Эта часть содержит восемь глав. Первая глава посвящена определению времён намаза. Вторая — призыву к молитве (адхан) и призыву к началу молитвы (икама). Третья глава относится к определению направления в молитве (кибла). Четвёртая глава относится к покрытию срамных частей тела (satr al-'awra) и одежде для молитвы. Пятая глава охватывает условие очищения от нечистот в молитве. Шестая глава посвящена определению мест, где можно совершать молитву, и мест, где этого делать нельзя. Седьмая глава рассматривает условия действительности молитвы. Восьмая глава посвящена намерению (нийя) и вопросу о том, является ли оно обязательным условием молитвы.

This part contains eight chapters. The first chapter is about the identification °f the timings. The second is about the call for prayer (adhan) and the call for commencement (iqdma). The third chapter relates to the identification of the direction in prayer (qibla). The fourth chapter relates to the covering of the Pnvate parts (satr al-^awra) and the dress for prayer. The fifth chapter covers the stipulation of purification from impurities in prayer. The sixth chapter is about the identification of places where prayer can be undertaken and those where it cannot. The seventh chapter deals with the conditions of the validity of prayer. The eighth chapter is about intention (niyya), and the question of its stipulation in prayer

Эта глава делится на два раздела. Первый посвящён определению времени молитвы. Второй рассматривает времена, в которые молитва запрещена.

This chapter is first divided into two sections. The first relates to the identification of the timings for prayer. The second examines the timings during which prayer is forbidden.

Данный раздел также делится на два подраздела. Первый касается обычных времён намаза, в течение которых он должен совершаться (как в пределах установленного срока, так и в предпочтительное время). Второй касается времён для тех, кто находится в состоянии необходимости.

This section is also divided into two sub-divisions. The first relates to regular prayer timings within which a prayer has to be performed (extended as well as preferred). The second relates to timings for those facing a necessity.

Основой для этой темы являются слова Всевышнего: «Ведь верующим предписано совершать молитву в определённое время». Мусульманские правоведы единодушно признали, что пять (обязательных) молитв имеют пять установленных периодов, совершение молитвы в течение которых является условием её действительности. (Также они единодушно признали), что каждый из этих периодов делится на предпочтительную и расширенную части. Они разошлись во мнениях относительно границ таких предпочтительной и расширенной частей. В этом вопросе есть пять разногласий.

The basis for this topic are the words of the Exalted, “Worship at fixed hours no __ hath been enjoined on the believers”. The Muslim jurists agreed that the five (obligatory) prayers have five determined periods, performance of prayer during which is a condition for the validity of the prayer. (They also agreed) that each of these periods is divided into preferred and extended parts. They disagreed about the limits of such preferred and extended parts. There are five issues in this.

Они были единодушны, за исключением отклоняющегося мнения, приписываемого Ибн ‘Аббасу, и сообщаемого разногласия относительно времени совершения пятничной общинной молитвы (джум‘а), о чём будет упомянуто, в том, что началом времени полуденной (зухр) молитвы, до которого молиться не разрешается, является склонение солнца. Они разошлись относительно периода зухр в двух пунктах: в конце его расширенного времени и в том времени, которое предпочтительно (для совершения молитвы).

They agreed, except for a deviant disagreement attributed to Ibn cAbbas and a reported dispute over the time of performing Friday congregational prayer (jumu^a), as will be mentioned, that the beginning of the timing for the midday (zuhr) prayer, before which praying not allowed, is the declining of the sun. They disagreed with respect to the zuhr period on two points, the end of its extended timing and the time that is preferable (for prayer).

Малик, аш-Шафии, Абу Саур и Дауд сказали, что окончание расширенного времени его совершения наступает, когда тень предмета становится равной его длине. Абу Ханифа в одном из передававшихся от него мнений сказал, что это происходит, когда тень предмета становится вдвое больше его длины, и это является началом времени следующей молитвы (W). Согласно другому сообщению от него, последнее время для полуденной молитвы наступает, когда тень предмета равна его длине, а первое время для послеполуденной молитвы ('аср) — когда тень вдвое длиннее предмета, а промежуток между этими моментами, когда тень равна длине и когда она вдвое больше, не подходит для полуденной молитвы. Это (последнее) мнение поддержали его два ученика, Абу Юсуф и Мухаммад.

Malik, al-ShafiT, Abu Thawr, and Dawud said that the end of its extended timing is when the shadow of a thing becomes equal to its length. Abu HanTfa said, in one narration from him, that it is when the shadow of a thing becomes twice its length, which is the beginning of the period of the next prayer (W). According to another report from him, the last timing for the noon prayer is when the shadow of a thing is equal to its length, while the first timing for the <asr prayer is when the shadow is twice the length (of a thing), and the period between those when the shadow is the same as the length and when it is twice as much is not suitable for the noon prayer. This (latter opinion) was upheld by his two disciples, Abu Yusuf and Muhammad.

