Данный этап охватывает примерно шесть веков, начиная с разграбления Багдада в 1258 году н. э. и казни последнего аббасидского халифа аль-Мустасима, и заканчивая примерно серединой XIX века христианской эры. Этот период также знаменует собой возвышение Османской империи, основанной в 1299 году н. э. тюркским правителем Усманом I, и её упадок под натиском европейского колониализма.

This stage covers approximately six centuries starting with the sacking of Baghdad in 1258 CE and the execution of the last ‘Abbaasid caliph, al-Musta’sim, and ending around the middle of the nineteenth century of the Christian era. This period also represents the rise of the Ottoman Empire, founded in 1299 CE by the Turkish leader ‘Uthmaan I, until its decline under the attacks of European colonialism.

Главной особенностью этого периода было таклид (слепое следование какому-либо мазхабу) и партийность. Эта упадочная тенденция привела к отказу от всех форм иджтихада и к превращению мазхабов в совершенно обособленные образования, весьма напоминающие секты. Составление фикха в этот период ограничивалось комментированием предшествующих трудов и было направлено на продвижение отдельных мазхабов. Таким образом, динамизм фикха был утрачен, и многие нормы всё более устаревали и становились неприменимыми в своём existing виде. Чтобы заполнить этот законодательный пробел, постепенно вводились европейские кодексы законов вместо некоторых исламских норм, вышедших из употребления.

The prevailing characteristic of this period was that of Taqleed (the blind following of a Madh-hab) and factionalism. This degenerative trend resulted in the dropping of all forms of Ijtihaad and the evolution of the Madh-habs into totally separate entities closely resembling sects. The compilation of Fiqh during this period was limited to commenting on previous works and was directed toward the promotion of individual Madh-habs. Thus, the dynamism of Fiqh was lost and many of the laws became increasingly outmoded and inapplicable in their existing forms. In order to fill this legislative gap, European law codes were gradually introduced in place of some of the Islamic laws, which had fallen into disuse.

В конечном счёте, с распространением европейского колониализма и распадом мусульманской империи европейское право вытеснило исламское право. Некоторые реформаторы стремились остановить волну застоя и упадка, призывая вернуться к первозданной чистоте ислама и его законов. Однако разногласия и партийность сохранялись вплоть до настоящего времени, несмотря на рост числа учебных заведений, где преподаётся сравнительный фикх.

Eventually with the advance of European colonialism and the breaking up of the Muslim Empire, European laws supplanted Islamic law. Certain reformers sought to stem the tide of stagnation and decline, calling for a return to the original purity of Islaam and its laws. However, factionalism has continued to the present day, in spite of an increase in institutional teaching of comparative Fiqh.

Учёные этого периода оставили все формы иджтихада и единогласно вынесли правовое постановление, призванное навсегда закрыть дверь иджтихада. Они рассуждали так: все возможные вопросы уже были подняты и разрешены, и потому дальнейший иджтихад не нужен.184 С этим шагом возникло новое понятие мазхаба, а именно то, что для действительности своего ислама необходимо следовать одному из четырёх мазхабов. Со временем эта концепция прочно укоренилась как среди широких масс, так и среди учёных фикха. Так религия ислама сама оказалась ограниченной рамками четырёх существующих мазхабов: ханафитского, маликитского, шафиитского и ханбалитского. Эти школы права стали считаться божественно предписанными проявлениями ислама. Предполагалось, что все они совершенно правильны, равны между собой и представляют истинный ислам, и всё же между ними было бесчисленное множество различий. Более того, в этот период были учёные, которые толковали некоторые хадисы таким образом, чтобы доказать, что сам Пророк ﷺ предсказал появление имамов и их мазхабов. Следовательно, любая попытка выйти за пределы этих канонических мазхабов считалась ересью, а тот, кто отказывался следовать одному из этих мазхабов, зачислялся в отступники. Крайне консервативные учёные этого этапа даже вынесли решение, что тот, кого поймают на переходе из одного мазхаба в другой, подлежит наказанию по усмотрению местного судьи. Также было вынесено постановление в ханафитском мазхабе, запрещающее брак ханафита с шафиитом.185 Даже второй по значимости столп ислама, салях, не избежал последствий фанатизма мазхабов. Последователи различных мазхабов стали отказываться совершать молитву за имамами из других мазхабов. Это привело к устройству отдельных молитвенных ниш в мечетях186 общин, где существовало более одного мазхаба. Такие мечети до сих пор можно увидеть в таких местах, как Сирия, где сунниты следуют либо ханафитскому, либо шафиитскому мазхабу. Даже самая святая мечеть, аль-Масджид аль-Харам в Мекке, которая символизирует единство мусульман и религию Ислама, была затронута этим. Вокруг Каабы были устроены отдельные молитвенные ниши: по одной для имама каждой из школ. Когда наступало время салята, имам одного из мазхабов возглавлял молитву общины своих последователей, затем имам другого мазхаба возглавлял свою общину последователей, и так далее. Интересно отметить, что отдельные места молитвы для каждого из мазхабов сохранялись вокруг Каабы до первой четверти двадцатого века, когда Абдуль-Азиз ибн Сауд и его армия завоевали Мекку (в октябре 1924 года) и объединили всех поклоняющихся за одним имамом, независимо от их мазхаба.

