По мнению как наиболее авторитетных знатоков арабского языка в раннем Аравийском полуострове, так и ведущих специалистов наших дней, существует консенсус относительно литературного совершенства Корана. Профессор Мартин Замми, автор «Сравнительного лексического исследования корануческого арабского языка», говорит: «Несмотря на литературное совершенство некоторых long pre-Islamic poems…» — то есть некоторых длинных доисламских поэм — «Коран, безусловно, стоит на особом уровне как наиболее выдающееся письменное воплощение арабского языка».407 Артур Дж. Арберри (ум. 1969), британский исследователь арабской литературы, написал в своем популярном переводе Корана: «Риторика и ритм Корана настолько характерны, настолько сильны и так эмоционально насыщенны, что любой перевод, каким бы он ни был, по самой природе вещей является лишь бледной копией блистательного великолепия оригинала».408

According to both the highest authorities of the Arabic language in early Arabia, and its foremost experts today, there is consensus on the literary uniqueness of the Qur’an. Professor Martin Zammit, the author of A Comparative Lexical Study of Qur’anic Arabic, says, “Notwithstanding the literary excellence of some of the long pre-Islamic poems… the Qur’an is definitely on a level of its own as the most eminent written manifestation of the Arabic language.”407 Arthur J. Arberry (d. 1969), a British scholar of Arabic literature, wrote in his popular translation of the Qur’an, “The rhetoric and rhythm of the Koran are so characteristic, so powerful, so highly emotive, that any version whatsoever is bound in the nature of things to be but a poor copy of the glittering splendour of the original.”408

Во времена Пророка صلى الله عليه وسلم арабы ценили язык почти так же высоко, как саму жизнь.409 До прихода ислама они презрительно называли неарабов ʿajam (буквально: немые или безгласные), подразумевая, что другие не столь же живы или несовершенны, поскольку не могут выражать мысли и чувства с той же ясностью и выразительностью. Чтобы further проиллюстрировать это убеждение, что «язык равен жизни», поэт XI века Ибн Рашик (ум. 999) говорит: Всякий раз, когда в каком-либо арабском племени появлялся поэт, другие племена приходили поздравить, готовили пиры, женщины играли на лютнях, как на свадьбах, а старые и молодые мужчины радовались доброй вести, ибо это был щит их чести, защита их родов и увековечение их побед. Арабы поздравляли друг друга только с рождением ребёнка и с появлением среди них поэта.410

During the Prophet’s صلى الله عليه وسلم time, Arabs were people who valued language almost as much as life itself.409 Before Islam, they would derogatorily call non-Arabs ʿajam (literally: silent or speechless), implying that others were not equally alive, or were deficient, since they could not articulate with the same lucidity and emotiveness. To further illustrate this belief that “language equals life,” the eleventh-century poet Ibn Rashīq (d. 999) says, Whenever a poet emerged in an Arab tribe, other tribes would come to congratulate, feasts would be prepared, the women would play lutes as they do at weddings, and old and young men would all rejoice at the good news— for this was a shield for their honor, a defense of their lineages, and an immortalization of their triumphs. The Arabs used to congratulate each other only on the birth of a child and when a poet rose among them.410

Основания для таких торжеств были понятны, поскольку, как говорит Навид Кермани, древняя арабская поэзия является очень сложным явлением.

Ground for such festivities were understandable, since, as Navid Kermani says, Old Arabic poetry is a highly complex phenomenon.

Словарный запас, грамматические особенности и строгие нормы передавались из поколения в поколение, и лишь самые одарённые ученики полностью овладевали языком. Прежде чем претендовать на звание поэта, человек должен был годами, а иногда и десятилетиями учиться у мастера-поэта.411

The vocabulary, grammatical idiosyncrasies, and strict norms were passed down from generation to generation, and only the most gifted students fully mastered the language. A person had to study for years, sometimes even decades, under a master poet before laying claim to the title of poet.411

Все остальные подтверждались тем, что они сохранили в памяти из этих од и речей, запечатлевших историю, нравственные нормы и мудрость этой в остальном примитивной пустынной цивилизации.

Everyone else was validated by what they retained in memory of these odes and speeches that captured the history, morals, and wisdoms of this otherwise primitive desert civilization.

Таков был исторический контекст, в котором было ниспослано Коран. Он явился среди людей, стоявших на вершине риторического мастерства. Почти в одночасье эти же люди услышали от Мухаммада ﷺ Коран, чистый по своему арабскому языку, беспрецедентный по красноречию, но таинственным образом независимый от поэзии и прозы, которые они знали и в которых были искусны. Доктор Бассам Саэ объясняет: «...чудотворность Корана заключается именно в этом парадоксе: парадоксе того, что он в полной мере арабский и вместе с тем является новым языком. Это может показаться нелогичным. Однако логика чуда заключается как раз в том, что оно превосходит логику».

