[Аль-Харби:] Ахмад ибн Ханбаль принимал приглашения на свадьбы, бракосочетания и обрезания и ел то, что подавали. 53.1

[Al-Ḥarbī:] Aḥmad ibn Ḥanbal would accept invitations to marriages, weddings, and circumcisions, and eat what was served. 53.1

[Ад-Даʿʿа:] Однажды какой-то человек пригласил Ахмада ибн Ханбаля на мероприятие, и Ахмад принял приглашение. Позже он попытался отказаться от него, но тот человек не принял отказа.

[Al-Daʿʿāʾ:] A man once invited Aḥmad ibn Ḥanbal to an event and Aḥmad accepted. Later, he tried to back out of it, but the man wouldn’t take no for an answer.

На мероприятии мужчина подошёл и усадил Ахмада рядом с человеком, с которым тот не хотел сидеть. «Ибн Сирин, да помилует его Бог, был прав, — сказал Ахмад. — Он говорил: "Никогда не старайся оказать честь своему брату тем, что доставит ему трудности". Именно это и сделал со мной этот мой брат». 53.2

At the event the man went and seated Aḥmad next to someone he did not want to sit with. “Ibn Sīrīn, God bless him, had it right,” said Aḥmad. “He said, ‘Never try to honor your brother by doing something that will cause him hardship.’ That’s what this brother of mine has done to me.” 53.2

[Ṣāliḥ:] Был человек по имени Ахмад ибн аль-Хакам аль-Аттар, который посещал собрания Аффана. Когда пришло время обрезать одного из его сыновей, он пригласил Яхъю, Абу Хайсаму и ряд других мужей хадиса, в том числе моего отца. Остальные пошли вперёд, а мой отец и я последовали за ними. Когда мы прибыли, нам предложили место в комнате, где были ещё несколько мужей хадиса. В какой-то момент один из них сказал: «Ахмад, здесь есть что-то из серебра». Мой отец обернулся и увидел кресло. Он встал и вышел, и все, кто был с ним в комнате, последовали за ним. 53.3

[Ṣāliḥ:] There was man called Aḥmad ibn al-Ḥakam al-ʿAṭṭār who used to frequent the circle of ʿAffān. When it came time for him to circumcise one of his sons, he invited Yaḥyā, Abū Khaythamah, and a number of other Hadith-men, including my father. The others went ahead and my father and I came along after them. When we arrived, we were given a seat in a room with several other Hadith-men. At some point one of them said, “Aḥmad, there’s something made of silver here.” My father turned and saw a chair.286 So he got up and left, and everyone who was in the room with him followed him out. 53.3

Услышав об этом, хозяин, аль-Аттар, выбежал и догнал его, клянясь, что не вносил этот предмет и не знал, что он там был, и попросил моего отца вернуться. Мой отец отказался. Когда появился Аффан, аль-Аттар попросил его поговорить с моим отцом и убедить его вернуться. Аффан поговорил с ним, но это не принесло пользы, и аль-Аттар был раздавлен.

Hearing of this, the host, al-ʿAṭṭār, rushed out and caught up with him, swearing that he hadn’t brought the item in and didn’t know it was there, and asking my father to come back. My father refused. When ʿAffān came along, al-ʿAṭṭār asked him to speak with my father and persuade him to return. ʿAffān spoke with him but it did no good, and al-ʿAṭṭār was devastated.

[Ас-Саввак:] Мы были на застолье у ворот Смолокуров287, когда пришёл Ахмад ибн Ханбаль. Едва переступив порог дома, он увидел кресло с серебряной отделкой и тут же вышел обратно. Хозяин вышел за ним, но Ахмад махнул рукой, отстраняя его, и ушёл, говоря: «Роскошь маджусов! Роскошь маджусов!» 53.4

[Al-Sawwāq:] We were at the banquet at the Pitch-Worker’s Gate287 when Aḥmad ibn Ḥanbal arrived. As soon as he set foot in the house, he saw a chair with silver ornamentation, and went out again. The host came out after him, but Aḥmad waved him away and left, saying, “Magian finery! Magian finery!” 53.4