The scholars of this period left all forms of Ijtihaad and unanimously issued a legal ruling, which was intended to close the door of Ijtihaad permanently. They reasoned that all possible issues had already been raised and addressed, and there was therefore no need for further Ijtihaad.184 With that step, a new concept of Madhhab arose, namely that one of the four Madh-habs had to be followed for one’s Islaam to be valid. In time this concept became firmly embedded among the masses as well as the scholars of Fiqh. Thus, the religion of Islaam itself became restricted within the confines of the four existing Madh-habs; Hanafee, Maalikee, Shaafi’ee and Hamblee. These schools of law came to be considered divinely ordained manifestations of Islaam. All of them were supposed to be completely correct, equal and representative of true Islaam, yet there were innumerable differences among them. In fact there were scholars in this period who interpreted some Hadeeths in such a way as to prove that the Prophet (s.w.) him-self had predicted the appearance of the Imaams and their Madh-habs. Consequently, any attempt to go beyond these canonical Madh-habs was considered heretical and anyone who refused to follow one of these Madh-hab was classified an apostle. The hyper conservative scholars of this stage even went so far as to rule that whoever was caught transferring from one Madh-hab to another was liable to punishment at he discretion of the local judge. A ruling was also made in the Hanafee Madh-hab prohibiting the marriage of a Hanafee to a Shaafi’ee.185 And even the second most important pillar of Islaam, Salaah, was not spared the effects of Madh-hab fanaticism. The followers of the various Madh-habs began to refuse to pray behind the Imaams from other Madh-habs. This resulted in the building of separate prayer niches in the masjid186 communities where more than one Madh-hab existed. Masjids of this type can still be seen in places like Syria, where Sunni Muslims follow either the Hanafee or Shaafi’ee Madh-hab. Even the most holy masjid, al-Masjid alHaraam of Makkah, which represents the unity of Muslims and the religion of Islaam, was affected. Separate prayer niches were set up around the Ka’bah: one for an Imaam from each of the schools. And when the time for Salaah came, an Imaam from one of the Madhhabs would lead a congregation of followers from his Madh-hab in prayer; then another Imaam from one of the other Madh-habs would lead his congregation of followers and so on. It is interesting to note that separate places of prayer for each of the Madh-habs remained around the Ka’bah until the first quarter of the twentieth century when ‘Abdul-‘Azeez ibn Sa’oud and his army conquered Makkah (October of 1924) and united all worshippers behind a single Imaam regardless of his or their Madh-habs.

Таклид (слепое подражание) необходимо отличать от иттиба' (осмысленного следования). Принцип следования постановлениям наших предшественников является обычным и естественным. Фактически именно благодаря тщательному следованию более ранним толкованиям ислама послание ислама сохраняется неискажённым на протяжении времени. Ведь эти ранние толкования основывались на божественном вдохновении Пророка ﷺ и на жизненном пути, направляемом Божественным указанием. Сам Пророк ﷺ сказал: «Лучшим поколением является моё поколение, затем следующее за ним, а затем следующее за тем»187. Однако поскольку мусульмане более раннего поколения, за исключением Пророка ﷺ, не были безгрешными, даже эти ранние толкования не следует принимать слепо, без учёта определённых основополагающих принципов разума, которые позволяют различать правое и неправое. В этой книге термин таклид (слепое подражание) используется для обозначения действий тех, кто рабски следует одному мазхабу, несмотря на ошибки, которые они видят. Что же касается простых людей, не обладающих знаниями для самостоятельного принятия решений в сомнительных ситуациях, то им надлежит следовать тому знанию, которое доступно им, сохранять открытость ума и по возможности опираться на учёных с открытым мышлением.

Taqleed (blind following) has to be distinguished from Ittibaa’ (reasoned following). The principle of following the rulings of our predecessors is normal and natural. In fact, it is by closely following earlier interpretations of Islaam that the message of Islaam remains uncorrupted through time. For, those early interpretations were founded on the Prophet’s (s.w.) divine inspiration and his divinely guided life style. The Prophet (s.w.) himself said that the best generation was his generation, then the generation following his, and then the generation following that.187 However, since Muslims of earlier generation, with the exeption of the Prophet (s.w.), were not infallible, even those earlier interpretations should not be followed blindly without without regard to certain basic principles of reason which enable us to distinguish between right and wrong. In this book the term Taqleed (blind following) is used to refer to the actions to those who slavishly follow a single Madh-hab regardless of errors that they see. As for the common people who do not have the knowledge to make independent decisions in doubtful situations, it is for them to follow whatever knowledge is available to them, keep their minds open and rely on open-minded scholars as much as possible.

Таклид явился результатом ряда факторов, как внутренних, так и внешних по отношению к мазхабам, которые повлияли на развитие фикха и на отношение учёных. Нельзя выделить какую-то одну причину как главную, равно как нельзя назвать все факторы. Ниже приведены лишь некоторые из наиболее очевидных факторов, которые привели к этой стадии застоя.

Taqleed was the result of a number of factors, internal and external to the Madh-habs, which affected the development of Fiqh and the attitude of scholars. No one cause can be singled out as the main cause nor can all of the factors be identified. The following only a few of the more obvious factors which led to this stage of stagnation.