Третий и последний этап жизни Посланника (да благословит его Аллах и приветствует) воплотил плодотворные результаты его призыва к Исламу, которые стали следствием длительного священного сражения на пути Аллаха (джихада), невзгод, тяжкого труда, смут, испытаний и множества кровавых конфликтов и битв, продолжавшихся более двадцати лет.

The third and last stage of the life of the Messenger (peace be upon him) embodies the fruitful results of his call to Islam, which were the consequences of long-timed holy fights in the way of Allâh (Jihad), troubles, toil, disturbances, trials and a lot of bloody conflicts and battles, which lasted for over twenty years.

Завоевание Мекки считалось самой значительной победой, которой мусульмане добились в те годы. Ведь оно повлияло на ход событий и, следовательно, изменило всю жизнь арабов. Оно стало решающей гранью между периодом до завоевания и периодом после него. Ведь курайшиты в то время в глазах арабов были защитниками и помощниками арабов, а другие арабы были лишь их подручными. Поэтому подчинение курайшитов расценивается как окончательное искоренение язычества на Аравийском полуострове.

The conquest of Makkah was considered the most serious profit achieved by Muslims during those years. For it affected the course of events and consequently altered the Arabs’ whole life. It was a decisive distinction between preconquest and post-conquest periods. For Quraish, at that time, was in the eyes of Arabs the defenders and helpers of Arabs. Other Arabs are only their ancillaries. The submission of Quraish is, therefore, estimated to be a final elimination of paganism in the Arabian Peninsula.

Фаза из:

The phase of:

(1) священные войны и сражения.

(1) holy wars and fighting.

(2) Племена и народы, стремившиеся принять ислам.

(2) the tribes and people’s race to embrace Islam.

Будучи столь близкими и практически неразделимыми, две фазы этого этапа переплетаются таким образом, что события одной фазы происходят в ходе развития другой. Однако для целей изложения мы предпочли рассматривать эти две фазы раздельно. Фаза борьбы была поставлена на первое место в порядке изложения, поскольку она является более тесно связанной с этим этапом и более соответствующей ему, чем другая.

Being so close and rather inseparable, the two phases of this stage intervene in such a way that a happening of one phase occurs during the progress of the other. However, we have preferred — for expository purposes — to deal with these two phases distinctively. The fighting phase was given the priority in order, due to the fact that it is more intimate and fit than the other.

Завоевание Мекки, явившееся следствием молниеносного удара, ошеломило как арабов, так и другие племена, которые поняли, что их участь предрешена, и вынуждены были смириться с новым положением дел как с свершившимся фактом. Некоторые из свирепых, могущественных и гордых племён не покорились и склонялись к сопротивлению. Во главе них стояли роды Хаваазин и Сакиф, Насръ, Джашм и Са‘д бин Бакр, а также люди Бану Хиляль — все они из Кайс Айлан. Они полагали, что слишком могущественны, чтобы признать или сдаться перед такой победой. Поэтому они встретились с Маликом бин ‘Ауфом ан-Насри и решили продолжить борьбу против мусульман.

The conquest of Makkah which came forth as a consequence of a swift blow astounded both the Arabs and other tribes who realized that they were doomed and had to submit to the new situation as a fait accompli. Some of the fierce, powerful proud tribes did not submit and favoured resistance. Ahead of these were the septs of Hawazin and Thaqif. Nasr, Jashm and Sa‘d bin Bakr and people of Bani Hilal — all of whom of Qais ‘Ailan. They thought that they were too mighty to admit or surrender to such a victory. So they met Malik bin ‘Awf An-Nasri and made up their mind to proceed fighting against the Muslims.

ВОЕВАВШИЙ МУЖЧИНА ПОДВЕРГАЕТ СОМНЕНИЮ СУЖДЕНИЕ ПРАВИТЕЛЯ:

THE WAR-EPERIENCED MAN WRONGS THE LEADER'S JUDGEMENT:

Как только они расположились лагерем в Аутасе, люди собрались вокруг Малика. Старый и мудрый Дурайд ибн Аль-Симма, который был хорошо известен как человек, искушённый в войне, и который был среди тех, кто собрался вокруг Малика, спросил: «В какой мы долине?» «В Аутасе», — ответили ему. «Какое хорошее место для коней! Это не острая вершина и не ровная пыльная равнина. Что это? Почему я слышу рёв верблюдов, рёв ослов, детский плач и блеяние овец?» — спросил Дурайд. Ему ответили: «Малик ибн Ауф велел людям взять с собой своих женщин, имущество и детей». Тогда он позвал Малика и спросил, что побудило его так поступить. Малик сказал, что его цель — собрать вокруг них семьи и имущество всех, чтобы они яростно сражались в защиту своего. «Клянусь Аллахом, ты не что иное, как пастух, — ответил Дурайд. — Неужели ты думаешь, что что-либо может остановить разбитого или помешать ему бежать? Если ты выиграешь битву, это принесёт тебе лишь человека с мечом и копьём; а если проиграешь, ты навлечёшь позор на свой народ и имущество». Затем он продолжил свою речь и стал размышлять о некоторых племенах и их предводителях. «О Малик, выставлять знатных людей Хавазина на поле боя тебе ничем не поможет. Отправь их туда, где они будут в безопасности. Затем посади молодых людей на коней и пусть они сражаются. Если победишь, за тобой пойдут те, кого ты оставил позади, а если потерпишь поражение, то потеряешь лишь сражение, но не своих родственников, людей и имущество».

