном дне пути от Мекки. В ночь их прибытия Абу Суфьян, которого курайшиты послали просить Пророка ﷺ отказаться от его замысла, явился и попросил о встрече. Утром она была дарована. «Не пришло ли время, о Абу Суфьян, — сказал Пророк ﷺ, — чтобы ты признал, что нет божества, кроме Аллаха, и что я — Его Посланник?» Абу Суфьян, поколебавшись некоторое время, произнёс предписанную формулу веры и принял ислам. Затем его отправили обратно подготовить город к приближению Пророка ﷺ.

After eight days the Muslims army halted, and alighted at Marr Az-Zahran, a day's journey from Mecca. On the night of their arrival, Abu Sufyan, who was delegated by the Quraish to ask the Prophet to abandon his project, presented himself and besought an interview. In the morning it was granted. "Has the time not come, O Abu Sufyan," said the Prophet, "for you to acknowledge that there is no deity save Allah and that I am His Messenger?" Abu Sufyan, after hesitating for awhile, pronounced the prescribed formula of belief and adopted Islam. He was then sent back to prepare the city for the Prophet's approach.

За исключением небольшого сопротивления некоторых родов во главе с Икрримой и Сафваном, в ходе которого погибло много мусульман, Пророк ﷺ вступил в Мекку почти без сопротивления. Город, который так жестоко обошёлся с ним, изгнал его и его верных сподвижников в поисках убежища среди чужих, город, который поклялся погубить его жизнь и жизни его преданных последователей, теперь лежал у его милости. Его прежние гонители теперь были полностью у его ног. Пророк ﷺ въехал в Мекку на своём любимом верблюде Аль-Касве, и позади него сидел Усама ибн Зейд. По пути он читал суру Аль-Фатх («Победа»), первые аяты которой можно истолковать следующим образом:

Мусульманская армия вошла в город скромно и мирно. Ни один дом не был разграблен, ни один мужчина или женщина не были оскорблены. Пророк ﷺ даровал всеобщую амнистию всему населению Мекки. Лишь четверо преступников, которых осудило правосудие, были объявлены вне закона. Однако он приказал уничтожить все идолы и языческие изображения, предметы поклонения: были низвергнуты триста пятьдесят идолов, находившихся в Священном доме Каабе. Сам Пророк ﷺ уничтожил деревянного голубя, подвешенного к крыше и почитавшегося одним из божеств курайшитов. Во время низвержения изображений и идолов он, как говорят, громко воскликнул: «Аллах велик. Истина пришла, и ложь исчезла; поистине, ложь преходяща». Старые идолопоклонники задумчиво наблюдали за уничтожением своих богов, которые были совершенно бессильны. После того как Пророк ﷺ упразднил этих языческих идолов и всякий языческий обряд, он произнёс проповедь собравшимся людям. Он остановился на естественном братстве людей словами Корана:

The Muslim army entered the city unpretentiously and peacefully. No house was robbed, no man or woman was insulted. The Prophet granted a general amnesty to the entire population of Mecca. Only four criminals, whom justice condemned, were proscribed. He did however, order the destruction of all idols and pagan images of worship, upon which three hundred and fifty idols which were in the Sacred House of Ka'ba were thrown down. The Prophet himself destroyed a wooden pigeon hung from the roof and regarded as one of the deities of the Quraish. During the downfall of the images and idols he was heard to cry aloud: "Allah is great. Truth has come and falsehood has vanished; verily falsehood is fleeting." The old idolaters observed thoughtfully the destruction of their gods, which were utterly powerless. After the Prophet had abolished these pagan idols and every pagan rite, he delivered a sermon to the assembled people. He dwelt upon the natural brotherhood of man in the words of the Qur'an:

«О люди! Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга. Поистине, наиболее почитаемый из вас перед Аллахом — тот, кто наиболее богобоязнен (один из аль-муттакун, благочестивых и праведных людей, которые много боятся Аллаха, воздерживаются от всех видов грехов и дурных деяний, которые Он запретил) и много любит Аллаха (совершает все виды благих деяний, которые Он предписал). Поистине, Аллах — Всезнающий, Всеведающий». (Коран, 49:13)

"O Mankind! We have created you for a male and a female, and made you into nations and tribes, that you may know one another. Verily, the most honorable of you in the Sight of Allah is that (believer) who has At-Taqwa (one of the Muttaqun, pious, and righteous persons who fear Allah much, abstain from all kinds of sins and evil deeds which He has forbidden), and love Allah much (perform all kinds of good deeds which He has ordained.) Verily Allah is All-Knowing, All-Aware. (Ch 49:13 Quran)

