После одобрения Второго соглашения при Акаба и основания небольшого мусульманского государства в обширной пустыне, захлестнутой неверием и невежеством — что было самым важным приобретением для ислама, — Пророк ﷺ дал разрешение мусульманам переселиться в Медину, новорождённое мусульманское государство.

After the endorsement of the Second ‘Aqabah Pledge and the establishment of a petite Muslim state in a vast desert surging with disbelief and ignorance — the most serious gain in terms of Islam —, the Prophet (Peace be upon him) gave his leave for the Muslims to migrate to Madinah, the nascent Muslim state.

С точки зрения личных интересов, переселение в Мадину было не чем иным, как растратой имущества и жертвой богатством, и всё это ради одной только личной безопасности. Даже здесь переселенец не мог рассчитывать на полную безопасность: он мог быть ограблен или даже убит как в начале, так и в конце своего пути. Будущее было туманным, чреватым всевозможными непредсказуемыми горестями и кризисами. Имея всё это в виду, мусульмане начали переселяться, тогда как многобожники не жалели усилий, чтобы препятствовать им и не допускать их, зная заранее, что такой шаг несёт в себе немыслимые угрозы и невообразимые разрушительные опасности для всего их общества.

Migration to Madinah, in terms of personal interests, was no more than material waste and sacrifice of wealth, all in return for personal safety only. Even here, the migrant could not expect full security; he was liable to be robbed or even killed either at the beginning or end of his departure. The future was foggy, pregnant with various unpredictable sorts of sorrows and crises. Bearing all this in mind, the Muslims began to migrate, while the polytheists spared no effort in hindering and debarring them, knowing beforehand that such a move implied unimaginable threats and unthinkable destructive dangers to their whole society:

1. Первым переселился Абу Салама, за год до Великой присяги при Акабе. Когда он решил покинуть Мекку, его родственники по жене, в отчаянной попытке создать препятствия, задержали его жену, отняли у неё сына и вывихнули ему руку. Умм Салама, после отъезда мужа и потери сына, провела год в одиночестве, плача и горюя. Один из её родственников в конце концов сжалился над ней и призвал остальных отпустить её сына и позволить ей присоединиться к мужу. Затем она отправилась в путь на расстояние в 500 километров без какой-либо помощи. В месте под названием Ат-Таним её встретил Усман ибн Тальха и предложил подвезти её до Медины. Она вместе с сыном присоединилась к Абу Саламе в селении Куба, одном из пригородов Медины.

1. The first one to migrate was Abu Salamah, a year before the Great ‘Aqabah Pledge. When he had made up his mind to leave Makkah, his in-laws, in a desperate attempt to raise obstacles, detained his wife and snatched his son and dislocated his hand. Umm Salamah, after the departure of her husband and the loss of her son spent a year by herself weeping and lamenting. A relative of hers eventually had pity on her and exhorted the others to release her son and let her join her husband. She then set out on a journey of 500 kilometres with no help whatsoever. At a spot called At-Tan‘im, ‘Uthman bin Talhah came across her and offered to give her a ride to Madinah. She, along with her son, joined Abu Salamah in the village of Quba’, a suburb of Madinah.

2. Ещё одним примером злодеяний многобожников Мекки в отношении переселения является история Сухайба. Этот человек выразил желание переселиться, и, конечно, это вызвало негодование неверующих. Они стали оскорблять его, утверждая, что он пришёл в Мекку никчёмным бродягой, но их город был достаточно великодушен, и благодаря им он сумел нажить много денег и стать богатым. Они отдали приказ, чтобы он не покидал город. Увидев это, он предложил отдать им всё своё богатство. В конце концов они согласились отпустить его на этих условиях. Пророк ﷺ услышал эту историю и прокомментировал её так:

2. Another instance of the atrocities of the polytheist Makkans, as regards migration, is Suhaib. This man expressed his wish to migrate and of course this was a source of indignation to the disbelievers. They began to insult him claiming that he had come into Makkah as a worthless tramp, but their town was gracious enough and thanks to them he managed to make a lot of money and become wealthy. They gave orders that he would not leave. Seeing this, he offered to give away all his wealth to them. They eventually agreed to release him on that condition. The Prophet heard this story and commented on it saying:

• «Сухайб всё-таки победитель».

• “Suhaib is the winner, after all.”.