As soon as they had camped in Awtas, people crowded round Malik. The old sane Duraid bin As-Simmah, who was well-known as a war-experienced man, and who was among those who gathered round Malik, asked: “What valley are we in?” “In Awtas,” they said. “What a good course it is for horses! It is neither a sharp pointed height nor a loosed soiled plain. What? Why do I hear camels’ growling, the donkeys’ braying, the children’s cries and the sheep bleating?” asked Duraid. They said: “Malik bin ‘Awf had made people bring their women, properties and children with them.” So he called Malik and asked him what made him do such a thing. Malik said that his aim was to have everybody’s family and properties around them so that they fight fiercely to protect them.” “I swear by Allâh that you are nothing but a shepherd,” answered Duraid, “Do you believe that there is anything whatsoever, can stand in the way of a defeated one or stop him from fleeing? If you win the battle you avail nothing but a man with a sword and a spear; but if you lose you will bring disgrace on your people and properties,” then he resumed his talk and went on wondering about some septs and their leaders. “O Malik, thrusting the distinguished people of Hawazin into the battlefield will avail you nothing. Raise them up to where they can be safe. Then make the young people mount their horses and fight. If you win, those whom you tarried will follow you, but if you were the loser it would be a loss of a battle, but your kinsmen, people and properties would not be lost.”.

Лазутчики, которых Малик уже послал выведать о силах мусульман, вернулись с отрубленными конечностями. «Горе вам! Что с вами случилось?» — спросил Малик. Они ответили: «Мы видели знатных людей на пегих конях. То, что ты видишь, не произошло бы, если бы мы были крепко сплочены».

The spies that Malik had already dispatched to spy Muslim forces, returned with their limbs cut off. “Woe unto you! What happened to you?” Said Malik. They said: “We have seen distinguished people on spotted horsebacks. What you see, would not have happened if we had been firmly together.”

Известия о выдвижении врага дошли до Посланника Аллаха ﷺ, и он отправил Аль-Аслями с указанием смешаться с людьми, остаться среди них, чтобы тот мог узнать их новости и передать их Посланнику Аллаха ﷺ, когда тот вернётся. Именно это ему и удалось.

News about the enemy’s marching were conveyed to the Messenger of Allâh (peace be upon him) , so he sent out Al-Aslami with orders to mix with people, stay with them so that he would be able to know their news and to convey it to the Messenger of Allâh (peace be upon him) when he turns back. That was exactly what he managed to do.

В Шавваль, девятнадцатого числа, в день пленных, Посланник Аллаха ﷺ выступил из Мекки в сопровождении двенадцати тысяч мусульман. Из них десять тысяч уже участвовали в завоевании Мекки. Большое число из остальных двух тысяч, которые были жителями Мекки, недавно приняли ислам. Этот поход состоялся на девятнадцатый день после его завоевания Мекки. Он взял взаймы сто кольчуг с их снаряжением у Сафвана ибн Умайи. Он назначил Итаба ибн Усайда правителем Мекки. Когда наступил вечер, к Посланнику Аллаха ﷺ пришел всадник и сказал: «Я поднялся на такие-то горы и наткнулся на Хаваází с их верблюдами, скотом и овцами. Хаваázин все собрались там». Тогда Посланник Аллаха ﷺ улыбнулся и сказал: «Завтра все они станут добычей мусульман, если Аллах пожелает». В ту ночь Анас ибн Аби Муртид аль-Ганавi вызвался нести караул.

On Shawwal, the nineteenth, the captive day, the Messenger of Allâh (peace be upon him) left Makkah accompanied by twelve thousand Muslims. Ten thousand of those had previously shared in Makkah Conquest. A great number of the other two thousand, who were Makkans, had recently embraced Islam. That march was on the nineteenth day of his conquest to Makkah. He borrowed a hundred armours with their equipment from Safwan bin Omaiyah. He appointed ‘Itab bin Usaid as a governor over Makkah. When it was evening time, a horseman came to the Messenger of Allâh (peace be upon him) and said: “I have climbed up so and so mountains and came across Hawazin with their riding camels, livestock and sheep. Hawazin wholly were gathered together there.” The Messenger of Allâh (peace be upon him) smiled then and said: “They will all be Muslims’ spoils tomorrow, if Allâh will.” That night Anas bin Abi Murthid Al-Ghanawi volunteered to guard.

По пути к Хунайну они увидели большое зелёное дерево нибк, которое называлось Зат-Анват (обладающее подвесками). Это потому, что арабы имели обычай вешать на него своё оружие, резать под ним животных и прилеплялись к нему. Поэтому некоторые из воинов попросили Посланника Аллаха ﷺ сделать им такое же нибк с подвесками, какое было у них. «Аллах Велик!» — сказал он. — «Клянусь Тем, в Чьей руке душа Мухаммада ﷺ, вы только что сказали то, что говорили Мусе народ Мусы. Они сказали: „Сделай нам бога, такого же, как у них“. Воистin, вы — невежественный народ. Это обычаи, но вы будете следовать и подражать путям жизни тех, кто был до вас».

On their way to Hunain they saw a great green Nabk plant, that was called Dhat-Anwat (the one with suspenders). That was because the Arabs used to hang their weapons on it, slay beasts under it and keep to it. So some of army members asked the Messenger of Allâh (peace be upon him) to make them a Nabk with suspenders as the one they had. “Allâh is the Greatest of all!” He said, “I swear by the One in Whose Hand is Muhammad’s soul, that you have just said what the people of Moses said to him. They said ‘Make us a god as the one they have.’ Surely you are ignorant people. These are Sunnah, but you will follow and comply with the modes of life of those who preceded you.”.