This was the historical context within which the Qur’an was revealed. It descended amid people at the pinnacle of rhetorical expression. Virtually overnight, these same people experienced a Qur’an from Muhammad صلى الله عليه وسلم that was pure in its Arabic, unprecedented in its eloquence, but mysteriously independent of the poetry or prose they knew and had mastered. Dr Bassam Saeh explains, ...the miraculousness of the Qur’an lies in this very paradox: the paradox of its being truly Arabic, and its being, at one and the same time, a new language. This might appear to be illogical. However, the logic of miracle inheres in precisely the fact that it surpasses logic.

Чудо, которое опирается на логику, перестаёт быть чудом.412

A miracle that rests on logic ceases to be a miracle.412

Надменные арабы не могли объяснить, как они все вместе потерпели неудачу в вызове Корана — создать хотя бы одну суру с лишь «схожими» литературными качествами, по мнению их собственных пристрастных судей, — тогда как самая короткая сура состоит всего из десяти слов,413 хотя они были непревзойдёнными мастерами арабского языка, а Мухаммад ﷺ принёс более шести тысяч аятов. Но и это было не всё. Окончательным ударом по противникам Пророка ﷺ в этом противостоянии, не оставившим ни малейшего места для дальнейших сомнений, стало то, что он ﷺ изначально был неграмотным. Как говорит Аллах: «И ты не читал до этого никакой Писание и не писал его своей рукой. Иначе усомнились бы те, кто ложно утверждает». 414 Это была полная загадка, которая в конечном счёте вынудила хулителей Пророка ﷺ остановиться на обвинении его в колдовстве,415 невольно признав, что в этой Книге и впрямь есть нечто сверхъестественное.

The prideful Arabs could not explain how they collectively failed the Qur’anic challenge to produce a single chapter with merely “similar” literary features, according to their own biased judges, when its shortest chapter is only ten words,413 when they were the masters of Arabic, and when Muhammad صلى الله عليه وسلم brought over 6,000 verses of it. But that was not all. What dealt the killer blow to the Prophet’s opponents in this standoff, leaving absolutely no room for further doubt, was the fact that he صلى الله عليه وسلم was unlettered to begin with. As Allah says, “And you did not recite before it any scripture, nor did you inscribe one with your right hand. Otherwise, the falsifiers would have had [cause for] doubt.”414 It was an utter enigma, one that ultimately forced the Prophet’s صلى الله عليه وسلم detractors to settle on the accusation of him being a magician,415 unwittingly conceding that there was indeed something supernatural about this Book.

Некоторые критики утверждают, что, хотя Коран является литературным шедевром, это не означает, что он сверхъестественен. Они считают, что у каждой цивилизации есть свои непревзойдённые произведения литературы, например, «Сонеты» Шекспира на английском языке и «Илиада» Гомера на греческом, и Коран ничем не отличается от них. Однако такой взгляд игнорирует множество существенных различий между Пророком Мухаммадом ﷺ и Шекспиром:416

Some critics argue that while the Qur’an is a literary masterpiece, this does not mean that it is supernatural. They claim that every civilization has its unequaled works of literature, such as Shakespeare’s Sonnets in English and Homer’s Iliad in Greek, and the Qur’an is no different. However, this view ignores a myriad of major differences between the Prophet Muhammad صلى الله عليه وسلم and Shakespeare:416

В отличие от Пророка Мухаммада ﷺ, Шекспир получил образование как в греческом, так и в латинском языках и имел, наряду со своими наставниками, доступ к библиотекам книг, на которые опирался в собственных сочинениях.

Unlike the Prophet Muhammad صلى الله عليه وسلم, Shakespeare was educated in both Greek and Latin and had, alongside his mentors, access to libraries of books that he built on for his own writings.

1. Шекспир зарабатывал на жизнь как профессиональный драматург и продолжал оттачивать своё мастерство с каждой новой постановкой, тогда как о Пророке ﷺ не передаётся, чтобы он за всю свою жизнь произнёс хотя бы одно полное двустишие стихов,417 и невозможно было, чтобы он отказался от какого-либо слова Корана ради контроля качества, раз уж оно было провозглашено перед его многочисленной аудиторией — как мусульманской, так и немусульманской.

1. Shakespeare earned a living as a professional playwright and continued refining his craft with each dramatic production, while the Prophet صلى الله عليه وسلم was never reported to utter a single full couplet of poetry in his entire life,417 nor was it possible for him to retract any word of the Qur’an for quality control once it was spoken to his vast Muslim and non-Muslim audiences.

2. Сонеты были известны и создавались на протяжении многих веков до Шекспира, тогда как Коран обладал уникальной композиционной структурой, которая отличалась от всех поэтических и речевых образцов, употреблявшихся величайшими поэтами Аравии.418

2. Sonnets were known and produced for centuries before Shakespeare, while the Qur’an had a unique compositional structure that differed from every pattern of writing or speech used by Arabia’s master poets.418