Причина разногласия в этом вопросе — противоречие между преданиями. Передаётся о молитве, которую совершил Джибриль (Гавриил), что он совершил полуденную молитву (зухр) вместе с Пророком (да благословит его Аллах и приветствует) в первый день, когда солнце склонилось, а во второй день — когда тень каждого предмета сравнялась с его длиной. Затем он сказал: «Время [молитвы] — это то, что между этими [временами]». Передаётся, что Пророк ﷺ сказал: «Ваше пребывание на земле по сравнению с пребыванием народов, которые были до вас, подобно промежутку времени между молитвой ‘аср и заходом солнца. Людям Торы была дана Тора, и они действовали в соответствии с ней до полудня, а после этого оказались не в силах [продолжать]. Тогда им было дано по одному киратy за каждый киратy. Людям Инджиля (Нового Завета) был дан Инджиль, и они действовали в соответствии с ним до времени ‘аср, а после этого оказались не в силах [продолжать]. Тогда им было дано по одному киратy [за каждый киратy]. Нам был дан Коран, и мы действовали в соответствии с ним до захода солнца. Тогда нам было дано по два киратa за каждый киратy. Люди Писания сказали: “Господи, Ты дал этим людям по два киратa за каждый киратy, а нам дал по одному киратy, хотя наша работа была продолжительнее?” Аллах, Всевышний, ответил: “Разве Я совершил против вас какую-либо несправедливость в отношении вознаграждения?” Они сказали: “Нет”. Он сказал: “Это Мой дар, и Я даю, кому пожелаю”».

Они расходились во мнениях относительно afternoon-молитвы ʿАср в двух вопросах. Первый касается слияния её начального времени с концом времени молитвы Зухр. Второй — её собственного окончания. Что касается слияния времён, то Малик, аш-Шафиʿи, Дawуд и группа правоведов согласились в том, что начало времени молитвы ʿАср и есть конец периода Зухр, и это наступает тогда, когда тень предмета становится равной его высоте. Малик же утверждал, что последняя часть периода Зухр и первая часть периода ʿАср — промежуток времени, достаточный для четырёх (обычных) рак‘атов, — являются общим временем для обеих молитв. По мнению аш-Шафиʿи, Абу Саура и Дawуда, конец периода Зухр — это момент времени, с которого начинается время ʿАср, и он представляет собой неделимое мгновение. Абу Ханифа, как мы уже говорили, утверждал, что первое время ʿАср наступает тогда, когда тень предмета вдвое больше его высоты, и причина его разногласия с ними по этому вопросу уже была изложена.

They disagreed about the <asr prayer on two points. The first is about the merging of its first timing with the end of the timing for the zuhr prayer. Second, about its own end. With respect to the merging of the timings, Malik, al-ShafiT, Dawud, and a group of jurists agreed that the beginning of the timing for <asr prayer is, in fact, the end of the period for zuhr, and this occurs when the shadow of a thing becomes equal to its height. Malik, on the other hand, maintained that the last portion of the period for zuhr and the first portion of the period for <asr—a stretch of time sufficient for four (ordinary) rak<as—is a common time for both prayers. According to al-ShafiT, Abu Thawr, and Dawud the end of the period for zuhr is the point of time at which the timing for casr begins, and is an indivisible moment. Abu HanTfa, as we have said, maintained that the first timing for <asr is that when the shadow o' a thing is twice its height, and the reason for his disagreement with them over this has preceded.

Разногласие Малика с аш-Шафии и с теми, кто придерживался того же мнения, что и он, по этому вопросу основано на противоречии хадиса о Джибриле хадису Абдуллаха ибн Умара. В молитве, которую вёл Джибриль, сообщается, что он совершил полуденную молитву (зухр) вместе с Пророком ﷺ во второй день в то время, в которое он совершил её в первый день. Хадис Абдуллаха ибн Умара гласит: Пророк ﷺ сказал: «Время полуденной молитвы (зухр) продолжается до тех пор, пока не наступило время предвечерней молитвы (аср)». Этот хадис записан Муслимом. Те, кто предпочёл хадис о Джибриле, сочли времена молитв слившимися, а те, кто предпочёл хадис Абдуллаха, не считали времена слившимися. Что касается хадиса о Джибриле, его возможно истолковать так, чтобы он согласовывался с хадисом Абдуллаха, ибо вероятно, что передатчик (хадиса о Джибриле) излишне подчеркнул этот факт из-за близости времён молитв. Хадис о том, что Джибриль руководил молитвой, был признан достоверным (сахих) аț-Тирмизи, а хадис Ибн Умара записан Муслимом.