С наступлением священного месяца паломничества Пророк ﷺ, предчувствуя приближение своей кончины, решил совершить прощальное паломничество в Мекку. В феврале 632 года он покинул Медину в сопровождении очень большого количества мусульман. Передаётся, что с Пророком ﷺ отправились от девяноста до ста сорока тысяч человек. Прежде чем завершить все обряды паломничества, он обратился к собравшейся толпе с вершины горы Арафат следующими словами:

On the return of the sacred month of pilgrimage, the Prophet, under the presentiment of his approaching end, determined to make a farewell pilgrimage to Mecca. In February 632, he left Medina with a very considerable concourse of Muslims. It is stated that from ninety thousand to one hundred and forty thousand people accompanied the Prophet. Before completing all rites of the pilgrimage, he addressed the assembled multitude from the top of Mount Arafat in the following words:

«О люди! Внимайте моим словам, ибо я не знаю, даруется ли мне после этого года еще один год, чтобы оказаться среди вас. Ваши жизни и имущество священны и неприкосновенны друг для друга до тех пор, пока вы не предстанете перед Господом, подобно тому как этот день и этот месяц священны для всех. Помните, что вам предстоит предстать перед вашим Господом, Который потребует от вас отчета за все ваши деяния. О люди, у вас есть права над вашими женами, и у ваших жен есть право над вами.

"O people! Listen to my words, for I know not whether another year will be vouchsafed to me after this year to find myself among you. Your lives and property are sacred and inviolable among one another until you appear before the Lord, as this day and this month are sacred for all; and remember, you will have to appear before your Lord Who will demand from you an account for all your actions. O people, you have rights over your wives, and your wives have a right over you.

Воистину, вы взяли их под защиту Аллаха и сделали их женщин дозволенными для себя словами Аллаха. А ваших рабов, смотрите, кормите тем, что едите сами, и одевайте их в то, что носите сами. И если они совершат проступок, который вы не склонны простить, то расстаньтесь с ними, ибо они – рабы Господа и не должны подвергаться жестокому обращению. О люди, внимайте моим словам и постигайте их. Знайте, что все мусульмане – братья. Вы – одно братство; но никто не должен брать ничего у своего брата, кроме как по его свободному согласию. Берегите себя от несправедливости. Пусть тот, кто присутствует, передаст это тому, кто отсутствует.

Verily you have taken them on the security of Allah and have made their people lawful unto you by the words of Allah. And your slaves, see that you feed them with such food as you eat yourselves, and clothe them with the stuff you wear, and if they commit a fault which you are not inclined to forgive, then part with them; for they are the servants of the Lord and are not to be harshly treated. O people, listen to my words and understand them. Know that all Muslims are brothers. You are one brotherhood; but no man shall take ought from his brother, unless by his free consent. Keep yourselves from injustice. Let him who is present tell this to him who is absent.

Совершив со всей строгостью все обряды паломничества, чтобы его пример мог быть последован всеми мусульманами во все последующие века, Пророк ﷺ вернулся со своими сподвижниками в Медину.

Having rigorously performed all the ceremonies of the pilgrimage, that his example might be followed by all Muslims for all succeeding ages, the Prophet returned with his followers to Medina.

Одиннадцатый год хиджры, ставший последним годом жизни Мухаммада ﷺ, был проведён в Медине.

The eleventh year of the hijrah, being the last year of Muhammad's life, was spent at Medina.

Там он устроил организацию племенных и областных общин, которые приняли ислам и стали составными частями федерации мусульман. Для обучения жителей внутренних областей предписаниям религии, отправления правосудия и сбора закята пришлось направить туда больше должностных лиц. Муаз ибн Джабаль был послан в Йемен. Перед отъездом в эту отдалённую провинцию Пророк ﷺ поручил ему действовать по собственному усмотрению в случае, если он не сможет найти прямого указания в Куране. Али был назначен в Ямаму на юго-востоке полуострова. Ему Пророк ﷺ сказал: «Никогда не выноси решения между двумя сторонами, которые приходят к тебе за справедливостью, пока не выслушаешь обе».

There he settled the organization of the provincial and tribal communities which had adopted Islam and become the component parts of the Muslims federation. More officers had to be deputed to the interior provinces for the purpose of teaching their inhabitants the precepts of the religion, administering justice, and collecting Zakat. Muadh Ibn Jabal was sent to Yemen. On his departure to that distant province the Prophet enjoined him to use his own discretion in the event of his being unable to find express authority in the Quran. Ali was deputed to Yamama in the southeast of the peninsula. To him the Prophet said: "Never decide between any two parties who come to you for justice unless you first hear both of them."