В среду ночью, десятого шаввяля, мусульманская армия прибыла к Хунайну. Малик ибн ‘Ауф, который ранее ночью вошёл в долину, отдал своему войску приказ укрыться внутри долины и подстерегать мусульман на дорогах, входах и в узких укрытиях. Он велел своим людям осыпать мусульман камнями, как только те появятся, а затем нападать на них поодиночке. На рассвете Посланник Аллаха ﷺ начал выстраивать своё войско и раздавать людям знамёна и посты. В темноте, незадолго до рассвета, мусульмане двинулись к долине Хунайн. Они начали спускаться в неё, не подозревая о том, что враг подстерегает их внутри долины. Поэтому в тот момент, когда они расположились лагерем, на них обрушился град стрел, а вражеские отряды начали яростную атаку на мусульман, которые вынуждены были отступить в беспорядке и смятении. Поражение было настолько сокрушительным, что Абу Суфьян ибн Харб, недавно принявший ислам, сказал, что их отступление не прекратится, пока они не достигнут Красного моря. Джабла или Кильда ибн аль-Джанаба прокомментировал это так: «Воистину, сегодня магия бездействует».

On Wednesday night the tenth of Shawwal, the Muslim army arrived at Hunain. Malik bin ‘Awf, who had previously entered the valley by night, gave orders to his army to hide inside the valley and lurk for the Muslims on roads, entrances, narrow hiding places. His orders to his men were to hurl stones at Muslims whenever they caught sight of them and then to make a one-man attack against them. At early dawn the Messenger of Allâh (peace be upon him) started mobilizing his army and distributing posts and flags to people. In the dark and just before dawn the Muslims moved towards Hunain Valley. They started descending into it unaware of the presence of an enemy lurking for them inside the valley. So at the moment they were camping, arrows began showering intensively at them, whereas the enemy’s battalions started a fierce attack against the Muslims, who had to retreat in disorder and utter confusion. It was such a shatteringly defeat that Abu Sufyan bin Harb, who had recently embraced Islam, said that their retreat would not stop till they got to the Red Sea. Jablah or Kildah bin Al-Junacommented on that by saying: “Surely magic has grown inactive today.”.

Посланник Аллаха ﷺ повернул направо и сказал: «Сюда, люди! Я посланник Аллаха. Я Мухаммад, сын Абдуллаха». Вокруг него устояли лишь немногие из мухаджиров и несколько его близких родственников. Тогда явилась во всей своей силе непревзойдённая храбрость Пророка ﷺ. Он продолжал снова и снова пытаться удержать своего мула на месте перед лицом неверующих, громко взывая:

The Messenger of Allâh (peace be upon him) turned to the right and said: “Come on, people! I am the Messenger of Allâh. I am Muhammad, the son of Abdullah.” Those who stoodfast by him were only few Emigrants and some of his kinsmen. The matchless bravery of the Prophet (peace be upon him) was then brought to light. He went on and on in his attempts to make his mule standfast in the face of the disbelievers while saying loudly:

Посланник Аллаха ﷺ велел своему дяде аль-‘Аббасу, обладавшему громким голосом, призвать воинов. Аль-‘Аббас изо всех сил воскликнул: «Где же копейщики?» «Клянусь Аллахом, — рассказывал аль-‘Аббас, — услышав мой голос, зовущий их обратно, они повернули к полю боя, словно оryxы (дикие коровы), стремящиеся к своим телятам».

The Messenger of Allâh (peace be upon him) ordered his uncle Al-‘Abbas — who was a sonorous voiced man — to call out on the followers. As loudly as he could, Al-‘Abbas shouted: “Where are the lancers?” “By Allâh,” Al-‘Abbas said, “Upon hearing my voice calling them back, they turned round to the battlefield as if they had been oryxes (wild cows) tending towards their calves.”.

«Вот мы, к твоим услугам! Вот мы!» — отвечали они. Вот, видите, они пытаются остановить своих верблюдов и повернуть назад, к сражению. Тот, кто не мог заставить своего верблюда развернуться, снимал доспехи, набрасывал их себе на шею, поспешно спешивался, держа оружие в руке, и отпускал верблюда, который свободно бежал на звук голоса. Голоса становились всё громче и громче, пока вокруг Пророка ﷺ не собиралась сотня человек, и они возобновляли бой.

“Here we are, at your service. Here we are. ” They said. There you see them trying to stop their camels and reverse to the battle. He who was unable to force his camel to turn back, would take his armour, fling it round his neck, and hastily dismount his camel with his weapon in his hand letting his camel move freely and run towards the voice source. Voices would grow louder and louder till a hundred of them gathered round the Prophet and resumed the fight.

Затем призвали ансаров, помощников: «О, люди ансаров! Люди ансаров!» Последними призвали бани аль-Харис ибн аль-Хазрадж. Мусульманские отряды один за другим вступали на поле боя так же, как покинули его. Выдержка обеих сторон была превосходной. Обе стороны стояли стойко и сражались яростно. Посланник Аллаха ﷺ так напряжённо и с таким жаром наблюдал за битвой, что сказал:

Those who were called out upon next were Al-Ansar, the Helpers, “O, folks of Al-Ansar! Folks of Al-Ansar!” The last group to be called out upon were Bani Al-Harith bin Al-Khazraj. Muslims battalions poured successively into the battlefield in the same manner that they had left it. The stamina of both parties was superb. Both of them stoodfast and fought fiercely. The Messenger of Allâh (peace be upon him) was so eagerly and furiously watching the battle that he said:

• «Теперь бой стал ожесточённым».

• “Now the fight has grown fierce.”.

Взяв горсть земли, он бросил её им в лица, говоря:

Picking up a handful of earth, he hurled it at their faces while saying:

Прошло лишь несколько часов с того момента, как горсть земли была брошена в лица врагов, и они были сокрушительно разбиты. Только из племени Ас-Сакыф было убито около семидесяти человек, а мусульмане захватили всех их верблюдов для езды, оружие и скот.

Few hours had elapsed since the earth-handful was hurled at the enemy’s faces, when they were shatteringly defeated. About seventy men of Thaqif alone were killed, and the Muslims plundered all their riding camels, weapons and cattle.