Они разошлись во мнениях относительно вечернего намаза (магриба): имеет ли он расширенное время, как все остальные намазы? Одна группа законоведов придерживалась того, что у него ограниченное время, которое не может быть продлено. Это наиболее известное мнение, переданное от Малика и аш-Шафии. Другая группа законоведов придерживалась того, что у него есть расширенное время — между заходом солнца и исчезновением вечерних сумерек (шафака). Таково было мнение Абу Ханифы, Ахмада, Абу Саура и Дауда, и это мнение также передавалось от Малика и аш-Шафии.

They disagreed about the evening prayer [maghrib), whether it has an extended time like all other prayers? A group of jurists held that it has a limited time that is not extendible. This is the best known report from Malik and al- Shafi‘L Another group of jurists held that it has an extended time between sunset and the disappearance of the evening twilight (shafaq). This was the opinion of Abu HanTfa, Ahmad, Abu Thawr, and Dawud, and this opinion has also been related from Malik and al-Shafi‘T.

Причина их разногласия по этому вопросу заключается в противоречии между хадисом об имаме Джибриля и хадисом Абдуллаха ибн Умара. Хадис об имаме Джибриля указывает, что он совершил молитву магриб в одно и то же время (на закате) в оба дня, тогда как хадис Абдуллаха говорит: «Время молитвы магриб длится до исчезновения шафака*». Те, кто предпочёл хадис об имаме Джибриля, определили для этой молитвы единое (ограниченное) время, а те, кто предпочёл хадис Абдуллаха, определили для неё расширенное время. Хадис Абдуллаха приведён Муслимом, тогда как хадис об имаме Джибриля не приведён ни одним из двух шейхов (аль-Бухари и Муслимом), то есть хадис Ибн Аббаса, в котором говорится, что он возглавлял молитву для Пророка ﷺ в десяти молитвах, разъясняя времена молитв, а затем сказал: «Время находится между этими двумя». То, что сказано в хадисе Абдуллаха по этому вопросу, также содержится в хадисе Бурайды аль-Аслями, приведённом Муслимом, и является основным источником по данной теме. Учёные (факихи) сказали, что хадис Бурайды предпочтительнее, так как он более поздний, относится к периоду Медины и был ответом на вопрос о временах молитвы, тогда как хадис Джибриля относится к первоначальному установлению обязанности (молитвы) в Мекке.

The reason for their disagreement over this arises from the conflict of the tradition of the imdma of Jibril with the tradition of ‘Abd Allah ibn ‘Umar. The tradition about the imdma of Jibril states that he offered the maghrib prayer at the same time (at sunset) on both days, while the tradition of ‘Abd Allah says, “It is time for the maghrib prayer till the disappearance of shafaq*. Those who preferred the tradition* about the imdma of Jibril determined a single (limited) time for it, while those who preferred ‘Abd Allah’s tradition determined an extended time for it. The tradition of ‘Abd Allah has been recorded by Muslim, while the tradition of the imdma of Jibril has not been recorded by either of the two shaykhs (al-BukharT and Muslim), that is, the tradition of Ibn ‘Abbas, which says that he led the prayer for the Prophet (God’s peace and blessings be upon him) in ten prayers that explained the prayer timings and then said, “The time is between these two”. What is stated in ‘Abd Allah’s tradition about this is also found in the tradition of Burayda al-Aslami that has been recorded by Muslim, and is the fundamental source for this topic. They (the jurists) said that the tradition of Burayda is preferable as it is a later tradition belonging to the era of Medina and was in response to a question about the timings of prayer, while the tradition of Jibril belongs to the initial stipulation of the duty (of prayer) at Mecca.

Они разошлись во мнениях относительно вечерней молитвы ишá (<иша>) по двум вопросам. Во-первых, о начале её времени, а во-вторых, о его окончании. О начале её времени Малик, аш-Шафиʿи и группа правоведов придерживались мнения, что оно наступает с исчезновением красного вечернего сумрака, тогда как Абу Ханифа говорил, что оно наступает с исчезновением белого сумрака, который приходит после краснизны.

They disagreed about the second evening prayer (<ish&) on two points. First, about the beginning of its timing and second, about its end. About the beginning of its timing, Malik, al-ShaficT, and a group of jurists held that it is the disappearance of -the red evening twilight, while Abu HanTfa said that it is the disappearance of the white twilight that comes after the redness.

Причина их разногласия по этому вопросу кроется в многозначности термина «шафак» в арабском языке. Так же как «фаджр» (утро) бывает двух видов, так и «шафак» бывает двух видов: красный и белый. Исчезновение белого шафака непременно означает, что наступившее за ним является началом ночи.92 Между ними нет разногласий в том, что это установлено на основании хадиса Бурайды и хадиса о том, что Джибриль совершил ночную молитву в первый день, когда исчез шафак, в качестве имамства.

The reason for their disagreement over this issue stems from the equivocality of the term “shafaq” in the Arabic language. Just as fajr (morning), is of two kinds, so is shafaqz red and white. The disappearance of the white shafaq necessarily implies that what follows is the beginning of the night.92 There is no disagreement among them that it is established from the tradition ofBurayda and the tradition about the imdma of Jibril that he offered the night prayer on the first day at the disappearance of the shafaq.

Большинство предпочло своё мнение, опираясь на установленное сообщение «что Посланник Аллаха ﷺ совершал ʿИшу после исчезновения луны на третью ночь», тогда как Абу Ханифа предпочёл своё мнение, опираясь на то, что установлено относительно откладывания ʿИши и рекомендации откладывать её, в словах Пророка ﷺ: «Если бы я не опасался затруднения для моей общины, я бы отложил эту молитву до полуночи».

The majority preferred their opinion on the basis of the established report “that the Messenger of Allah (God’s peace and blessings be upon him) used to offer ^isha* after the disappearance of the moon on the third night”, while Abu HanTfa preferred his opinion on the basis of what is established about delaying ^isha^ and the recommendation for delaying it in the words of the Prophet (God’s peace and blessings be upon him), “If I had not feared hardship for my umma, I would have delayed this prayer up to midnight”.

Они разошлись во мнениях относительно того, до какого времени длится последний срок ('иша'). Существуют три точки зрения. Первая: это до конца первой трети ночи. Вторая: до полуночи. Третья: до восхода солнца. Первое мнение, то есть что это до конца первой трети ночи, придерживались аш-Шафи'и и Абу Ханифа, и оно является широко известным мнением Малика. Также передаётся второй рассказ от Малика, согласно которому срок длится до полуночи. Третье мнение принадлежит Дауду. Причина разногласия по этому вопросу кроется в противоречии между хадисами. В хадисе о предании имамата Джибрилю сказано, что он молился с Пророком ﷺ на второй день в конце первой трети ночи. В хадисе Анаса говорится: «Пророк ﷺ задержал 'ишу' до полуночи». Это записал аль-Бухари. Также передаётся в хадисе Абу Са'ида аль-Худри и в хадисе Абу Хурайры от Пророка ﷺ, что он сказал: «Если бы я не боялся затруднения для своей общины, я бы задержал 'ишу' до полуночи». В хадисе Ибн Каттады подразумевается, что пренебрежение сном не имеет значения, а важно то, чтобы не откладывать молитву до наступления времени следующей.

Они согласились, что первое время утренней молитвы — это истинный рассвет (появление утренней зари), и оно заканчивается восходом солнца, за исключением того, что передаётся от Ибн аль-Касима и некоторых учеников аш-Шафии, что последнее время — это когда есть свет (то есть наступление рассвета). Они разошлись относительно предпочтительного времени для неё. Куфийцы, Абу Ханифа, его ученики, ас-Саврī и большинство правоведов Ирака утверждают, что лучшее время для неё — когда уже есть свет (начало рассвета), тогда как Малик, аш-Шафии, его ученики, Ахмад ибн Ханбаль, Абу Саур и Дауд придерживались мнения, что предпочтительное время для неё — тьма, предшествующая свету.

They agreed that the first timing for the morning prayer is true dawn (the appearance of the morning twilight) and it ends at sunrise, except what is related from Ibn al-Qasim and some of the disciples of al-ShaficT that the latest timing is when there is light (i.e. daybreak). They disagreed about its preferred timing. The Kufts, Abu Hanifa, his disciples, al-ThawrT, and most of the jurists of Iraq maintain that the best time for it is when there is light (the beginning of daybreak), while Malik, akShaficT, his disciples, Ahmad ibn Hanbal, Abu Thawr, and Dawud maintained that darkness preceding light is the preferred time for it.

Причина их разногласия*берёт начало в их споре о методе согласования явных смыслов хадисов по этому вопросу. Передаётся от Пророка ﷺ через Рафи ибн Хадidж, что он сказал: «Совершайте утреннюю молитву на рассвете, ибо чем чаще вы это делаете, тем больше за неё награда». Однако известно, что Пророк ﷺ, когда его спросили о лучших деяниях, ответил: «Молитва в её первое назначенное время». Более того, установлено относительно Пророка ﷺ, что «после того как он совершал утреннюю молитву, женщины уходили, закутавшись в свои шерстяные накидки, и их нельзя было узнать из-за темноты». Явный смысл этого хадиса таков, что это было его обычной практикой.

The reason for their disagreement*stems from their dispute over the method of reconciling the apparent meanings of the traditions on this issue. It is reported from the Prophet (God’s peace and blessings be upon him) through Rafic ibii Khadq that he said, “Perform the morning prayer at the time of the daybreak. The more frequently you do so the greater reward there is for it”. Yet, the Prophet (God’s peace and blessings be upon him) is reported to have said, when asked about the best acts, “Prayer at its first appointed timing”. Moreover, it is established about the Prophet (God’s peace and blessings be upon him) “that after he offered the morning prayer, women used to depart wrapped in their woolen garments, and could not be recognized due to the darkness”. The apparent meaning of this tradition is that this was his usual practice.

Те, кто утверждал, что предание о Рафи́' является частным (хасс), в то время как изречение Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) «в его первое предписанное время» является общим, полагали, что первое ограничивает второе согласно известному правилу, что частное ограничивает общее. Таким образом, они исключили утреннюю молитву из общего смысла и истолковали предание 'А'ишы как сообщение о случайной, а не обычной практике, подразумевающей дозволенность. Так они утверждали, что «совершать молитву при свете предпочтительнее, чем в темноте». Те же, кто предпочёл общее предание, поскольку оно является явным и очевидным, а также согласуется с преданием 'А'ишы, в то время как предание Рафи' допускает толкование, ибо его можно истолковать как подчёркивание наступления фаджра, и потому нет противоречия ни между ним и преданием 'А'ишы, ни с передаваемой общностью в этом вопросе, сказали, что предпочтительное время — это начальная часть периода.

Учёные регионов, как мы уже говорили, подтвердили наличие особых сроков молитвы при необходимости и уважительной причине, тогда как захириты их отвергли. Причина их разногласия уже упоминалась. Те, кто признавал эти сроки, разошлись в трёх вопросах. Во-первых, к каким молитвам применимы эти сроки? Во-вторых, каковы границы этих сроков? В-третьих, кто те люди с уважительной причиной, для которых сделано исключение в отношении этих сроков и их хукма, то есть в отношении обязательности молитвы и её снятия?

The jurists of the regions, as we have said have confirmed the special prayer timings for necessity and excuse, while the Zahirites have denied them. The reason for their disagreement has already been mentioned. Those who confirmed them disagreed over three points. First, what are the prayers to which these timings are applicable? Second, what are the limits of these timings? Third, who are the persons with an excuse for whom an exemption has been made with respect to these timings and their dhkam y that is, with respect to the obligation of prayer and its waiver.

Малик и аш-Шафии сошлись во мнении, что это особое время применимо к четырём молитвам: время, общее для зухра и аср, и время, общее для магриба и иша. Они разошлись относительно того, в чём состоит их общий аспект, как будет сказано далее. Абу Ханифа возразил им, заявив, что это время относится только к аср, и что здесь нет никакого общего времени между ними.

Malik and al-Shafi T agreed c that this special timing is applicable to four prayers: a timing common between zuhr and W, and a timing common between maghrib and <ishd?. They differed about their common aspect, as will be coming up in what follows. Abu HanTfa opposed them saying that this timing is for <asr alone, and there is no timing here that is common between them.

Причина их разногласия по этому вопросу заключается в их споре о допустимости совмещения двух молитв (джам') во время путешествия в время, установленное для одной молитвы. Об этом будет сказано позже. Те, кто руководствовался текстом, установленным для молитвы 'аср, а именно установленным изречением Пророка (мир ему и благословение Божье) ﷺ: «Тот, кто способен совершить одну ракаат молитвы 'аср до захода солнца, успел совершить 'аср (вовремя)», понимали это как послабление и не допускали этого как общее время для совмещения, ввиду слов Пророка (мир ему и благословение Божье) ﷺ: «Время молитвы не проходит до наступления времени следующей». Они также приводили другие доводы — которые мы упомянем в разделе о совмещении — чтобы утверждать, что это время было только для молитвы 'аср. Те же, кто допускал общее время при совмещении во время путешествия, допускали его для тех, кто оказался в состоянии необходимости, по аналогии с этим, ибо путник также находится в состоянии необходимости и уважительной причины. На этом основании они определили общее время для зухра и 'аср, а также другое общее время для магриба и 'иша.

The reason for their disagreement over this is based on their dispute about the permissibility of combining of two prayers (jam*) during a journey at a time fixed for one prayer. This will be discussed later. Those who acted upon the text laid down for the 'asr prayer, that is, the established saying of the Prophet (God’s peace and blessings be upon him), “He who is able to observe a rak'a of the W prayer prior to sunset has been able to perform W (in time)”, understood this to imply a concession, and did not permit it as a common timing for combination, because of the words of the Prophet (God’s peace and blessings be upon him), “The timing of a prayer does not pass till the coming of the timing for the next”. They also used other arguments—^that we shall mention under the topic of combination—to maintain that this timing was only for the 'asr prayer. Those who permitted a common timing i n combination during a journey, permitted it for those facing a necessity on its analogy, as the case of the traveller too is that of necessity and excuse. On this basis they determined a time common between zuhr and 'asr, and another common between maghrib and <ish&.

Малик и аш-Шафии разошлись во мнениях относительно последнего общего времени для двух молитв. Малик сказал, что оно начинается с склонения солнца для зухра и аср и длится до того момента, пока до конца дневного времени не останется времени, достаточного для четырёх ракаатов для постоянно проживающего и для двух ракаатов для путника. Таким образом, он определил время, специфическое для зухра, как время четырёх ракаатов для постоянно проживающего и двух ракаатов для путника после склонения солнца. Время, специфическое для аср, он определил как время четырёх ракаатов для постоянно проживающего и двух ракаатов для путника до захода солнца. Отсюда следует, что человек, который застаёт лишь специфическую часть времени молитвы, обязан совершить ту молитву, которая специфична для этого времени, если до этого времени молитва на нём не была обязательной. Тот, у кого времени больше, должен совершить обе молитвы вместе. Он установил, что последним временем для захвата молитвы аср (именно «аср», а не «каза») является время, равное одному ракаату до захода солнца. Он определил схожие общие времена для молитв магриб и иша, за исключением того, что однажды он сделал время, специфическое для магриб, равным количеству времени, достаточному для трёх ракаатов до рассвета, а в другой раз счёл его достаточным для последней молитвы, как и для аср, сказав, что это время, достаточное для четырёх ракаатов, что согласуется с аналогией. Кроме того, он определил последнее время для этой (то есть для иша) как время, необходимое для одного ракаата до рассвета.

Malik and al-Shafi T disagreed over c • the last common timing for two prayers. Malik said that it continues from the declining of the sun, for zuhr and W, to an extent of four rak'as for a resident and two rak'as for the traveller till a time sufficient for four rak'as for the resident and two rakfas for the traveller is left of the daytime. Thus, he determined the time specific to zuhr as the time for four rak'as in the case of the resident, and two rak'as for the traveller after the declining of the sun. He determined the time specific to W as the time for four rak'as for the resident and two rak'as for the traveller prior to sunset. It follows that a person who catches only the specific portion of a the time of prayer is obliged for the prayer that is specific to this time, if prayer was not binding upon him prior to this time.93 A person who has more time than this is to perform both prayers together. He fixed the last time for capturing the 'a$r prayer ('add? not qad&), as that of one rak'a prior to sunset. He determined similar common timings for maghrib and 'ishd prayers, except that on one occasion he made the time specific to maghrib to be an amount of time enough for three rak'as prior to the break of the dawn, and at another occasion he deemed it enough for the last prayer, as he did for W, saying that it is a time enough for four rak'asy which agrees with analogy. Moreover, he deemed the last timing for this (as W<f) to be the time required for one rak'a prior to the break of the dawn.

Большинство правоведов согласились, что эти времена, то есть времена необходимости, относятся к четырём категориям людей: женщина в состоянии менструации, которая вступает в период чистоты или начинает менструировать до того, как совершила молитву; путник, который вспоминает о молитве в эти времена, находясь в населённом пункте, или оседлый житель, который вспоминает о ней, находясь в пути; ребёнок, который достигает половой зрелости в эти времена; и неверующий, который принимает ислам. Они разошлись во мнениях относительно человека, который потерял сознание. Малик и аш-Шафии сказали, что его хукм подобен хукму женщины в состоянии менструации, и он имеет право на эти времена, ибо он не обязан восполнять (в порядке кадае) молитву, которую пропустил из-за обморока. Абу Ханифа же считал, что он обязан восполнить пропущенную молитву, если количество (пропущенных) молитв меньше пяти. Поэтому, по его мнению, если он придёт в себя после обморока, он совершает молитву, как только очнётся. По мнению остальных, если он придёт в себя в течение времён необходимости, на нём лежит обязанность совершить молитву того времени, в котором он очнулся, а если он не очнётся в такое время, молитва на нём не обязательна. Случай человека, потерявшего сознание, будет рассмотрен подробнее позже. Они согласились, что если женщина становится чистой в пределах времени одной молитвы, то обязательна для неё только эта молитва. По мнению Малика, если она становится чистой и остаётся время, достаточное для четырёх рак‘ятов до захода солнца, то на ней лежит обязанность только в отношении аср, а если оставшегося времени достаточно для пяти рак‘ятов, то на ней обязанность в отношении обеих молитв: зухр и аср. По мнению аш-Шафии, если остаётся время для одной рак‘ята, она обязана совершить обе молитвы вместе, как мы уже говорили, а согласно его второму мнению, она должна совершить молитву даже тогда, когда оставшегося времени достаточно лишь для такбира. То же относится к путнику, по мнению Малика, который забыл совершить молитву и становится оседлым в эти времена, либо к оседлому, который теперь находится в пути. Аналогичным образом, в случае неверующего, который принимает Ислам в течение этих промежутков времени, эта молитва становится обязательной для него. Случай с несовершеннолетним также похож.

The jurists agreed that these timings, that is, the timings of necessity, pertain to four types of people: a menstruating woman entering the period of purity or who begins menstruating before she has prayed; the traveller who remembers prayer in these timings at a time when he is in a settlement, or a settler who remembers it when he is travelling; a minor who attains puberty during these timings; and a disbeliever who accepts Islam. They disagreed about the person who has fainted. Malik and al-ShaficT said that his hukm is like that of a menstruating woman and is entitled to these timings, for he is not obliged to make up (by way of qadtf) for the prayer that he misses because of fainting. According to Abu HanTfa, however, he is obliged to make up for the prayer he has missed when the number of (lapsed) prayers is less than five. Thus, in his view, if he recovers from his fainting spell, he prays whenever he recovers. In the opinion of the others, if he recovers during the timings of necessity, he is obliged for the prayer within -whose timing he, recovers, but if he does not recover during such a time, the prayer is not binding upon him. The case of the person fainting will be treated in greater detail later. They agreed that if the woman becomes pure within a, prayer timing, this prayer alone is obligatory upon her. According to Malik, if she becomes pUre and enough time for four rak^as is left prior to sunset, then she is obliged fOr c asr alone, but if the time left is enough for five rak^as y she is under an obligation for both prayers, zuhr and W. In al-ShafiTs view, if the time for a single rak^a remains, she is obliged to observe both prayers together, as we have said, and according to his second opinion, she is to pray even when the time left is enough for a takbir. The same is the case of the traveller, in Malik’s view, who has forgotten to pray and becomes a resident within these timings or is a settler who is now travelling. Similarly, in the case of a disbeliever, who converts to Islam during these timings, that is, this prayer is obligatory upon him. The case of the minor is also similar.

Учёные-фукаха разошлись во мнениях относительно времён, в которые молитва (салях) запрещена. Во-первых, относительно их количества, и во-вторых, относительно видов молитв, на которые распространяется этот запрет.

The jurists disagreed about the times during which prayer (salah) is forbidden. First, about their number, and second, about the types of prayers affected by the proscription.

Учёные-факихи единогласно сошлись на том, что существуют три временных промежутка, в которые молитва запрещена: время восхода солнца, время заката солнца и промежуток между окончанием утренней (субх) молитвы и восходом солнца. Они разошлись во мнениях относительно двух времён: времени склонения солнца и времени после совершения молитвы витр (до захода солнца).

The jurists agreed that there are three time-segments in which prayer is proscribed: the time of sunrise, the time of sunset, and the interval between the moment the worshipper has finished the dawn (subh) prayer and sunrise. They disagreed about two timings: the time of the declining of the sun and the time after performing W prayer (up to sunset).

Малик и его ученики придерживались мнения, что запретных времён четыре: время восхода солнца, время захода солнца, время после утренней молитвы до восхода солнца и время после предвечерней молитвы (‘аср) до захода солнца. Они разрешали молиться во время полуденного склонения солнца. Аш-Шафии же придерживался мнения, что все эти пять временных промежутков запрещены, за исключением времени полуденного склонения солнца в пятницу, и в это время он разрешал молиться. Группа правоведов сделала исключение из этого (запрета) для времени после ‘аср.

Malik and his disciples maintained that the proscribed times are four: the times of sunrise, sunset, the time after the dawn prayer up to sunrise, and the time after ‘asr up to sunset. They permitted prayer at the declining of the sun. Al-Shafi T maintained c that all these five time-segments are proscribed, except the time of the declining of the sun on Friday, and he permitted prayer during this time. A group of jurists exempted from this (proscription) the time after W.

