Что касается лафза «ас-сариқ» (вор), его значение ясно, тогда как «ас-сараќа» (кража) в соответствии с Шариатом — это: «взятие движимого имущества определённой стоимости, принадлежащего другому, тайно из обычного места хранения (хирз)».
In respect to the Lafzh ‘As-Saariq’ (thief), its meaning is clear whilst As-Saraqah (theft) in accordance to the Shar’a is: ‘The taking of a movable property of a (certain) value owned by someone else covertly from a normal place of safekeeping (Hirz)’.
А хирз — это место, где обычно хранят имущество и держат его в безопасности.
And the Hirz is the place that property is normally put and kept safe in.
Однако фукаха разошлись во мнениях относительно применения этого смысла к различным формам кражи, которым даны различные особые названия, например, ан-насль (карманная кража), которая представляет собой быстрое и крайне скрытное изъятие имущества из карманов людей.
However, the Fuqahaa’ differed in respect to the application of this meaning upon different forms of theft which have been given different (specific) names like An-Nashl (pickpocketing) for instance which is the taking of property quickly and in a highly covert manner from the people’s pockets.
Итак, является ли карманник (наш-шаал) вором (саарик)? Для того чтобы узнать, распространяется ли кража (саракah) на карманничество (ан-нашл), требуется иджтихад. Если же распространяется, то применяется хукм кражи, и рука карманника подлежит отсечению при соблюдении арканов (столпов) преступления кражи. Поэтому некоторые факихи считали карманника вором, заслуживающим отсечения, тогда как другие не считали его таковым, и к нему применялось та'зир (наказание на усмотрение) по решению кадия (судьи) или имама (правителя). Они также разошлись во мнениях относительно наббаша (похитителя могил), то есть того, кто грабит могилы, чтобы забрать саваны или то, что находится на покойнике. Является ли такой человек вором или нет?
Соответственно, слово «саарик» (вор) в своём явном значении относится к обязанности отсечения руки в отношении каждого вора. В то же время оно является неясным (хафий) в отношении карманника и похитителя могил, поскольку в обычае (урф) носителей языка эти люди обозначены именем, отличным от имени вора. Выделение карманника особым названием производится для того, чтобы придать краже дополнительный смысл: он крадёт у бодрствующего человека, а не скрытно. Кроме того, выделение названия «наббаш» (похититель могил) связано с уменьшением значения кражи, поскольку он крадёт у мертвеца, который не стремится сохранить или уберечь своё имущество. Таким образом, всё это является неясным (хафий) в отношении словесной формы «саарик» (вор). По этой причине для применения хукма вора к карманнику и похитителю могил требуется иджтихад.
So is the Nash’shaal (pickpocket) a Saariq (thief)? Ijtihaad is therefore required to know whether the Saraqah (theft) applies to An-Nashl (pickpocketing). If it does apply, then the Hukm of Saraqah (thievery) would apply and the hand of the pickpocket would be cut if the Arkaan (pillars) of the crime of theft are met. Consequently, some of the Fuqahaa considered the pickpocket to be a Saariq (thief) and deserving of the cutting whilst others did not consider him to be so and as such a Ta’zeer (discretionary) punishment would be applied upon him as determined by the Qaadiy (judge) or the Imaam (ruler) would. They also differed in respect to the Nabbaash (grave robber) who is the one who robs the graves to take the shrouds or what is upon the dead. Is such a person a Saariq (thief) or not? Consequently, the Lafzh (wording) ‘Saariq’ is Zhaahir (apparent) in relation to the obligation of amputating the hand in regards to every Saariq. This is whilst it is, at the same time, Khafiy (unclear) in regards to the pickpocket and the grave robber because they have been specified with a name that is different to the thief within the ‘Urf (custom/tradition) of the people of the language. That is because specifying the pickpocket with another name has been done for the purpose of providing additional meaning to the Saraqah (theft). That is because he is stealing from the one who is alert and not upon the angle of hiddenness (Wajh Al-Khafiyah). In addition, the specifying of the name of the ‘Nabbaash’ (grave robber) is due to a decrease in respect to the meaning of the theft (Saraqah) because he is stealing from the dead who is not intending to safeguard or preserve his property. Consequently, all of this is Khafiy (unclear) in regards to the Lafzh (worded expression) of the ‘Saariq’ (thief). For that reason, Ijtihaad is required in order to apply the Hukm of the Saariq (thief) upon both the pickpocket and the grave robber.
Правильная точка зрения, как я её вижу в этом вопросе, такова: слово «саракah» (кража) имеет значение в языке. Текст стал применяться к этому значению, которое имеет определённую и известную реальность, тогда как это значение не применяется к наш-шаахъ и ан-наббаш (карманнику и грабителю могил), поскольку они не являются сарикамн. Поэтому их наказывают та'зиром (дискреционным наказанием), которое правитель или судья считает уместным, если наказание служит сдерживающим фактором.
The correct view, as a I see it, in this issue, is that ‘Saraqah’ (theft) has a meaning in the language. The text has come to be applied upon this meaning that has a defined and known reality whilst this meaning is not applied upon the Nash’shaal and the Nabbaash (pickpocket and grave robber) because they are not Saariqs. They are therefore punished with a Ta’zeer (discretionary punishment) that the ruler or judge sees fitting, in the case where the punishment acts as a deterrent.