Аллах, да будет Он прославлен, указал на эту внезапную перемену в Коране, когда сказал:

Allâh, Glory is to Him, alluded to this sudden change in the Qur’ân when He said:

• «…и в день Хунайна, когда вы возгордились своим многочисленным войском, но оно нисколько не помогло вам, и земля, несмотря на свою обширность, стала тесна для вас, и вы обратились в бегство. Затем Аллах ниспослал Свою сакину (спокойствие, умиротворение, уверенность и т. п.) Своему посланнику {[Мухаммаду (да благословит его Аллах и приветствует)]} и верующим и ниспослал воинства (ангелов), которых вы не видели, и наказал неверующих. Такова воздаяние неверующим». Note on the rules applied: the ﷺ was not added inside the Qur'an verse, and the bracketed honorific in the verse's own commentary is rendered as words, as in the original. [9:25,26]

• “…and on the Day of Hunain (battle) when you rejoiced at your great number but it availed you naught and the earth, vast as it is, was straitened for you, then you turned back in flight. Then Allâh did send down His Sakinah (calmness, tranquillity, and reassurance, etc.) on the Messenger [Muhammad (peace be upon him) ] and on the believers, and sent down forces (angels) which you saw not, and punished the disbelievers. Such is the recompense of disbelievers.” [9:25,26]

После их поражения часть вражеских войск направилась в Та'иф, другие — в Нахлу и Аутас. Группа мусульман во главе с Абу 'Амиром аль-Ash'ари была отправлена вдогонку за врагом; в ходе нескольких стычек Абу 'Амир был убит.

After their defeat, some enemy troops headed for Ta’if, others to Nakhlah and Awtas. A group of Muslims headed by Abu ‘Amir Al-Ash‘ ari, were despatched to chase the enemy, some skirmishes took place during which Abu ‘Amir was killed.

Подобный отряд всадников преследовал многобожников, которые двигались по дороге к Нахле, и настиг Дурайда бин Ас-Симмаха, которого убил Раби‘а бин Рафи‘. Собрав добычу, Посланник Аллаха ﷺ отправился в Таиф, чтобы встретиться с основной массой разбитых многобожников. Добыча составила шесть тысяч пленников, двадцать четыре тысячи верблюдов, более сорока тысяч овец и четыре тысячи унций серебра. Посланник Аллаха ﷺ приказал собрать добычу в Аль-Джиранах и поставил во главе её Мас‘уда бин ‘Амра Аль-Гифари. Лишь когда он полностью освободился от похода на Таиф, к Посланнику Аллаха ﷺ привели одну из пленниц — Аш-Шайма, дочь Аль-Харита Ас-Са‘дия, молочную сестру Посланника ﷺ. Она назвала себя ему. Узнав её по определённой примете, он оказал ей уважение, расстелил для неё свою накидку и усадил её на неё. Он проявил милость, отпустил её и велел вернуться к её народу.

A similar battalion of horsemen pursued the idolaters who threaded the track to Nakhlah and caught up with Duraid bin As-Simmah, who was killed by Rabi‘a bin Rafi‘. After collecting the booty, the Messenger of Allâh (peace be upon him) left for Ta’if to face the greatest number of the defeated idolaters. The booty was six thousand captives, twenty four thousand camels; over forty thousand sheep and four thousand silver ounces. The Messenger of Allâh (peace be upon him) gave orders that booty should be confined at Al-J‘iranah and ordained Mas‘ud bin ‘Amr Al-Ghifari to be in charge of it. It was only when he was entirely free from Ta’if Campaign, that one of the captives As-Shaimâ’, the daughter of Al-Harith As-Sa‘diya, the Messenger’s foster sister was brought to the Messenger of Allâh (peace be upon him) , she introduced herself to him. Upon recognizing her by a certain mark, he honoured her, spread for her his garment and seated her on it. He was graceful and released her and made her turn back to her people.

Ташкентская кампания — это, по сути, продолжение сражения при Хунайне; ведь большая часть разбитых войск Хаввазин и Сакиф ушла в Ta’if вместе с их общим предводителем Маликом ибн ‘Аwфом ан-Насри и укрепилась там. Поэтому, закончив с хунайнским походом, он собрал добычу в Аль-Джи‘ране в том же месяце (то есть в Шаввале) на восьмом году по хиджре. Авангардный отряд в тысячу человек во главе с Халидом ибн Аль-Валидом выдвинулся к Ат-Ta’if. Что касается Посланника Аллаха ﷺ, то он двигался через Нахлу аль-Ямания, Карн аль-Манази и Лайю. В Лайе находился замок, принадлежавший Малику ибн ‘Аwфу, и Посланник Аллаха ﷺ отдал приказ разрушить его. Затем он продолжил путь, пока не достиг Ta’if. Там он спешился, разбил лагерь возле его замка и осадил обитателей крепости, но ненадолго.

Ta’if Campaign is in fact an extension of Hunain Ghazwah; that is because the majority of the defeated troops of Hawazin and Thaqif went into Ta’if with the general commander — Malik bin ‘Awf An-Nasri — and fortified themselves within it. So upon finishing with Hunain Invasion, he gathered the booty at Al-Ji‘ranah in the very month (i.e. Shawwal) and in the eighth year A.H. A vanguard battalion of a thousand men led by Khalid bin Al-Waleed marched towards At-Ta’if. Whereas the Messenger of Allâh (peace be upon him) proceeded passing through Nakhlah Al-Yamaniyah, Qarn Al-Manazil and through Laiyah. At Laiyah there was a castle that belonged to Malik bin ‘Awf, so the Messenger of Allâh (peace be upon him) gave orders to have it destroyed. He resumed his march till he got to Ta’if. There he dismounted, camped near its castle and laid siege to the castle inhabitants; but not for long.

