Дозволенное (мубах) — это то, на что текст указывает как на обращение Законодателя, предоставляющее выбор между совершением и воздержанием без предпочтения одного другому. Дозволенность (ибāха) относится к предписаниям шариата, поскольку она устанавливается из обращения Законодателя и не может быть установлена иным образом. Ибāха — это не снятие вреда с совершения действия или с его оставления. Ибо если бы это было так, то её установление имело бы место до ниспослания откровения, тогда как до его ниспослания никакого откровения не было. Напротив, ибāха — это то, с чем пришло обращение Законодателя, предоставляющее выбор между совершением и воздержанием. Она устанавливается откровением и после его ниспослания, а потому относится к шариатским предписаниям (ахкам шар'ийа).

The permissible is that which textual evidence indicates upon as being the address of the legislator with a choice given in it between performance and abstention, without one being preferred over the other. The permissibility [ibāhah] is from the legal rulings, because it is ascertained from the legislator’s address, and cannot otherwise be established. The ibāhah is not the removal of harm from the commission of an action or its omission. If this were the case then its legislation would be established before the advent of the revelation, whilst there is no revelation prior to its coming. Rather the ibāhah is that which the address of the legislator came with of choice between performance and abstention. It is established from the revelation and after its advent; hence it is from the ahkām shari’ah.

Законные предписания, в которых установлена дозволенность, должны каждое опираться на откровение. Эти предписания не относятся к тому, о чём откровение молчит, так что оно не запрещает их и не разрешает. А что касается передачи ат-Тирмизи от Салмана аль-Фариси (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Посланника Аллаха ﷺ спросили о масле, сыре и мехе, и он сказал: “Халяль — это то, что Аллах сделал халяль в Своей Книге, а харам — то, что Аллах сделал харам в Своей Книге, а то, о чём Он промолчал, — из того, что Он простил [‘afa ‘anhu]”», — это не указывает на то, что то, о чём Коран молчит, является мубахом. Причина в том, что в хадисах есть запрещённое и дозволенное, и достоверно передано от Пророка ﷺ, что он сказал: «Воистину, мне дан Коран и подобное ему вместе с ним» (Ахмад). Следовательно, смысл приведённого хадиса — то, о чём откровение промолчало. Однако молчание откровения о чём-либо не означает, что это дозволено, поскольку его ﷺ слова в хадисе: «Халяль — то, что Аллах сделал халяль», — охватывают всё, что не запрещено, и потому включают вājib, мандуб, мубах и макрух, ибо о всех них верно, что они дозволены в смысле не запрещённости. Поэтому «то, о чём Он промолчал» не означает, что это мубах.

The legal rulings in which permissibility has been established must each be based on the revelation. These rulings are not that about which the revelation is silent, such that it neither prohibits nor allows them. As for what was narrated by al-Tirmidhi from Salman al-Farisi (ra) that he said, “The Messenger of Allah (saw) was questioned about ghee, cheese and fur, so he said, ‘The halāl is that which Allah has made halāl in his Book, and the harām is that which Allah has made harām in his Book, and on that which He remained silent, it is from that which He has conceded [‘afa ‘anhu]’”, this does not indicate that that which the Qur’an is silent on is mubāh. This is because there are things prohibited and permitted in the Hadith, and it is authenticated from the Prophet (saw) that he said, “Indeed I have been given the Qur’an and its like with it” (Ahmad). Hence the meaning in the above Hadith is that which the revelation remained silent on. Yet the revelation remaining silent about something does not mean that it is permissible because his (saw) saying in the hadith, “The halāl is that which Allah has made halāl” includes everything that is not prohibited, so it includes the wājib, the mandūb, the mubāh, and the makrūh, since it is true of all of these that they are permissible in the sense that they are not prohibited. Therefore ‘that which He remained silent on’ does not mean that it is mubāh.

Что касается его (saw) слов: «о том, относительно чего Он промолчал, — то это то, что Он дозволил», и слов Пророка (saw) в другом хадисе: «а то, относительно чего Он промолчал, является послаблением» (Байхакы), и его слов в другом хадисе: «и Он промолчал о вещах как о послаблении для вас, не по забывчивости, поэтому не спрашивайте о них» (Байхакы), смысл Его молчания о вещах — это Его объявление их халяль, так что Его объявление их халяль считается послаблением от Аллаха и милостью к людям. Это подтверждается словами Посланника (saw), переданными в хадисе Са'да ибн Аби Ваккаса: «Худший из мусульман перед мусульманами — тот, кто спрашивает о вещи, которая не была запрещена для них, и в результате, из-за его вопроса, она становится запрещенной для них» (Муслим), имея в виду того, кто спрашивает о вещи, запрет на которую откровение не упоминает.

As for his (saw) saying, “on that which He remained silent, it is from that which He has conceded”, and his (saw) saying in another hadith, “and that which He remained silent on, then it is a concession” (Bayhaqi), and his saying in another hadith, “and He has remained silent about things as a concession to you, not out of forgetfulness, so do not ask about them” (Bayhaqi), the meaning of His silence on things is His making them halāl, such that His making them halāl is considered a concession from Allah, and a mercy to the people. This is by the evidence of the saying of the Messenger (saw) narrated in the hadith of Sa’d ibn Abi Waqqas, “The worst of the Muslims amongst the Muslims is the one who asks about a thing which is not prohibited on them and consequently becomes prohibited upon them due to his questioning,” (Muslim), referring to the one who asks about a thing about the prohibition of which the revelation is silent.

Таким образом, молчание в этих ахадисах — это молчание о запрете, а не молчание об разъяснении шариатского хукма. Более позднее толкование не состоятельно, поскольку Аллах не умолчал о разъяснении шариатского хукма. Напротив, Он разъяснил его во всём, как говорит Он (swt):

Thus silence in this ahādith is silence from prohibition, not silence from clarifying the hukm shar’i. The later interpretation is not tenable since Allah has not remained silent from clarifying the hukm shar’i. To the contrary He has clarified it in all things, as He (swt) says,