Против византийцев готовилось войско под командованием Усамы ибн Зайда, отец которого погиб при Муте, чтобы взыскать давно откладывавшееся возмездие за убийство посланника в Сирию. Однако весть о болезни и слабеющем здоровье Пророка ﷺ привела к тому, что этот поход был приостановлен. Эта весть вскоре распространилась и вызвала беспорядки в некоторых областях. Появились три самозванца, которые объявили себя пророками и всякими уловками пытались склонить на свою сторону свои племена. Самым опасным из этих самозванцев был известный как Аль-Асвад. Он был вождём Йемена и заклинателем. Вскоре ему удалось склонить на свою сторону соплеменников и с их помощью подчинить себе многие соседние города. Он убил Шахра, которого Пророк ﷺ назначил правителем Саны вместо его отца Базана, который незадолго до этого скончался. Базан был наместником Йемена при персидском царе Хосрове; после принятия им ислама Пророк ﷺ позволил ему остаться правителем Йемена. Ему удалось обратить в ислам всю персидскую общину в этой области. Аль-Асвад, заклинатель, теперь убил Шахра, но вскоре после этого был умерщвлён персами Йемена.

A force was being prepared under Usama Ibn Zaid, whose father was killed at Muta, against the Byzantines, to exact the long-delayed reparation for the murder of the envoy to Syria. However, the news of the Prophet's sickness and failing health caused that expedition to be stopped. This news was soon noised abroad and produced disorder in some districts. Three pretenders had arisen who gave themselves out as prophets and tried by all kinds of imposture to win over their tribes. The most dangerous of these pretenders was known as Al Aswad. He was a chief of Yemen and a conjurer. He soon succeeded in gaining over his tribesmen and, with the help, reduced to subjection many of the neighboring towns. He killed Shahr, whom the Prophet had appointed as Governor of Sana in the place of his father Bazan, who had just died. Bazan had been the viceroy of Yemen under Chosroes of Persia; after he had adopted Islam he was allowed by the Prophet to remain as Governor of Yemen. He was able to convert to Islam all the Persian colony in that province. Al-Aswad, the conjurer, had now killed Shahr, but soon after he was massacred by the Persians of Yemen.

Двое других претендентов, Тулайха и Харун по имени, были подавлены лишь после смерти Пророка ﷺ, во время правления Абу Бакра. Харун, более известный как Мусайлима, направил Пророку ﷺ письмо следующего содержания: «От Мусайлимы, Пророка Аллаха, Мухаммаду, Пророку Аллаха. Мир тебе. Я — твой соратник. Пусть власть будет поделена между нами. Половина земли будет моей, а половина будет принадлежать твоим курейшитам».

The other two pretenders, Tulayha and Haroun by name, were not suppressed until after the death of the Prophet, during the reign of Abu Bakr. Haroun, better known as Mussaylamah, addressed to the Prophet a letter which ran as follows: "From Mussaylamah the Prophet of Allah, to Muhammad the Prophet of Allah. Peace be to you. I am your partner. Let the exercise of authority be divided between us. Half the earth will be mine, and half will belong to your Quraish.

Состояние здоровья Пророка ухудшилось. Его последние дни отличались спокойствием и безмятежностью духа. Хотя он был слаб и немощен, он мог возглавлять общественную молитву вплоть до трёх дней до своей кончины. Во время болезни он попросил разрешения остаться в доме 'Аиши, находившемся рядом с мечетью, на что его другие жёны дали согласие. Пока у него были силы, он участвовал в общественной молитве. В последний раз он появился в мечети ﷺ и, после обычных молитв, обратился к собравшимся со следующими словами: «О мусульмане, если я обидел кого-либо из вас, вот я, чтобы ответить за это; если я чем-либо кому-то обязан, всё, чем я могу обладать, принадлежит вам». Один человек из толпы поднялся и потребовал вернуть три дирхама, которые он по просьбе Пророка ﷺ отдал бедняку. Их тут же ему вернули со словами: «Лучше покраснеть в этом мире, чем в мире грядущем». Затем Пророк ﷺ помолился и попросил милости Аллаха для тех, кто погиб в гонениях от своих врагов. Он призвал всех своих последователей соблюдать религиозные обязанности и вести жизнь в мире и доброжелательстве. Затем он заговорил с волнением, и голос его всё ещё был настолько сильным, что доносился даже за наружные двери мечети: «Клянусь Господом, в руке Которого душа Мухаммада ﷺ, никто не может призвать меня к ответу ни в каком деле; я не сделал дозволенным ничего, кроме того, что сделал дозволенным Аллах, и не запретил ничего, кроме того, что Аллах запретил в Своей Книге». Затем, обращаясь к женщинам, сидевшим рядом, он воскликнул: «О Фатима, дочь моя, и Сафия, тётя моя, трудитесь над тем, что снискает вам благоволение Господа, ибо, поистине, я не в силах спасти вас ни в чём». Затем он поднялся и вернулся в дом 'Аиши ﷺ.