3. Далее есть история о ‘Умаре ибн аль-Хаттабе, ‘Аййаше ибн Аби Раби‘а и Хишаме ибн аль-‘Аси, которые условились встретиться в определённом месте одним утром, чтобы отправиться в Медину. ‘Умар и ‘Аййаш пришли, а Хишам был задержан мекканцами.

3. Then, there was the story of ‘Umar bin Al-Khattab, ‘Ayyash bin Abi Rabi‘a and Hisham bin Al-‘Asi, who agreed to meet at a certain place one morning in order to leave for Madinah; ‘Umar and ‘Ayyash came but Hisham was detained by the Makkans.

Вскоре после этого Абу Джахль и его брат Аль-Харис прибыли в Медину, чтобы повидать их третьего брата Айяша. Они коварно попытались затронуть самое уязвимое место в человеке, то есть его связь с матерью. Они обратились к нему, утверждая, что его мать поклялась никогда не расчесывать волосы и не укрываться от солнца, пока не увидит его. Айяш сжалился над матерью, однако Умар был достаточно проницателен, чтобы понять, что они хотят сманить Айяша с пути ислама, и потому предостерёг его от их уловок, добавив: «Твоя мать стала бы расчёсывать волосы, если бы её одолевали вши, и укрылась бы от солнца, если бы солнце Мекки стало слишком сильно жечь её». Несмотря на эти слова, Айяш был решительно настроен повидать свою мать, и тогда Умар дал ему своего послушного и покладистого верблюда, посоветовав держаться его спины, ибо тот станет для него спасением, если он заметит что-либо подозрительное с их стороны. Затем трое отправились в путь к Мекке. Едва они преодолели часть пути, как Абу Джахль пожаловался на своего верблюда и попросил Айяша позволить ему сесть позади него на его верблюда. Когда верблюды опустились на землю, два многобожника набросились на Айяша и связали его. Они въехали в Мекку, крича людям, чтобы те последовали их примеру в отношении «глупцов».

Shortly afterwards Abu Jahl, and his brother Al-Harith came to Madinah to see their third brother ‘Ayyash. They cunningly tried to touch the most sensitive area in man, i.e. his relation with his mother. They addressed him claiming that his mother had sworn she would never comb her hair, nor shade herself off the sun unless she had seen him. ‘Ayyash took pity on his mother, but ‘Umar was intelligent enough to understand that they wanted to entice ‘Ayyash away from Islam so he cautioned him against their tricks, and added “your mother would comb her hair if lice pestered her, and would shade herself off if the sun of Makkah got too hot for her.” These words notwithstanding, ‘Ayyash was determined to go and see his mother, so ‘Umar gave him his manageable docile camel advising him to stick to its back because it would provide rescue for him if he perceived anything suspicious on their part. The party of three then set forth towards Makkah. As soon as they covered part of the distance, Abu Jahl complained about his camel and requested ‘Ayyash to allow him to ride behind him on his camel. When they knelt down to the level of the ground, the two polytheists fell upon ‘Ayyash and tied him. They rode on into Makkah shouting at people to follow their example with respect to ‘fools’.

Это лишь три самоочевидных примера того, как мекканцы реагировали на любого, кто намеревался переселиться. Тем не менее верующие всё же сумели бежать группами один за другим, и так стремительно, что в течение двух месяцев после Второго Акабийского договора целые кварталы Мекки опустели. Почти все последователи Мухаммада ﷺ перебрались на новое место жительства, за исключением Абу Бакра, Али, самого Пророка ﷺ и тех беспомощных благородных душ, которые были задержаны в заточении или не могли бежать. Пророк ﷺ вместе с Абу Бакром и Али сделал все необходимые приготовления к переселению, но ждал разрешения от своего Господа.

These are just three self-explanatory models of the Makkans’ reaction towards anyone intending to migrate. Nevertheless, the believers still managed to escape in successive groups and so rapidly that within two months of the Second ‘Aqabah Pledge, entire quarters of Makkah were deserted. Almost all the followers of Muhammad had migrated to their new abode, except Abu Bakr, ‘Ali, the Prophet (Peace be upon him) himself, and those helpless noble souls who had been detained in confinement or were unable to escape. The Prophet (Peace be upon him) , together with Abu Bakr and ‘Ali, had made all the necessary preparations for migration but was waiting for leave from his Lord.

Примечательно, что большинство тех, кто переселился в Абиссинию (Эфиопию), вернулись в Медину, чтобы присоединиться к остальным мусульманам там.

It is noteworthy that most of the Mwho had migrated to Abyssinia (Ethiopia), came back to Madinah to join the rest of the Muslims there.