Причина разногласия в этом вопросе сводится к одному из двух факторов. Во-первых, это противоречие одного хадиса другому, а во-вторых, противоречие хадиса практике — с точки зрения тех, кто признаёт практику, то есть практику жителей Медины, как и принцип Malik ibn Anas. Когда запрет был установлен и не было возражений ни словом, ни делом, правоведы сходились в его соблюдении, но когда обнаруживался повод для разногласия, возникал спор. Их разногласие относительно времени склонения солнца возникает из противоречия хадиса практике. Это так, поскольку через хадис Укбы ибн Амира аль-Джухани установлено, что он сказал: «Было три времени, в которые Посланник Аллаха ﷺ запрещал нам совершать молитву и погребать наших умерших: когда солнце начинает восходить, пока не взойдёт полностью; когда солнце находится в зените, пока не начнёт склоняться; и когда солнце начинает заходить, пока не зайдёт полностью». Этот хадис передан Муслимом. Хадис Абу Абдуллаха ас-Санабихи, переданный Маликом в его «аль-Муватта», передаёт тот же смысл, но его цепочка передатчиков неполна.

The reason for disagreement over this is one factor out of two. First, the conflict of a tradition with a tradition, and second the conflict of a tradition with practice, in the view of those who acknowledge practice, that is, the practice of the people of Medina, as is the principle of Malik ibn Anas. When the proscription had been laid down and there was no opposition through words or acts, the jurists agreed upon it, but when a source of disagreement was found conflict occurred. Their disagreement over the time of the declining of the sun arises from the conflict of a tradition with practice. This is so as it has been established through the tradition of TJqba ibn cAmir al-Juham that he said, “There were three times in which the Messenger of Allah used to prohibit us from praying and burying our dead: when the sun begins to rise till it is fully risen, when the sun is at its height till it begins to decline, and when the sun begins to set till it sets completely”. It has been recorded by Muslim. The tradition of Abu <Abd Allah al-Sanabhi, which has been recorded by Malik in his al-Muwatta?, conveys the same meaning, but its chain of transmission is incomplete.

Фукаха разошлись во мнениях относительно молитв, которые не дозволяются в эти запретные времена. Абу Ханифа и его ученики утверждали, что в эти периоды молитвы не дозволяются вовсе: ни предписанная обязательная молитва, ни сунна, ни добровольные молитвы, за исключением послеполуденной молитвы аср того же дня. Они также говорили, что отложенное совершение (кадa) молитвы, которую человек забыл, дозволяется на закате.

The jurists disagreed about the prayers that are not permitted during these prohibited periods. Abu Harnfa and his disciples maintained that prayers are not permitted in these periods at all, neither prescribed obligation, nor a sunna prayer, nor the supererogatory prayers, except the <-asr prayer of the day. They further said that delayed performance (qadff) of the W prayer is permitted at sunset if a person has forgotten it.

Малик и аш-Шафии сошлись во мнении, что восполнение (кадъ) обязательных молитв в эти запретные промежутки времени дозволено. Аш-Шафии также считал, что единственными молитвами, которые не дозволены в эти промежутки времени, являются добровольные молитвы, не имеющие побуждающей причины, но молитвы, имеющие причину, такие как погребальная молитва, дозволены в такое время. Малик согласился с ним относительно этих молитв, совершаемых после омовения (вуду) и после утренней молитвы, то есть в отношении всех сунна-молитв, однако он исключил те, которые совершаются по добровольной причине (связанной с самим молящимся), например, два рак'ата при входе в мечеть, поскольку аш-Шафии дозволяет эти два рак'ата после предвечерней молитвы (аср) и после утренней молитвы, тогда как Малик этого не допускает.

Malik and al-Shafi T agreed that c delayed performance (qadd>) of obligatory prayers is permitted during these prohibited periods. Al-ShaficT also held that the only prayers that are not permitted during these periods are the supererogatory prayers without a necessitating cause, but those with a cause, like the funeral prayer, are permitted during such periods. Malik agreed with him about these prayers after W and after the dawn prayer, that is, with respect to all sunna prayers, but he exempted those that are observed due to a voluntary cause (pertaining to the worshipper himself), like the two rak'-as upon entering the mosque, for al-ShaficT permits these two rak^as after <asr and after the dawn prayer, while Malik does not.

Мнение Малика расходилось относительно дозволенности сунна-молитв на восходе и заходе солнца. Ас-Саврӣ придерживался того, что в эти времена не дозволяются только те молитвы, которые не являются обязательными (фард), и он не делал различия между сунна-молитвами и добровольными (нафль) молитвами.

Malik’s opinion differed about the permissibility of sunna prayers at sunrise and sunset. Al-Thawri maintained that the prayers not permitted during these times are those that are not obligatory (fard) prayers, and he did not make a distinction between the sunna and the supererogatory prayers.