Насколько долго продолжалась осада, до сих пор является предметом разногласий. Однако по разным данным она длилась от 10 до 20 дней. Во время осады было много обстрела стрелами и бросания камней. Ибо как только мусульмане обложили крепость, её защитники начали обстреливать их стрелами. Стрелы летели так густо и яростно, что казалось, будто это движется саранча. Некоторые мусульмане были ранены, а двенадцать погибли.

How long the siege continued, is still a matter of disagreement. It however stands between 10-20 days. A lot of arrow-shooting and rock-hurling occurred during the siege. For as soon as the Muslims laid siege round the castle, its people started shooting arrows against them. The arrows were so intense and fierce that they looked as if they had been locusts on the move. A number of Muslims were wounded and twelve were killed.

Чтобы оказаться вне досягаемости стрел, мусульмане должны были подняться на возвышенность и расположиться лагерем там, где сейчас находится мечеть Ат-Таиф. Пророк ﷺ установил катапульту и обстреливал крепость. В конце концов в стене крепости образовался пролом, через который ряду мусульман удалось проникнуть внутрь крепости, укрываясь за деревянной передвижной башней, с целью поджечь её. Однако противник обрушил на них раскалённое железо. Из-за этого мусульмане вышли из башни и снова оказались под обстрелом стрел, и в результате некоторые из них погибли. Чтобы вынудить врага сдаться, Пророк ﷺ прибегнул к военной тактике выжигания и уничтожения посевов противника. Он приказал вырубить их виноградники и сжечь их. Видя, что мусульмане быстро начали вырубать и сжигать виноградные лозы, жители умоляли Пророка ﷺ остановиться и проявить милосердие к ним ради Аллаха и из родственных побуждений. Пророк ﷺ согласился. Когда глашатай Посланника Аллаха ﷺ объявил людям: «Тот, кто спустится и выйдет из крепости, будет свободен», вышли двадцать три человека. Одним из них был Абу Бакра, который привязал себя к стене и спустился с помощью небольшого колеса, какое обычно используют для подъёма воды из колодца. Таким способом он спустился, и поэтому Пророк ﷺ дал ему прозвище «Абу Бакра», то есть «человек с колесом». Посланник Аллаха ﷺ освободил их всех и поручил каждого из них мусульманину, чтобы тот заботился о его жизненных нуждах, что было слишком тяжело переносить жителям крепости.

Вернувшись и сняв осаду с Та'ифа, Посланник Аллаха ﷺ провёл более десяти ночей в Аль-Джи'ране, прежде чем начать раздел добычи. Задержка с разделом была вызвана надеждой Пророка ﷺ на то, что прибудет делегация Хавазина, объявит о своём раскаянии и тем самым вернёт себе утраченное. Увидев, что никто из них не пришёл, он начал делить добычу, чтобы успокоить вождей племён и знатных людей Мекки. Первыми получили добычу и наибольшее число долей те, кто недавно принял ислам.

Upon returning and lifting the siege in Ta’if, the Messenger of Allâh (peace be upon him) had stayed over ten nights at Al-Ji‘ranah before starting to distribute the booty. Distribution delay was due to the Prophet’s hope that Hawazin’s delegation might arrive and announce their repentance and consequently reclaim their loss. Seeing that none of them arrived, he started dividing the booty so as to calm down the tribes’ chiefs and the celebrities of Makkah. The first to receive booty and the ones who obtained the greatest number of shares were the people who had recently embraced Islam.

Абу Суфьян ибн Харб получил сто верблюдов и сорок унций (золота), и всё же он сказал: «А как же мой сын, доля Язида?» И ему дали такое же количество и для его сына. Но он воскликнул: «А как же доля Му‘авии, моего второго сына?» И Пророк ﷺ дал Му‘авии столько же, сколько дал его отцу и брату. Хакиму ибн Хизаму дали сто верблюдов, но когда он попросил, ему дали ещё сто. Сафвану ибн Омайе дали триста верблюдов — по сто верблюдов за каждый раз. Так упоминается в «Ash-Shifa», книге Кади Ияда. Пророк ﷺ дал аль-Харису ибн Харису ибн Килде сто верблюдов. Он также дал некоторым вождям курайшитов и других родов по сто верблюдов; другим он дал по пятьдесят, а некоторым — по сорок. В конце концов разнеслась молва среди людей: «Мухаммад щедро дарит и не боится обеднеть». Это побудило бедуинов собираться вокруг него в надежде получить какое-то богатство. Их было так много, что они вынудили Пророка ﷺ искать укрытия у дерева, и даже сорвали с него одеяние. «О люди! — сказал он. — Верните мне моё одеяние! Клянусь Тем, в Чьей руке душа Мухаммада, если бы у меня было столько верблюдов, сколько деревьев в Тихаме, я бы раздал их вам. Вы прекрасно знаете, что я не скуп, не труслив и не лжец». Стоя возле своего верблюда, он выдернул волосок из горба верблюда, зажал его между двумя пальцами, поднял и сказал: «О люди, клянусь Аллахом, я не получаю ничего, кроме одной пятой вашей добычи, и эта пятая также возвращается к вам».

Abu Sufyan bin Harb was given a hundred camels and forty (gold) ounces and yet he said, “What about my son, Yazeed’s Share?” So he was given the same quantity for his son as well. But yet he exclaimed: “And what about the share of Mu‘âwiyah, my second son?” So the Prophet (peace be upon him) gave Mu‘âwiyah as much as he gave his father and brother. Hakeem bin Hizam was given a hundred camels, but he was given a hundred more when he demanded. Safwan bin Omaiyah was given three hundred camels - a hundred camels at each time. It is thus mentioned in Shifâ, Book by Qadi Iyadh. The Prophet (peace be upon him) gave Al-Harith bin Harith bin Kilda a hundred camels. He also gave some chiefs of Quraish and other clans a hundred camels; he gave others fifty and some others had forty. Eventually it was spread among people that “Muhammad grants generously and fears not to grow poor.” This made bedouins gather around him expecting to be given some wealth. They were so many that they forced the Prophet (peace be upon him) to seek refuge against a tree and they even took away his garment, “O people!“ He said, “Give me back my garment! For I swear by the One in Whose Hand is Muhammad’s soul, that if I had as many numerous camels as the number of Tihama trees, I would distribute them among you. You know quite well that I am neither mean nor coward or a liar.” Standing by his camel he plucked out a hair of his camel’s hump and held it between his two fingers, lifted it up and said: “O people, I swear by Allâh that I get nothing but one-fifth of your booty, and this very fifth goes back to you.”.