The health of the Prophet grew worse. His last days were remarkable for the calmness and serenity of his mind. He was able, though weak and feeble, to lead the public prayers until within three days of his death. He requested that he might be permitted to stay at 'Aisha's house close to the mosque during his illness, an arrangement to which his other wives assented. As long as his strength lasted, he took part in the public prayers. The last time he appeared in the mosque he addressed the congregation, after the usual prayers were over, in the following words: "O Muslims, if I have wronged anyone of you, here I am to answer for it; if I owe anything to anyone, all I may happen to possess belongs to you." A man in the crowd rose and claimed three Dhirhams which he had given to a poor man at the request of the Prophet. They were immediately paid back with these words: "Better to blush in this world than in the next." The Prophet then prayed and implored Allah's mercy for those who had fallen in the persecution of their enemies. He recommended to all his followers the observance of religious duties and the leading of a life of peace and goodwill. Then he spoke with emotion and with a voice still so powerful as to reach beyond the outer doors of the mosque: "By the Lord in Whose hand lies the soul of Muhammad as to myself, no man can lay hold on me in any matter; I have not made lawful anything excepting what Allah has made lawful; nor have I prohibited anything but that which Allah in His Book has prohibited." Then turning to the women who sat close by, he exclaimed: "O Fatimah, my, daughter, and Safia, my aunt, work you both that which procure you acceptance with the Lord, for verily I have no power to save you in any wise." He then rose and re-entered the house of Aisha.

После этого Пророк ﷺ больше никогда не появлялся на общественных молитвах. Через несколько часов после возвращения из мечети Пророк ﷺ скончался, положив голову на грудь Аиши. Как только была объявлена весть о кончине Пророка ﷺ, у двери дома Аиши собралась толпа людей, восклицая:

After this, the Prophet never appeared at public prayers. A few hours after he returned from the mosque, the Prophet died while laying his head on the bosom of Aisha. As soon as the Prophet's death was announced, a crowd of people gathered at the door of the house of Aisha, exclaiming:

«Как может умереть наш посланник?» Умар сказал: «Нет, он не умер; он вернётся к нам, а те, кто говорит, что он умер, — предатели дела ислама. Если они так говорят, пусть их разрубят на куски». Но в этот момент в дом вошёл Абу Бакр, и, прикоснувшись к телу Пророка ﷺ с выражением глубокой любви, он вышел к двери и обратился к толпе с такой речью: «О мусульмане, если кто-то из вас поклонялся Мухаммаду ﷺ, то знайте: Мухаммад ﷺ умер. Но если вы действительно поклоняетесь Аллаху, то знайте: Аллах жив и никогда не умрёт. Неужели вы забыли аят из Корана:

"How can our messenger be dead?" Umar said: "No, he is not dead; he will be restored to us, and those are traitors to the cause of Islam who say he is dead. If they say so let them be cut in pieces." But Abu Bakr entered the house at this moment, and after he had touched the body of the Prophet with a demonstration of profound affection, he appear at the door and addressed the crowd with the following speech: "O Muslims, if anyone of you has been worshipping Muhammad, then let me tell you that Muhammad is dead. But if you really do worship Allah then know that Allah is living and will never die. Do you forget the verse in the Quran:

«Мухаммад — всего лишь посланник, и до него уже приходили (многие) посланники. Если он умрёт или будет убит, неужели вы отвернётесь на свои пятки (как неверующие)?» ﷺ

"Muhammad is not more than a Messenger, and indeed (many) Messengers have passed away before him. If he dies or is killed, will you then turn your back on your heels (as disbeliveers)?

И тот, кто повернёт назад на своих пятках, не причинит Аллаху ни малейшего вреда, а Аллах воздаст награду тем, кто благодарен» (Коран, 3:144).

And he who turns back on his heels, not the least harm will he do to Allah, and Allah will give reward to those who are grateful." (Ch 3:144 Quran).

Услышав эту речь Абу Бакра, Умар признал свою ошибку, и люди были удовлетворены и разошлись.

Upon hearing this speech of Abu Bakr, 'Umar acknowledged his error, and the crowd was satisfied and dispersed.