Что до нас дошло из Корана путём мутаватир (массовой передачи), и мы знаем, что это Коран, то это и есть довод (худжа). Что же до того, что было передано нам отдельными лицами, как мусхаф Ибн Мас‘уда и другие, то это не является доводом. Причина в том, что Пророк ﷺ был обязан передавать то, что было ниспослано ему из Корана, группе людей, и когда группа людей, чьи слова устанавливают неопровержимое доказательство, слышит это, нельзя предполагать, что они договорятся не передавать то, что услышали. Поэтому если какая-либо часть Корана не была передана группой, чьи слова образуют довод, а передана отдельными лицами, то она не принимается, ибо передана единично, вопреки тому, что было возложено на Посланника ﷺ, и вопреки тому, как Посланник ﷺ читал Коран группе мусульман для заучивания наизусть, а это как раз те, чьи слова устанавливают доказательство, помимо повеления записать его. Поэтому к данной ситуации не относится то, что один или несколько человек, чьи слова не могут установить неопровержимое доказательство, передали что-либо из Корана; следовательно, то, что было передано из Корана отдельными лицами, вовсе не является доказательством. Могут возразить: заучивших Коран во времена Посланника ﷺ было немного, не достигавших числа мутаватир, и его собирание происходило через получение отдельных аятов от отдельных лиц, поэтому мусхафы сахабов различаются между собой; а если бы он ﷺ читал его группе людей, слова которой устанавливают доказательство, то такого различия не было бы. Ответ на это дается с нескольких сторон. Во-первых: чтение Корана группе людей, слова которых устанавливают доказательство, никем из сахабов не оспаривается и никем из мусульман не оспаривается. Также Коран является чудом, которое окончательно и убедительно свидетельствует об истинности Посланника ﷺ. Если же он не передаётся до того, кто его не слышал, по путю мутаватир, то есть то, что передаётся единично, не становится для него самого решающим доказательством; и тогда это не было бы доказательством, чтобы верить Пророку ﷺ.

What is transmitted to us of the Quaran as motawaatir transmission and we know that it is of the Qur’aan; is the hujjah (proof). As for what was transmitted to us by individuals like the mushaf of Ibn Mas’oud and others are not hujjah, that is because the Prophet (SAW) was assigned to recite what was revealed to Him of the Qur’aan onto a group of people a decisive proof would establish for their saying, and those whom the decisive hujjah would establish by their saying it could not be supposed that they agree not to transmit what they heard, so if anything of the Qur’aan exists not transmitted by a group who’s saying would establish a hujjah, but transmitted by individuals; is not considered because it came individually transmitted, contrary to what the Messenger (SAW) was assigned with, and contrary to the way the Qur’aan used to be recited by the Messenger (SAW) to a number of Muslims to memorize it, and they are of whom the proof is established by their saying, beside His order to write It. So it does not apply to this situation that one or a number of people that the decisive proof could not be established by their saying transmitted anything of the Quaran, therefore, what was transmitted of the Quaran by individuals is not a proof at all. It could be said that: the memorizers of the Qur’aan at the time of the Messenger (SAW) did not reach the number of the tawaator for their fewness, and Its gathering was by receiving Its individual verses from individuals, therefore, the masaahif of the Sahabah differ from each other, and if He (SAW) recited It onto a group of people a proof would establish by their saying, it wouldn’t be like that. The answer to that is from a few directions: Firstly: the recital of the Qur’aan onto a number of people whom their saying would establish a proof is not disputed over by anyone of the Sahabah, nor is it disputed over by anyone of the Muslims. Also the Qur’aan is the miracle showing decisively the truthfulness of the Messenger (SAW), and its non-conveyance to the one who did not see it by the mutawaatir; makes it (that which is transmitted individually) not a decisive proof for himself, then it would not be a proof to believe the Prophet (SAW).

Во-вторых: утверждается, что когда на Него (ﷺ) ниспосылался стих или стихи, Он призывал писцов откровения записать их и зачитывал их множеству мусульман, чего достаточно для установления неоспоримого доказательства их передачи. Он зачитывал их мусульманам, которые приходили к Нему или совершали молитву вместе с Ним, и практически чтение Корана заключалось в том, что Его читали не одному человеку, а большому числу мусульман, и те, кто слышал его, достигали степени таватуре. Таким образом, реальность его чтения состоит в том, что оно зачитывалось тем, у кого это становилось неоспоримым доказательством их слов. В-третьих: вопрос не в заучивании всего Корана, а в передаче отдельных стихов. Даже если предположить, что заучившие весь Коран при жизни Пророка (ﷺ) не достигали степени таватуре, это не означает, что передача отдельных стихов не была таватуре. Поэтому то, что заучивших весь Коран при жизни Пророка (ﷺ) было недостаточно для таватуре, не влечёт того, что заучивших его отдельные стихи было столько же. Заучивших каждый стих было достаточно для таватуре, помимо того что они записывались письменно, и каждый его стих передавался от Пророка (ﷺ) путём таватуре. Соответственно, неверно утверждать, что заучивших Коран при жизни Пророка (ﷺ) не было в числе таватуре. В-четвёртых: собирание Корана отличается от его передачи от Посланника (ﷺ), поскольку передача — это устное слышание от Посланника (ﷺ), и именно об этом идёт речь. Что же касается собирания стихов Корана в один мушаф (свиток, книгу), то исследование было направлено не на доказательство того, что они являются Кораном, а на определение их места относительно других стихов, и речь шла об их длине и краткости. Более того, сбор Корана — это не запись того, что запоминали хафизы, а собрание листов, которые были записаны в присутствии Посланника (ﷺ), и расположение их друг за другом в каждой суре так, как повелел Посланник Аллаха (ﷺ), с их сверкой с тем, что было у хафизов Корана, и помещение их в одно место. Поэтому вопрос собирания отличается от вопроса передачи, а рассуждение ведётся о передаче, и потому вопрос собирания Корана здесь упоминать не следует. Что касается различий между мусхафами: всё, что в них есть из ахад (единичных передач), не относится к Корану и не является доказательством, а всё, что является мутаватир, — от Него, и это доказательство. Вопрос связан не с самим мусхафом, а с аятами, содержащимися в мусхафе: если аят передан от Посланника (ﷺ) путём мутаватир, то есть получен от него таким количеством людей, которое достигает степени таватуур (массовой передачи), то есть когда их свидетельство создаёт достоверное доказательство истинности их слов, то он считается частью Корана и является доказательством; а то, что не таково, не считается частью Корана. Следовательно, весь мусхаф Усмана — это Коран, поскольку все аяты, содержащиеся в нём, переданы путём мутаватир, и достоверное доказательство установлено для тех, кто передал их. Что же касается мусхафа Ибн Мас'уда: всё, что в нём содержится из аятов, переданных путём таватуур, считается частью Корана, а всё, что в нём содержится из аятов, переданных единично, как аят: «трёх дней поста» (последовательно), не считается частью Корана и не является доказательством. Таким образом, возражение, опирающееся на хафизов Корана и на мусхафы сподвижников, отвергается, и утверждается, что мутаватир переданное — это Коран, а единично переданное не относится к Корану. Следует обратить внимание на то, что Коран был передан путём слышания от Посланника Аллаха ﷺ, из откровения в момент его ниспослания с ним, и был зафиксирован письменно и запомнен наизусть. Поэтому сподвижники (да будет доволен ими Аллах) передавали Коран не как хадис от Посланника ﷺ, а передавали само то, что было ниспослано, и то, что Посланник ﷺ повелел записывать. В отличие от хадисов, которые передавались от имени Посланника ﷺ и не записывались в момент их произнесения, а также не записывались во время их передачи, Коран был записан и зафиксирован в момент ниспослания откровения с ним. Сподвижники передавали то самое, что было ниспослано посредством откровения, и поэтому говорится: сподвижники передали нам Коран как передачу.