Ассирийское имя pi-lis-te (также pilistu, palashtu, pilistu, pi-lis-te, pa-laas-ta-a-a, pilishti, pilishtu, pilistu, pilisti, pilistin) обозначало область, простиравшуюся от Газы до Тантура, и, возможно, включала гораздо более обширные территории в глубине материка. Ассирийские формы filisti, filistin и palashtu являются ассирийскими написаниями этого имени, которые употреблялись по-разному. Возможно, его следует отличать от ассирийских провинций Тантур (от Тантура до Акки), Магидду (مجیدو; в Изреельской долине / долине Марж-ибн-Амер), Самерина (центральное нагорье) и Иерусалима Сеннахериба (включая Лахиш), а также, возможно, других регионов. На протяжении шести веков эти названия встречались на нескольких ассирийских надписях.

The Assyrian name pi-lis-te (also pilistu palashtu, pilistu, pi-lis-te, pa-laas- ta-a-a, pilishti, pilishtu, pilistu, pilisti, pilistin) referred to an area that runs from Gaza to Tantur, and may include much larger areas inland. The Assyrian filisti, filistin and palashtu are Assyrian spellings of this name which are used variously. Perhaps it should be distinguished from the Assyrian provinces of Tantur (Tantur to Akka), Magiddu ( مجیدو ; in the Jezreel valley/ Marj ibn ‘Amer), Samerina (the central highlands) and Sennacherib’s Jerusalem (including Lakhish) and possibly other regions. Over a period of six centuries, these names were found on a handful of Assyrian inscriptions.

В Ветхом Завете упоминается «земля Плиштим». В Библии Средиземное море также называлось «морем филистимлян» (Исх.

The Old Testament talks about a ‘land of the Plishtim’. In the Bible the Mediterranean Sea was also known as the ‘Sea of the Philistines’ (Exod.

23:31), названного по имени народа, занимавшего большую часть побережья Средиземного моря. Филистимляне упоминались в Ветхом Завете как Плиштим, а их средиземноморская территория — как Плешет: Филистия (1 Цар.

23:31), named after the people occupying a large portion of the shores of the Mediterranean. The Philistines were known in the Old Testament as Plishtim and their Mediterranean territory as Pleshet: Philistia (1 Sam.

17:36; 2 Sam. 1:20; Judg. 14:3; Amos 1:8). Большинство американских и израильских библеистов отождествляют этот Пелесет с несколько историзированной, но в конечном счёте библейской «землёй филистимлян»; то есть, по меньшей мере, с прибрежным районом от Газы до Тантуры.

17:36; 2 Sam. 1:20; Judg. 14:3; Amos 1:8). Most American and Israeli biblical scholars identify this Peleset with a somewhat historicised, but ultimately biblical ‘land of the Philistines’; that is, at least the coastal region from Gaza to Tantur.

Мифологические повествования военного характера в Книгах Иисуса Навина, Второзакония и Самуила дали современному сионистскому поселенческому национализму мускулистое, милитаристское и насильственное измерение «завоевания земли Ханаанской» и истребления её коренного населения. Книга Судей также снабдила сионизм ещё одной милитаристской традицией: рассказами о «священной войне», связанными с (реальной или вымышленной) борьбой против филистимлян, а также повествованием о Самсоне (израильском герое) и коварной Далиле, которая предала Самсона в пользу филистимлян Газы (Суд. 16).

The militant myth-narratives of the Books of Joshua, Deuteronomy and Samuel have provided modern Zionist settler-nationalism with the muscular, militaristic and violent dimensions of the ‘conquest of the land of Cana’an’ and elimination of its indigenous people. The Book of Judges has also given Zionism another militarist tradition: the ‘holy war’ stories associated with the (real or imagined) struggle against the Philistines, and the narrative of Samson (an Israelite hero) and cunning Delilah, who betrayed Samson on behalf of the Philistines of Gaza (Judg. 16).

