[Исмаил ад-Дайлами:] Амр ан-Насыд сказал: «Мы занимались у Ваки‘, когда пришёл Ахмад ибн Ханбаль и сел». Затем он начал описывать, с каким почтением Ахмад относился к Ваки‘. Потом он сказал: «Я сказал Ахмаду, как высоко наш учитель его ценит, и спросил, почему он не говорит в его присутствии. Он ответил: „Что с того, что он высоко меня ценит? Я всё равно должен относиться к нему с почтением“». 6.1

[Ismāʿīl al-Daylamī:] ʿAmr al-Nāqid said, “We were studying with Wakīʿ when Aḥmad ibn Ḥanbal came in and sat down.” He began describing how deferential Aḥmad was to Wakīʿ. Then he said: “I told Aḥmad how highly our teacher thought of him and asked him why he wouldn’t speak in his presence. He said, ‘So what if he thinks highly of me? I still have to treat him with reverence.’” 6.1

[ʿAbd Allāh:] Я слышал, как МухаННаʾ ибн Яхъя аш-Шами передавал: «Я видел Ахмада ибн Ханбаля в кругу занятий Суфьяна, а перед ним сидел ʿАбд ар-Раззак. Помню, я подумал: „Интересно, знают ли они, с кем сидят?”» Этим он имел в виду: знали ли они, насколько учён был Ибн Ханбаль? 6.2

[ʿAbd Allāh:] I heard Muhannaʾ ibn Yaḥyā l-Shāmī report, “I saw Aḥmad ibn Ḥanbal in Sufyān’s study circle with ʿAbd al-Razzāq sitting in front of him. I remember thinking, ‘I wonder if they have any idea who they’re sitting with.’” By this he meant: Did they know how learned Ibn Ḥanbal was? 6.2

[Кутайба ибн Саʿид:] Я приехал в Багдад с одной целью: встретиться с Ахмадом ибн Ханбалем. Но вышло так, что он пришёл ко мне вместе с Яхьёй ибн Ма'ином. Мы обменялись хадисами, а затем он встал, подошёл и сел напротив меня. 6.3

[Qutaybah ibn Saʿīd:] I came to Baghdad with one purpose: to meet Aḥmad ibn Ḥanbal. In the event, he came to me, along with Yaḥyā ibn Maʿīn. We exchanged Hadith reports46 and then he stood up, came over, and sat down in front of me. 6.3

«Продиктуй мне это», — сказал он. Затем [он вернулся на своё место, и] мы продолжили обмен сообщениями. Через некоторое время он снова поднялся и подошёл ко мне.

“Dictate that one to me,” he said. Then [he returned to his seat and] we went back to exchanging reports. After a time, he again rose and came over to me.

«Ахмад, — сказал я, — тебе не нужно вставать!» «Не беспокойся обо мне, — ответил он. — Меня заботит лишь то, чтобы знание было передано верно». [Аш-Шахиди:] Я помню, как видел, что Яхъя аль-Каттан совершал послеполуденную молитву, а затем прислонялся к колонне мечети, где он молился. Али ибн аль-Мадини, аш-Шадхакуни, Амр ибн Али, Ахмад ибн Ханбаль, Яхъя ибн Ма‘ин и другие стояли перед ним и спрашивали о хадисах. Они оставались на ногах до времени закатной молитвы. Аль-Каттан никогда не предлагал никому из них сесть, а они испытывали к нему такой трепет, что не садились сами. 6.4

“Aḥmad,” I said, “you don’t have to get up!” “Don’t worry about me,” he replied. “All I care about is getting the learning right.” [Al-Shahīdī:] I remember seeing Yaḥyā l-Qaṭṭān pray the afternoon prayer and then lean against the pillar of the mosque where he prayed. ʿAlī ibn al-Madīnī, al- Shādhakūnī,47 ʿAmr ibn ʿAlī, Aḥmad ibn Ḥanbal, Yaḥyā ibn Maʿīn, and others would stand before him and ask about Hadith. They would stay on their feet until it was time for sunset prayer. Al-Qaṭṭān would never invite any of them to sit down, and they were too much in awe of him to sit down by themselves. 6.4

[Халаф:] Ибн Ханбаль пришёл ко мне, чтобы выслушать хадис Абу ʿАвана. Я изо всех сил старался уговорить его занять место повыше, но он отказался. «Я сяду только перед тобой, — сказал он. — Мы, мусульмане, обязаны проявлять уважение к нашим учителям».48 6.5

[Khalaf:] Ibn Ḥanbal came to me to hear the Hadith of Abū ʿAwānah. I tried as hard as I could to persuade him to take a higher seat, but he refused. “The only place I’ll sit is in front of you,” he said. “We Muslims ought to show deference to our teachers.”48 6.5