Если христианский классицизм и оригенизм в Кесарии Палестинской стремились развить богословия и философии ума, то классицизирующие философы и христианские богословы Газы стремились соединить высокое богословие и классическую риторику с народной религией и религиозными праздниками, самым известным из которых был Розовый праздник Газы. В непринуждённой атмосфере Газы христианские риторы Прокопий и Хорикий участвовали в Розовом празднике (Kennedy, G. 2008: 171), весеннем празднике с долгой классической историей и глубокими языческими корнями. Также Иоанн Газский написал два анакреонтических стихотворения, подражающих размеру, которым пользовался греческий поэт Анакреонт (ок. 582 – ок. 485 гг. до н. э.) в своих стихах о любви и вине, и он говорит, что публично представил их «в день роз и во время декламаций Прокопия». Стихи Хорикия Газского также относятся ко дням роз (Westberg 2009: 187‒189; Talgam 2004: 223‒224).

If Christian classicism and Origenism in Caesarea-Palaestina sought to develop theologies and philosophies of the mind, the classicising philosophers and Christian theologians of Gaza sought to combine high theology and classical rhetoric with popular religion and religious festivals, the most famous of which was the Rose Festival of Gaza. In the relaxed setting of Gaza the Christian rhetoricians Procopius and Coricius participated in the Rose Festival (Kennedy, G. 2008: 171), a spring festival with a long classical history and deep pagan roots. Also John of Gaza wrote two anacreontic poems – imitating verses in metre used by the Greek poet Anacreon (c. 582–c. 485 BC) in his poems dealing with love and wine – that he says he presented publicly on ‘the day of the roses, and declamations by Procopius’. Poetry by Chorikios of Gaza is also set at rose days (Westberg 2009: 187‒189; Talgam 2004: 223‒224).

В VI веке в Газе проводился «День роз» — весенний праздник, который, возможно, представлял собой христианизированное продолжение Росалий (Talgam 2004: 223‒224; Belayche 2004: 17). В Греции и Риме и мужчины, и женщины украшали себя венками, гирляндами и зеленью по случаю торжественных событий. Росария, или Росалии, — римский праздник роз, отмечавшийся в разные даты, главным образом в мае. Этот обряд иногда называют rosatio («украшение розами») или dies rosationis («день украшения розами»).

In the 6th century, a ‘Day of Roses’ was held in Gaza as a spring festival that may have been a Christianised continuation of the Rosalia (Talgam 2004: 223‒224; Belayche 2004: 17). In Greece and Rome, floral wreaths and garlands and greenery had been worn by both men and women for festive occasions. Rosaria or Rosalia was a Roman festival of roses celebrated on various dates, primarily in May. The observance is sometimes called a rosatio (‘rose-adornment’) or the dies rosationis (‘day of rose-adornment’).

Как поминальный обряд, розарий развился из обычая возлагать цветы на места захоронений. В классической мифологии кровь и цветы были связаны в божественных метаморфозах. Цветы традиционно служили символами обновления, возрождения и памяти, а красный и пурпурный цвет роз и фиалок воспринимались как напоминание о цвете крови, выступавшей в качестве способа умилостивления.

As a commemoration of the dead, the rosatio developed from the custom of placing flowers at burial sites. In classical mythology blood and flowers were linked in divine metamorphosis. Flowers were traditional symbols of rejuvenation, rebirth and memory, with the red and purple of roses and violets felt to evoke the colour of blood as a form of propitiation.

Когда Адонис, возлюбленный Афродиты, был убит вепрем во время охоты, из его крови выросла роза. Период их цветения обозначил время весны. В некоторых областях языческой Римской империи Росалии были слиты с цветочными элементами весенних празднеств в честь Диониса, Адониса и Афродиты (римской Венеры), а обычай украшать себя розами послужил основой для христианского поминовения умерших. Языческие римские традиции, связанные с Росалиями, были переосмыслены в христианских терминах, а раннехристианские писатели Палестины перенесли языческую образность гирлянд и венков из роз и фиалок на культ христианских святых. Розы в целом были частью образности раннехристианского погребального искусства. Христианских мучеников часто описывали или изображали с цветочной символикой либо таким образом, который отождествлял их с цветами. Эти раннехристианские традиции византийской Палестины и Газы сохранились и в современных католических традициях Палестины.

When Adonis, beloved of Aphrodite, was killed by a boar during a hunt, his blood produced a flower. Their blooming period framed the season of spring. In some parts of the pagan Roman Empire the Rosalia was assimilated into floral elements of spring festivals for Dionysus, Adonis and Aphrodite (Roman Venus), but rose-adornment as a practice lent itself to Christian commemoration of the dead. The Roman pagan traditions associated with the Rosalia were reinterpreted into Christian terms and early Christian writers of Palestine transferred the pagan imagery of garlands and crowns of roses and violets to the cult of the Christian saints. Roses were in general part of the imagery of early Christian funerary art. Christian martyrs were often described or depicted with flower imagery, or in ways that identified them with flowers. These early Christian traditions of Byzantine Palestine and Gaza also survived in modern Catholic traditions of Palestine.

Современным воплощением католических чёток является арабское название Рахбат аль-Вардия («Сёстры чёток»). В мае 2015 года основательница Рахбат аль-Вардия, сестра Мария Альфонсина Данил Гаттас, палестинская монахиня, была провозглашена святой на церемонии в Ватикане.24

A modern incarnation of the Roman Catholic Rosary is found in the Arabic name Rahbat al-Wardiyyah (‘Sisters of the Rosary’). In May 2015 the founder of Rahbat-al-Wardiyyah, Sister Marie Alphonsine Danil Ghattas, a Palestinian nun, was proclaimed a saint at a ceremony in the Vatican.24

Родившаяся в Иерусалиме, Мариам Султана Даниль Гаттас (1843–1927), известная как Мари Альфонсина после вступления в Конгрегацию святого Иосифа Явления, в 1880 году основала Сестёр Розария — первую женскую монашескую конгрегацию, посвятившую себя искоренению безграмотности среди женщин независимо от их вероисповедания, образования и социального положения на Святой земле/в Палестине. Сегодня христианские арабские Сестры Розария при поддержке Латинского патриархата Иерусалима управляют сорока двумя школами в Палестине, Иордании и Израиле. В этих школах обучаются как арабские студенты-мусульмане, так и арабские студенты-христиане (Jansen 2006: 59).

Born in Jerusalem, Maryam Sultanah Danil Ghattas (1843‒1927) – Marie Alphonsine after she joined the Congregation of St Joseph of the Apparition – founded in 1880 the Rosary Sisters, the first female congregation of nuns devoted to eradicating illiteracy among women regardless of faith, education and social welfare in the Holy Land/Palestine. Today the Christian Arab Sisters of the Rosary, supported by the Latin Patriarchate of Jerusalem, run forty-two schools in Palestine, Jordan and Israel. These schools educate both Muslim and Christian Arab students (Jansen 2006: 59).