Сначала политику раздела добычи Пророка ﷺ многие люди не понимали. Поэтому острые на язык люди начали выражать свои возражения. Среди тех, кого затронула эта политика, были ансары. Их лишили даров из добычи хунайна, хотя именно они были призваны в трудный час при хунайне и первыми бросились сражаться вместе с Посланником Аллаха ﷺ и стояли твёрдо, пока поражение не обернулось победой. Теперь они смотрят на тех, кто бежал, набивающих руки добычей, в то время как им не дают ничего.

At first the Prophet’s policy of distribution was uncomprehended by many a man. Therefore sharp-tongued people started expressing their objections. The Helpers were among those who were afflicted by this policy. They were deprived of Hunain gifts though they had been the ones who were summoned at Hunain hard times and they were the first to rush to fight with the Messenger of Allâh (peace be upon him) and standfast till the defeat turned into victory. Now here they are watching those who escaped fill their hands with booty while they are given nothing.

Со слов Ибн Исхака: «Когда Посланник Аллаха ﷺ раздал курайшитам и арабским племенам те дары, а из помощников (ансаров) никого не оделил, часть помощников была так недовольна этим, что среди них распространились дурные слова о Пророке ﷺ, и один из них сказал: „Клянусь Аллахом, Посланника Аллаха ﷺ порицают его соплеменники!“ И эти дурные слова продолжали распространяться, пока Са‘д ибн Убада не встретился с Посланником Аллаха ﷺ, и тот, спустя некоторое время, вышел к своим людям. Са‘д ибн Убада сказал: „О Посланник Аллаха, эта группа помощников сильно недовольна тобой из-за раздела добычи, которую ты захватил. Ты наделил долями своих собственных родственников и отправил множество даров арабским племенам, а эта группа ничего не получила“. Пророк ﷺ спросил Са‘да, воскликнув: „Са‘д, что ты думаешь обо всём этом?“ Са‘д ответил: „О Посланник Аллаха, ты знаешь, что я всего лишь один из этой группы“. „Собери своих людей и приведи их ко мне в этот навес“, — сказал Пророк ﷺ».

On the authority of Ibn Ishaq: “When the Messenger of Allâh (peace be upon him) had given Quraish and Arab tribes those gifts and allotted nothing to the Helpers, a group of the Helpers felt so uneasy about it that a lot of ill-statements against the Prophet (peace be upon him) were spread among them to an extent that one of them said: “By Allâh, the Messenger of Allâh (peace be upon him) was ill-spoken of by his folksmen!” And those ill-statements went on spreading till Sa‘d bin ‘Ubadah met the Messenger of Allâh (peace be upon him) , who in his turn faced his people after a while. Sa‘d bin ‘Ubadah said: “O Messenger of Allâh, this group of the Helpers are furious at you about the distribution of the booty that you had won. You have allotted shares to your own kinsmen and forwarded lots of gifts to the Arab tribes. But this group has obtained nothing.” The Prophet (peace be upon him) asked Sa‘d exclaiming: “Sa‘d, what do you think of all that?” Sa‘d replied: “O Messenger of Allâh. You know that I am nothing but a member of this group.” “Call out on your people and bring them forth to me into this shed.” Said the Prophet (peace be upon him).

Делегация Хаваазина прибыла к мусульманам сразу после раздела военной добычи. Их было четырнадцать мужчин во главе с Зухайром ибн Сардом. Одним из них был приёмный дядя Посланника [ﷺ]. Они попросили его даровать им часть богатств и военной добычи. Их слова были столь трогательны, что Посланник Аллаха ﷺ сказал им: «Вы, безусловно, видите, кто со мной. Наиболее желанная для меня речь — самая правдивая. Что для вас дороже: ваше имущество или ваши жёны и дети?» Они ответили: «Ничто не сравнится с родственными узами». Тогда [Посланник ﷺ сказал]: «Когда я совершу полуденную молитву, встаньте и скажите: "Мы ходатайствуем перед Посланником Аллаха ﷺ, чтобы он призвал верующих, и ходатайствуем перед верующими, чтобы они призвали Посланника Аллаха ﷺ отказаться от пленников нашего народа, доставшихся на их долю"». Когда Посланник Аллаха ﷺ совершил полуденную молитву, они встали и сказали то, чему их научили. Посланник ﷺ затем сказал: «Что касается того, что принадлежит мне и детям Абдуль-Муттaлиба, вы можете считать это отныне вашим. А я попрошу своих соплеменников вернуть их долю». Услышав это, мухаджиры и ансары сказали: «То, что принадлежит нам, отныне предлагается Посланнику Аллаха ﷺ». Но Аль-Акра ибн Хабис сказал: «Мы не уступим ни одной доли из того, что принадлежит мне и Бани Тамим»; так же ответил и Уйайна ибн Хисн: «Что касается меня и Бани Фазара, я говорю "нет"». Аль-Аббас ибн Мирдас также отказал и сказал: «Нет» от имени Бани Сулейм и себя. Однако его соплеменники ответили иначе: «Всю добычу, которая принадлежит нам, мы предлагаем Посланнику Аллаха ﷺ». «Ты подорвал моё положение», — тут же сказал Аль-Аббас ибн Мирдас. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Эти люди пришли к вам как мусульмане. Ради этого я уже задержал раздел добычи». Кроме того, я предоставил им справедливый выбор, но они отказались от чего-либо, кроме своих женщин и детей. Поэтому тот, у кого есть что-то из их (имущества), и кто пожелает по доброй воле вернуть им, пусть так и сделает. А тот, кто предпочтёт оставить себе то, что ему принадлежит, пусть тоже вернёт им (пленных), и ему будет дано в награду вшестеро больше из первой добычи, которую Аллах пошлёт нам». Люди ответили: «Мы охотно отдадим их всех ради Посланника Аллаха». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Но таким образом мы не сможем узнать, кто доволен, а кто нет. Поэтому возвращайтесь, и мы будем ждать, пока ваши вожди передадут нам ваше решение». Все они вернули женщин и детей. Единственным, кто отказался выполнить желание Посланника ﷺ, был Уайна ибн Хисн. Сначала он не хотел отпускать одну старую женщину из их числа, но позже отпустил её. Посланник Аллаха ﷺ дал каждому пленнику одежду в подарок.

Hawazin’s delegation arrived a Muslims just after the distribution of spoils. They were fourteen men headed by Zuhair bin Sard. The Messenger’s fosteruncle was one of them. They asked him to bestow upon them some of the wealth and spoils. They uttered so touching words that the Messenger of Allâh (peace be upon him) said to them: “You surely see who are with me. The most desirable speech to me is the most truthful. Which is dearer to you, your wealth or your women and children?” They replied: “Nothing whatsoever compares with kinship.” Then when I perform the noon prayer, stand up and say: “We intercede with the Messenger of Allâh (peace be upon him) to exhort the believers, and we intercede with the believers to exhort the Messenger of Allâh (peace be upon him) to forego the captives of our people fallen to their lot.” So when the Messenger of Allâh (peace be upon him) performed the noon prayer, they stood up and said what they had been told to say. The Messenger (peace be upon him) , then, said: “As for what belongs to me and to the children of Abdul Muttalib, you may consider them, from now on, yours. And I will ask my folksmen to give back theirs.” Upon hearing that the Emigrants and the Helpers said: “What belongs to us is, from now on, offered to the Messenger of Allâh (peace be upon him) .” But Al-Aqra‘ bin Habis said, “We will grant none of what belongs to me and to Bani Tamim,”; so did ‘Uyaina bin Hisn, who said: “As for me and Bani Fazarah, I say ‘No’.” Al- ‘Abbas bin Mirdas also refused and said: “No” for Bani Saleem and him. His people, however, said otherwise: “Whatever spoils belong to us we offer to the Messenger of Allâh (peace be upon him) ” “You have undermined my position.” Said Al-‘Abbas bin Mirdas spontaneously. Then the Messenger of Allâh (peace be upon him) said: “These people have come to you as Muslims. For this I have already tarried the distribution of the booty. Besides, I have granted them a fair option but they refused to have anything other than their women and children. Therefore he who has some of theirs and will prefer willingly to give them back, let them do. But those who favours to keep what he owns to himself, let them grant them back too, and he will be given as a recompense six times as much from the first booty that Allâh may provide us.” People then said, “We will willingly offer them all for the sake of the Messenger of Allâh.” The Messenger of Allâh (peace be upon him) said: “But in this way we are not able to find out who is content and who is not. So go back and we will be waiting for your chiefs to convey to us your decisions.” All of them gave back the women and children. The only one who refused to comply with the Messenger’s desire was ‘Uyaina bin Hisn. He refused to let an old woman of theirs go back at first. Later on he let her go back. The Messenger of Allâh (peace be upon him) gave every captive a garment as a gift.

После того как он завершил распределение военной добычи в аль-Джи‘ране, он покинул это место, облачившись в одежды для умры, и направился в Мекку, чтобы совершить умру. Посланник Аллаха ﷺ отправился оттуда обратно в Медину, назначив Итаба бин Усайда наместником над Меккой. Он прибыл в Медину в последние шесть ночей месяца Зуль-Ка‘да в 8 году по хиджре. По этому поводу Мухаммад аль-Газали сказал:

Having accomplished the distribution of the spoils at Al-Ji‘ranah he left it while wearing Al-‘Umrah clothes and proceeded to Makkah to perform Al-‘Umrah. The Messenger of Allâh(Peace be upon him) turned back from there to Madinah after appointing ‘Itab bin Usaid on Makkah as governor. His arrival to Madinah was by the last six nights of Dhul-Qa‘dah, in the year 8 A.H. On this occasion Muhammad Al-Ghazali said:

Какая огромная перемена между нынешним победоносным периодом Мухаммада, которого Аллах возвысил явной победой, и тем прошлым периодом, когда Мухаммад впервые прибыл в этот город восемь лет назад ﷺ.

“What a great change it is between the victorious period of Muhammad at present which Allâh has towered with a manifest conquest, and that period of the past during which Muhammad first arrived at this town, eight years ago.”.

Когда он впервые пришёл в Мадину, его преследовали и разыскивали. Он искал надёжное убежище. Он был одиноким чужеземцем, который стремился к обществу и утешению. Жители Мадины приняли его, предоставили ему жильё и оказали помощь, и восприняли свет ислама, ниспосланный ему. Ради него они не обращали внимания на вражду других народов. Вот он снова входит в Мадину, спустя восемь лет после того первого визита. Мадина, город, который однажды принял его, когда он был испуганным переселенцем, теперь принимает его вновь, когда Мекка оказалась в его руках и в его распоряжении. Это Мекка избавилась от своей гордыни и джахилии (то есть доисламского периода и традиций). Теперь она вновь горда и могущественна в исламе. Посланник Аллаha ﷺ простил все ошибки и обиды её жителей.

When he first came to Madinah, he was pursued and wanted. He was seeking a secure shelter. He was a lonely stranger who sought companionship and comfort. The people of Madinah welcomed him, gave him residence and aided him and embraced the light of Islam, which had been sent down upon him. They, for his sake, did not care about the enmity of other peoples. Here he is entering Madinah again, after the lapse of eight years of that first visit. Madinah, the town that had received him once, when he was a frightened Emigrant; it receives him once again when Makkah has become in his hands and at his disposal. It is Makkah that has got rid of its pride and Jahiliyah (i.e. pre-Islamic period and traditions). It is now proud again and mighty in Islam. The Messenger of Allâh forgave all the errors and wrongs of its people.

По возвращении из этого долгого и успешного путешествия Посланник Аллаха ﷺ остался в Медине, где принимал делегации, отправлял посланников, назначал проповедников и призывающих к Исламу повсюду. Те же, в чьих сердцах всё ещё жила предубеждённость против Ислама и кто по этой причине был слишком горд, чтобы принять религию Аллаха, решительно были заставлены умолкнуть в своём несогласии с господствовавшим тогда в Аравии положением дел.

Upon returning from this long successful travel, the Messenger of Allâh (peace be upon him) stayed in Madinah where he received delegates and dispatched agents and appointed preachers and callers to Islam everywhere. Those whose hearts were still full of prejudice against Islam and therefore were too proud to embrace Allâh’s religion, were decisively muffled on their non-acquiescence in the status quo prevalent then in Arabia.

Вот мини-очерк о верующих. Мы уже указали, что прибытие Посланника в Медину пришлось на последние дни восьмого года хиджры. Не успел появиться серп месяца мухаррам девятого года, как Посланник Аллаха ﷺ направил верующих к племенам, как показано в списке ниже:

Here is a mini-image about the believed ones. We have already stated that the Messenger’s arrival in Madinah was by the last days of the eighth year of Al-Hijra. No sooner the crescent of Muharram of the ninth year turned up than the Messenger of Allâh (peace be upon him) dispatched the believed ones, to the tribes as shown in the list below:

• 1. Уайна бин Хисн к бани Тамим.

• 1. ‘Uyaina bin Hisn to Bani Tamim.

2. Язид бин Хусайн — Асламу и Гифару.

2. Yazeed bin Husain to Aslam and Ghifar.

3. ‘Аббад бин Бишр аль-Ашхали — Сулайму и Музайне.

3. ‘Abbad bin Bishr Al-Ashhali to Sulaim and Muzainah.

4. Рафи‘ бин Мукаис — племени Джухайна. 5. ‘Амр бин аль-‘Ас — племени Бани Фазара.

4. Rafi‘ bin Mukaith to Juhainah. 5. ‘Amr bin Al-‘As to Bani Fazarah.

6. Ad-Dahhak bin Sufyan — Бани Килаб.

6. Ad-Dahhak bin Sufyan to Bani Kilab.

7. Бушайр ибн Суфьян — Бани Ка‘б.

7. Basheer bin Sufyan to Bani Ka‘b.

8. Ибн аль-Лутабийя аль-Азди — Бани Духьян.

8. Ibn Al-Lutabiyah Al-Azdi to Bani Dhubyan.

Так же, как верующие были отправлены к племенам, мы понимаем, что отправка дополнительных отрядов во все области Аравии необходима для установления и утверждения безопасности на всех землях Аравии.

In the same way that the believed ones were dispatched to the tribes, we understand that dispatching some more platoons to all regions of Arabia is a necessity for the prevalence and domination of security on all lands of Arabia.

Вот список этих взводов:

Here is a list of those platoons:

1. Отряд ‘Уайны ибн Хисна аль-Фазари в месяце Мухаррам девятого года хиджры направился к бану Тамим. В нём было пятьдесят всадников, и ни один из них не был ни мухаджиром, ни ансаром.

1. ‘Uyaina bin Hisn Al-Fazari’s platoon in Al-Muharram, the ninth year of Al-Hijra to Bani Tamim. It consisted of fifty horsemen, none of them was an Emigrant or a Helper.

Этот поход был отправлен в связи с тем, что Бани Тамим уже призывали другие племена не платить дань (аль-Джизья) и в конечном итоге помешали им её выплачивать.

2. This expedition was dispatched due to the fact that Bani Tamim had already urged other tribes not to pay tribute (Al-Jizya) and eventually stopped them from paying it.

Поэтому Уайна ибн Хисн выступил, чтобы сразиться с ними. Всю дорогу он шёл ночами и таился днём. Так он продвигался, пока не настиг их и не напал на них в пустыне. Они бежали, спасая свои жизни. Тогда были взяты в плен одиннадцать мужчин, двадцать одна женщина и тридцать мальчиков. Он доставил их обратно в Мадину, и их поместили в доме Рамлы бинт аль-Харис. Десять их вождей пришли к двери Пророка ﷺ и окликнули его, говоря: «О Мухаммад, выйди и встань перед нами». Когда он вышел, они схватили его и начали разговор.

Therefore, ‘Uyaina bin Hisn set out to fight them. All the way long he marched by night and lurked by day. He went on that way till he overtook them and attacked them in the desert. They fled back for their lives. Eleven men, twenty-one women and thirty boys were captured then. He drove them back to Madinah and were housed in Ramlah bint Al-Harith’s residence. Ten of their leaders, who came to the Prophet’s door, called out unto him saying: “O Muhammad come out and face us.” When he went out they held him and started talking.

Он некоторое время беседовал с ними, затем оставил их и пошёл совершить полуденную молитву. После молитвы он сел во дворе мечети. Они объявили о желании показать хвастовство и самолюбование. С этой целью они выставили своего оратора 'Утарида ибн Хаджиба, который произнёс свою речь.