Ситуация в Мекке, без сомнения, была критической, но Мухаммад ﷺ нисколько не был встревожен. Абу Бакр же настойчиво призывал Пророка ﷺ покинуть этот город. Он также с нетерпением ждал возможности сопровождать Мухаммада ﷺ в этом знаменательном путешествии. Но Пророк ﷺ сказал ему, что время ещё не пришло; Господь не дал ему повеления переселиться. В ожидании Повеления Аллаха Абу Бакр сделал приготовления к путешествию. Он купил двух быстрых верблюдов и кормил их должным образом в течение четырёх месяцев, чтобы они могли выдержать тяготы долгого пути через пустыню одно за другим.

The situation was no doubt critical in Makkah but Muhammad (Peace be upon him) was not at all perturbed. Abu Bakr was, however, urging the Prophet to depart from that town. He was also eagerly waiting for an opportunity to accompany Muhammad (Peace be upon him) on this eventful journey. But the Prophet told him that the time had not yet come; the Lord had not given him the command to migrate. In anticipation of the Command of Allâh, Abu Bakr had made preparations for the journey. He had purchased two swift camels and had fed them properly for four months so that they could successively stand the ordeals of the long desert journey.

Многобожники были парализованы тщательно спланированным и стремительным переселением последователей Мухаммада в их новое место жительства в Мадине. Их охватило беспрецедентное беспокойство, и они глубоко тревожились за весь свой языческий и экономический уклад. Они уже знали Мухаммада ﷺ как влиятельного лидера, а его последователей — как решительных, порядочных людей, всегда готовых пожертвовать всем, что у них было, ради Посланника Аллаха ﷺ. Племена Аль-Аус и Аль-Хазрадж, которые должны были стать хозяевами мекканских мусульман, также были известны в Аравии своей мощью и силой на войне, а также разумным и взвешенным подходом в мирное время. Они были чужды злобе и предубеждениям, ведь сами пережили тяжёлые дни межплеменных войн. Сама Мадина, будущий центр постоянно растущего исламского призыва, занимала крайне важное стратегическое положение. Она контролировала торговые пути, ведущие в Мекку, жители которой ежегодно вели торговлю товарами на сумму около четверти миллиона золотых динаров. Безопасность караванных путей была решающей для сохранения процветающей экономической жизни. Учитывая все эти факторы, многобожники почувствовали, что оказались в тисках серьёзной угрозы. Поэтому они начали искать наиболее эффективный способ предотвратить эту надвигающуюся опасность. Они созвали собрание в четверг, 26 сафара четырнадцатого года пророчества, что соответствует 12 сентября 622 года н. э., то есть через два с половиной месяца после Великой присяги при Акаб��. В этот день «Парламент Мекки» провёл самое серьёзное собрание за всю свою историю, с одним пунктом повестки дня: как принять эффективные меры, чтобы остановить эту волну. В собрании участвовали делегаты, представляющие все курайшитские племена, наиболее значимые из которых были:

The polytheists were paralysed by the carefully planned and speedy movement of Muhammad’s followers towards their new abode in Madinah. They were caught in unprecedented anxiety and got deeply worried over their whole pagan and economic entity. They already experienced Muhammad (Peace be upon him) as an influential leader; and his followers as determined, decent and always ready to sacrifice all they had for the sake of the Messenger of Allâh (Peace be upon him). Al-Aws and Al-Khazraj tribes, the would-be-hosts of the Makkan Muslims, were also known in Arabia for their might and power in war, and judicious and sensible approach in peace. They were also averse to rancour and prejudice for they themselves had had bitter days of inter-tribal warfare. Madinah , itself, the prospective headquarters of the ever-growing Islamic Call, enjoyed the most serious strategic position. It commanded the commercial routes leading to Makkah whose people used to deal in about a quarter of a million gold dinar-worth commodities every year. Security of the caravan routes was crucial for the perpetuity of prosperous economic life. All those factors borne in mind, the polytheists felt they were in the grip of a serious threat. They, therefore, began to seek the most effective method that could avert this imminent danger. They convened a meeting on Thursday, 26th Safar, the year fourteen of Prophethood / 12th September 622 A.D., i.e. two and a half months after the Great ‘Aqabah Pledge. On that day, “the Parliament of Makkah” held the most serious meeting ever, with one item on the agenda: How to take effective measures with a view to stopping that tidal wave. Delegates representing all the Quraishite tribes attended the meeting, the most significant of whom were: