Аль-Аскари сказал в «аль-Аваиль» («Первые»): Он первым стал раздавать земли (захваченные в джихаде), и первым огородил пастбища (для животных, с которых выплачивается закят, и для лошадей и верблюдов для джихада), первым стал понижать голос при такбире, первым стал благовонить мечеть (в Медине), первым приказал произносить первый азан в пятницу, первым стал обеспечивать муэдзинов, первым замолчал во время хутбы, а затем сказал: «Люди, первый раз подняться на минбар трудно; после сегодняшнего дня будут и другие дни, и если я доживу, вы услышите хутбу в надлежащем виде. Мы никогда не были ораторами, но Аллах научит нас». Он первым стал проводить хутбу в праздник ‘Ид перед молитвой, первым поручил людям самостоятельно выплачивать свой закят, первым принял управление халифатом при жизни своей матери, первым назначил начальника полиции и первым выделил в мечети место для себя (ограждённое), опасаясь, что с ним может случиться то, что случилось с ‘Умаром. Так упомянул аль-Аскари. Он также сказал: Первые разногласия в умме, при которых одни обвиняли других в ошибках, возникли в его время, по поводу вещей, за которые его винили. До этого люди расходились во мнениях по вопросам фикха, но никто не обвинял других в ошибках.

Al-cAskari said in al-Awa’il (The Firsts): He was the first to grant lands (taken in jihad), and the first who enclosed pastures (for the animals paid in zakat and for the horses and camels for jihad), the first to lower his voice in the takbir, the first to perfume the mosque (of Madinah), the first to command the first call to prayer on the Jumucah, the first to provide for the mu’adhdhins, the first to be speechless in the khutbah, and then he said, ‘People, the first time of mounting is hard, after today there are other days, and if I live you will have the khutbah in its proper manner. We were never public speakers and Allah will teach us.’ He was the first to place the khutbah on the cEid before the prayer, the first to entrust to the people the payment of their own zakat, the first to take charge of the khilafah during the life of his mother, the first to appoint a chief of police, and the first to set apart an enclosure in the mosque from fear that there should happen to him what happened to cUmar. This is what al-cAskari mentioned and he also said: The first disagreements in the ummah in which some would accuse others of errors were in his time, concerning things for which they blamed him. Before that they used to disagree about fiqh and no-one would accuse others of errors.

Из его первенств сохранилось то, что он был первым из этой уммы, кто переселился со своей семьёй ради Аллаха, как уже было сказано, и он первым объединил людей на одном способе чтения.

I say: Of his firsts there remain that he was the first of this ummah to emigrate with his family for the sake of Allah, as has preceded, and he was the first to unite people on one manner of recitation.

Ибн ‘Асакир передал, что Хаким ибн ‘Аббад ибн Ханиф сказал: «Первым предосудительным явлением, появившимся в Медине, когда мир был переполнен (богатством), а полнота людей достигла предела, стал полёт голубей и стрельба из арбалетов (метание глиняных шариков на спор). Поэтому ‘Усман в восьмом году своего халифата назначил человека из Бану Ляйс, который подрезал им (крылья голубей) и ломал арбалеты».

Ibn cAsakir narrated that Hakim ibn cAbbad ibn Hanif said: The first reprehensible thing that appeared in Madinah when the world was overflowing (with wealth) and the fatness of people reached a limit, was the flying of pigeons and archery with crossbows (firing clay bullets, for bets), so cUthman appointed a man from Banu Layth in the eighth year of his khilafah who clipped them (the wings of the pigeons) and broke the crossbows.