Филистия позднего бронзового и железного веков находилась под властью филистимлян и превратилась в самостоятельное геополитическое образование с развитыми международными торговыми связями, собственной экономикой и развитой городской средой. Филистимляне – высокоразвитый народ, который, согласно Ветхому Завету, правил пятью знаменитыми городами-государствами Филистии: Газой, Аскалоном, Ашдодом, Екроном и Гатом (Niesiołowski-Spanò 2011: 38), – на протяжении веков страдал от бремени их неустанно негативного изображения в книгах и рассказах Ветхого Завета. От Голиафа до Далилы они олицетворяли по своей природе злого Другого в складывавшемся мифе о нации Израиля (McDonagh 2004). В Ветхом Завете филистимляне были представлены как типичный идеологический козёл отпущения (McDonagh 2004).

Philistia of the late Bronze Age and Iron Age was dominated by the Philistines and evolved into a distinct geo-political entity with strong international trade links, a distinct economy and a sophisticated urban environment. The Philistines – a highly advanced people who, according to the Old Testament, ruled five famed Pentapoli of Philistia: Gaza, Ascalon, Ashdod, Ekron and Gath (Niesiołowski-Spanò 2011: 38) – have, for centuries, suffered under the weight of their relentlessly negative portrayal in the books and stories of the Old Testament. From Goliath to Delilah, they have personified the intrinsically evil Other in the burgeoning narrative myth of the nation of Israel (McDonagh 2004). In the Old Testament, the Philistines were constructed as a typical ideological scapegoat (McDonagh 2004).

Современный европейский расизм, библейские конструкции и предубеждения в отношении филистимлян сохранились в уничижительном и оскорбительном значении современного западного термина: «филистер — человек, невежественный в вопросах культуры или самодовольно враждебно настроенный к ней» (Eban 1984: 45; Rose 2004: 17; McDonagh 2004).

Modern European racism and biblical constructs and prejudices towards the Philistines have survived in the derogatory and offensive connotation of the modern Western term: ‘a philistine is a person ignorant of, or smugly hostile to, culture’ (Eban 1984: 45; Rose 2004: 17; McDonagh 2004).

Недавние прозионистские источники, похоже, утверждают, что «п-л-ш-т» («Пелесет»; филистимляне) была областью, примерно соответствующей современному региону Газы. На деле, вопреки этим пропагандистским утверждениям, начиная с позднего бронзового века и вплоть до начала железного века I (около 1200 г. до н. э.), пелесеты перемешивались с другими местными народами, населявшими средиземноморский прибрежный регион Палестины, от Газы на юге до Тантура на севере. Вероятнее всего, земли пелесетов простирались дальше на север, до горы Кармель. Тантур — обычное международное английское название Тантуры. Этот небольшой палестинский портовый город (обезлюдевший во время палестинской Накбы 1948 года) расположен к югу от Хайфы и в 8 километрах к северо-западу от израильского города Зихрон-Яаков (основан в 1882 году) на побережье Средиземного моря, в 35 километрах к югу от Хайфы. Рядом с Тантурой (Тантур) находится древнее место, которое археологи называют Тель-Дор, или Дора. Тантур был центром ассирийской провинции Тантура и на протяжении около столетия контролировал побережье до Акры. Примерно в 1100 г. до н. э. филистимляне расширили свою внутреннюю территорию на восток, включив город Бейсан (позднее Скифополь), важный стратегический город, расположенный на стыке реки Иордан и Йезреельской долины (арабское название: Мардж Ибн Амир). Значительная протяжённость прибрежного региона «земли п-л-ш-т» («Пелесет», «филистимляне»), от Тантура на севере до Газы на юге и включая обширные территории вглубь страны, позволяет предположить, что «земля пелесетов» была в пятнадцать–двадцать раз больше нынешней Полосы Газа и охватывала значительную часть большого Тель-Авива, израильской агломерации, в которую входят города Холон и Петах-Тиква; последний в сионистской историографии известен как Им ха-Мошавот, «Мать колоний».

