Чтобы прояснить потенциальную опасность и порчу, заключённые в толковании Корана на основе необоснованного мнения, ниже собраны примеры искажённых толкований, встречающихся в различных течениях, сектах и философских школах — от далёкого прошлого до наших дней. Начиная с десятого века н. э. (4-го века по хиджре), некоторые суфии толковали слово «Фараон» в повелении Аллаха пророку Мусе как обозначение сердца:

In order to clarify the potential danger and corruption inherent in tafseer by unsubstantiated opinion, the following examples of deviant tafseers have been collected from various movements, sects, and philosophical schools from the distant past to the present. From the tenth century CE (4th century AH), some Soofees have interpreted “Pharaoh” to mean the heart in Allaah’s command to Prophet Moosaa:

Поскольку именно сердце угнетает каждого человека, побуждая его преступать границы. Другие толковали повеление Аллаха пророку Мусе:

as it is the heart which oppresses every man, causing him to transgress. Others interpreted Allaah’s command to Prophet Moosaa:

как повеление отбросить материальный мир и полагаться только на Аллаaffя. Wait, I must fix that typo. Corrected: как повеление отбросить материальный мир и полагаться только на Аллаха.

as a command to throw aside the material world and only depend on Allaah.

Эти духовные толкования (тафсиры) являются признаком чрезмерного акцента суфийского движения на духовном в ущерб материальному.

These spiritualistic tafseers are indicative of the Soofee movement’s overemphasis of the spiritual over the material.

В тафсирах мu‘тазилитов (рационалистов) эпохи Аббасидов откровение истолковывалось в соответствии с человеческой логикой. Поэтому слову «сердце» в следующем аяте было придано новое значение:

In the Mu‘tazilee (Rationalist) tafseers of the ‘Abbaasid era, revelation was interpreted according to human logic. Hence, the word “heart” in the following verse was given a new meaning:

Утверждали, что у Ибрахима был друг, которого он называл своим «сердцем», и потому истинный смысл аята таков: «Да, но я прошу Тебя, чтобы мой друг обрёл покой». 93 Такое толкование считалось необходимым, чтобы устранить сомнение, которое, по мнению рационалистов, Ибрахим испытывал в своём сердце, поскольку это казалось несовместимым с пророческим служением.

It was claimed that Ibraaheem had a friend whom he referred to as his “heart” and, thus, the true meaning of the verse was, “Yes, but I am asking You in order that my friend may be at ease.” 93 This interpretation was considered necessary to explain away the doubt which Ibraaheem felt in his heart, as it seemed inconsistent with prophethood, according to the Rationalists.

Тафсиры шиитов позднеаббасидского периода, находясь под влиянием их чрезмерной одержимости потомками Пророка ﷺ, истолковывали аят:

The Shee‘ah tafseers of the late ‘Abbaasid era, under the influence of their inordinate obsession with the Prophet’s descendants, interpreted the verse:

как упоминание о ‘Алии, зяте Пророка ﷺ, и Фатиме, дочери Пророка ﷺ; и в следующем аяте:

as a reference to ‘Alee, the Prophet’s son-in-law, and Faatimah, the Prophet’s daughter; and in a following verse:

они нашли упоминание о внуках Пророка ﷺ, аль-Хасане и аль-Хусейне.96

they found a reference to the Prophet’s grandsons, al-Hasan and al-Husayn.96

Секта кадиани, появившаяся в Индии во второй половине девятнадцатого века, утверждала, что в аяте,

The Qaadiyanee sect, which appeared in India during the latter part of the nineteenth century, claimed that in the verse,

Khaatam не означает «печать», как переводят большинство, а означает «кольцо». Поэтому они утверждали, что, подобно тому как кольцо украшает палец, Пророк Мухаммад (r) был украшением пророчества. Следовательно, смысл аята в том, что Пророк Мухаммад (r) был наивысшим из пророков, но не последним.98 Они также утверждают, что даже если слово khaatam понимать как «печать», то это будет подобно печати, которой запечатывают конверт, сохраняя его содержимое, но не ограничивая его. Эти толкования были сделаны для обоснования притязания их основателя Гуляма Ахмада на пророческий статус. Они также исказили следующий аят, относящийся к Пророку Исе:

khaatam does not mean seal, as most translate it, but ring. Thus, they claimed that just as the ring beautifies the finger, the Prophet Muhammad (r) was the beautification of prophethood. Therefore, the meaning of the verse is that Prophet Muhammad (r) was the most superior of the prophets but not the last.98 They also assert that even if the word khaatam were taken to mean “seal,” it would be like the seal placed on an envelope sealing its contents, but not limiting them. These interpretations were made to validate the claim of their founder, Ghulam Ahmad, to prophethood. They also distorted the following verse in reference to Prophet ‘Eesaa:

Они утверждали, что «возвысил его» означает возвышение в переносном смысле, как в аяте:

They claimed that “raised him up” meant a figurative raising, as used in the verse:

Это толкование было необходимо для того, чтобы доказать их учение о том, что Иса умер естественной смертью на земле, женился, имел детей и был похоронен в Кашмире, а также что Гулям Ахмад был обещанным Мессией, чьё возвращение было предсказано.101

This interpretation was necessary in order for them to prove their doctrine that ‘Eesaa died a natural death on earth after marrying and having children and being buried in Kashmir, and that Ghulam Ahmad was the promised messiah whose return was prophesied.101

Ещё недавнее в Америке, Элайджа Мухаммад, основатель секты Элайджи и претендент на пророческий статус (ум. 1975), истолковал аят:

Even more recently in America, Elijah Muhammad, founder of the Elijah sect and claimant to Prophethood (d. 1975), interpreted the verse,

в качестве доказательства того, что обитатели Огня будут все белыми людьми. Эта трактовка использовалась для поддержки доктрины Элайджи, согласно которой Аллах, Бог, был чернокожим мужчиной, все чернокожие люди были богами, а все белые люди были дьяволами.103 Хотя слово зурк буквально означает синий, оно употреблялось для обозначения помутнения роговицы, вызванного определёнными заболеваниями глаз, которое придаёт глазу голубовато-серый оттенок. Поэтому более точным переводом было бы «с помутневшими от страха глазами» (букв. «глаза, мутные от ужаса»).

as proof that the inhabitants of the fire will all be white people. This interpretation was used to support the Elijah doctrine that Allaah, God, was a black man, that all black people were gods and that all white people were devils.103 Although the word zurq literally means blue, it was used to refer to the clouding of the cornea due to certain eye diseases which gives the eye a bluish-grey tinge. Hence, a more accurate translation would have been “bleary-eyed.”

По словам Элайджи, поскольку белый человек похож на чернокожего, он в Куръане назван «людьми», то есть разновидностью человека!104 Поэтому в аяте:

According to Elijah, since the white man resembles the black man, he was referred to as “mankind” in the Qur’aan, that is, a kind of man!104 Therefore, in the verse:

«Местоимение «мы» Элайджа истолковывал как указание на чёрных мужчин-богов, которые якобы создали белую расу (человечество).»107

“We” was interpreted by Elijah to refer to the black men/gods who supposedly created the white race (mankind).107

Эти немногочисленные примеры тафсиров, основанных исключительно на сектантских мнениях, ясно показывают несогласованность и обман, которые возникают при пренебрежении правильным методом толкования Корана. Коран становится голосом девиантных и еретических утверждений каждой секты. Коран беспощадно искажают, ибо у основателей этих сект нет ни логических границ, ни связных правил, которым они следовали бы; поэтому один и тот же стих может иметь для них множество значений. Любое толкование, которое продвигает их идеи, становится правильным. Для них Коран уже не книга руководства, а книга, содержащая скрытые тайны их секты, которые могут раскрыть только их лидеры и особо посвящённые.

These few examples of tafseers based solely on sectarian opinions clearly show the incoherence and deception that result from the disregard for the correct method of tafseer. The Qur’aan becomes a voice for each sect’s deviant and heretical claims. The Qur’aan is manipulated mercilessly, as there are no logical boundaries nor coherent rules by which the founders of these sects abide; hence, the same verse may have a multiplicity of meanings for them. Whatever interpretation promotes their ideas become correct. For them, the Qur’aan is no longer a book of guidance, but a book containing the hidden secrets of their sect, which only their leaders and the specially initiated can unlock.