There are recent pro-Zionist sources which seem to suggest that ‘p-l-s-t’ (‘Peleset’; Philistines) was an area corresponding roughly to today’s Gaza region. In fact, contrary to these propagandistic claims, from the Late Bronze Age onwards and the beginning of the Iron Age I (about 1200 BC), the Peleset intermingled with other local populations inhabiting the Mediterranean coastal region of Palestine, from Gaza in the south to Tantur in the north. In all probability, the land of the Peleset extended further north to Mount Carmel. Tantur is the normal international English name for Tantura. This small Palestinian harbour town (depopulated in the Palestinian Nakba of 19488) is located south of Haifa and 8 kilometres north-west of the Israeli town of Zikhron Yaakov (founded in 1882) on the Mediterranean coast, 35 kilometres south of Haifa. Nearby Tantura (Tantur) is the ancient site referred to as Tel Dor, or Dora, by archaeologists. Tantur was the centre of the Assyrian province of Tantura and controlled the coast north to Acre for about a century. Around 1100 BC the Philistines expanded their inland territory eastwards to include the city of Beisan (later Scythopolis), an important strategic city located at the junction of the Jordan River and the Plain of Esdraelon (Arabic: Marj Ibn ‘Amer). The large extent of the coastal region of the ‘land of p-l-s-t’ (‘Peleset’, ‘Philistines’), from Tantur in the north to Gaza in the south and including vast areas inland, suggests that the ‘land of the Peleset’ was fifteen to twenty times larger than the current Gaza Strip, encompassing much of greater Tel Aviv, the Israeli metropolitan area, which includes the cities of Holon and Petah Tikva, the latter known in Zionist historiography as Im Hamoshavot, the ‘Mother of the Colonies’.

Тель-Авив — это город, который вырос из своего предшественника, древнего палестинского города Яффы, и затем поглотил его; коренные жители Яффы были изгнаны оттуда массово в 1948 году (Ротбард, 2015). Столичный район Тель-Авива, который, по словам Авишая Маргалита (Еврейский университет в Иерусалиме), никогда не был исторической родиной еврейского народа (Маргалит, А., 1991), является крупнейшей агломерацией Израиля с 3 700 000 жителей, что составляет более 40 процентов населения страны.

Tel Aviv is a city which grew out of and then consumed its parent, the ancient Palestinian city of Jaffa, whose indigenous inhabitants were driven out en masse in 1948 (Rotbard 2015). The Tel Aviv metropolitan area, which, according to Avishai Margalit (of the Hebrew University of Jerusalem), had never been the historic homeland of the Jewish people (Margalit, A. 1991), constitutes Israel’s largest conurbation with 3,700,000 residents, over 40 per cent of the country’s population.

В целом израильская колонизаторская коллективная память связывает древних филистимлян с современным арабоязычным населением Палестины. Сионистские тактики этнической чистки в войне 1948 года против палестинцев, очевидно, переняли и приспособили легендарное повествование о «священной войне» Шимшона против филистимлян. Для этого израильтяне официально назвали одно из своих ключевых диверсионных подразделений 1948 года «Лисицы Шимшона» (Шуалей Шимшон); оно действовало в составе бригады Гивати, которая участвовала в изгнании палестинцев.

Overall Israeli settler-colonial collective memory links the ancient Philistines with the modern Arabic-speaking people of Palestine. Zionist ethnic cleansing tactics in the 1948 War against the Palestinians evidently adopted and adapted the legendary narrative of Samson’s ‘sacred war’ against the Philistines. To do this, the Israelis officially named one of their key 1948 commando units Samson’s Foxes (Shu’alei Shimshon); it operated within the Givati Brigade which took part in the expulsion of the Palestinians.

Кроме того, в 2002 году израильская армия вновь создала секретный разведывательный батальон с тем же названием — «Лисы Шимшона» — для поддержки своей оккупации сектора Газа, региона, который израильская (библеистская) коллективная память связывает с древними филистимлянами. Логотип «Лиса» Южного командования израильской армии также призван укреплять ту же коллективную установку и израильскую борьбу против коренного народа Палестины.

Furthermore, a secret reconnaissance battalion of the same name, Samson’s Foxes, was re-established by the Israeli army in 2002, to back its occupation of the Gaza Strip, a region to which Israeli (biblicist) collective memory links to the ancient Philistines. The fox logo of the Israeli Army’s Southern Command is also designed to foster the same collective and Israeli struggle against the indigenous people of Palestine.