Я достаточно подробно остановился на временном характере правила, изложенного в этом аяте, которое обязывает Пророка ﷺ и мусульман отвечать взаимностью на любое стремление неверных к миру. Моя цель — прояснить один аспект путаницы, который возникает из-за духовного и интеллектуального пораженчества, проявляющегося в трудах многих авторов, пишущих о исламском джихаде. Такие люди ощущают давление современных ценностей, господствующих в международных отношениях. Не имея ясного понимания истинной природы Ислама такого, каков он есть, они считают слишком трудным для Божественной веры принять единый и постоянный подход ко всему человечеству, предоставляя всем людям выбор между тремя возможностями: принятием Ислама, уплатой джизьи или состоянием войны с Исламом.
I have dwelt rather extensively on the provisional nature of the rule outlined in this verse, which requires the Prophet and the Muslims to reciprocate any inclination to peace by the unbelievers. My aim is to clarify a certain aspect of confusion that arises from the spiritual and intellectual defeatism reflected in the work of many of those who write about Islamic jihād. Such people feel the pressure of modern values that prevail in international relations. Lacking a clear understanding of the true nature of Islam as they are, they find it too much for the divine faith to adopt a single and permanent approach towards all humanity, giving all people a choice between three alternatives: acceptance of Islam, payment of jizyah or being at war with Islam.
Они понимают, что все силы джахилии мобилизованы против ислама и его последователей, тогда как те, кто называет себя мусульманами, не до конца понимая и не относясь серьёзно к истинной природе ислама, слишком слабы, чтобы противостоять объединённым силам других вероисповеданий и религий. Они также считают, что те, кто находится на переднем крае исламской проповеди, слишком малочисленны и обладают незначительной силой, с которой можно было бы считаться.
They realize that all forces of jāhiliyyah are mobilized against Islam and its followers, while those who profess to be Muslims, without fully understanding or seriously appreciating the true nature of Islam, are too weak to stand up to the combined forces of other creeds and religions. They also feel that those at the forefront of Islamic advocacy are too small in number and have little power to reckon with.
Поэтому такие авторы стараются навязать иное толкование утверждений Корана и хадисов, чтобы их можно было представить согласующимися с нынешним миром и со всем давлением, которое он оказывает на современных мусульман. Единственный подход Ислама и три выбора, которые он предлагает, им трудно проглотить.
Hence, such writers try to impose a different interpretation on Qur’ānic statements and aĥadīth so that they can be seen to be in line with the situation in our present world with all its pressures on contemporary Muslims. They find the single approach of Islam and the three choices it offers too hard to swallow.
Такие авторы часто толкуют положения, которые носят временный характер или имеют ограниченное применение, как окончательные, постоянные и имеющие общее и универсальное значение. Когда же они обращаются к окончательным положениям, они истолковывают их в свете тех временных, которым придали окончательный смысл. Так они приходят к мысли, что исламский джихад — это лишь оборонительная операция для защиты мусульманского народа и его земли, когда на них нападают, и что ислам всегда примет любое предложение мира. Для них мир — это всего лишь состояние невоюющего положения, которое на практике означает, что другой лагерь не будет нападать на землю ислама. Согласно их пониманию, ислам должен всегда ограничиваться своими пределами. Он не имеет права призывать других принять его послание или подчиниться закону Бога, если только такой призыв не принимает форму речи, заявления или бюллетеня. Что касается материальных сил, ислам не имеет права нападать на правящие силы в обществах джахилийи, пока сам не подвергнется нападению, и в таком случае ислам вправе защищаться.
Such writers often interpret statements that have a provisional nature or qualified application as final, permanent and having general and universal application. When they tackle the final statements they interpret these in the light of those provisional ones to which they have applied a final import. Thus, they come up with the idea that Islamic jihād is merely a defensive operation to protect Muslim people and their land when they are attacked, and that Islam will always accept any offer of peace. To them, peace is merely a state of non- belligerence which, in practical terms, means that the other camp will not attack the land of Islam. According to their understanding, Islam should shrink inside its borders at all times. It has no right to call on others to accept its message or to submit to God’s law, unless such a call takes the form of a speech, statement or bulletin. When it comes to material forces, Islam has no right to attack the ruling forces in jāhiliyyah societies unless it first comes under attack, in which case Islam is right to defend itself.
Если бы эти духовно и интеллектуально пораженческие люди хотели найти в правилах и законах своей веры элементы, которые могут справиться с ситуацией, подобной нынешней, без навязывания какого-либо произвольного толкования любому высказыванию, они смогли бы понять, как ислам столкнулся с ситуацией, не слишком отличающейся от той, с которой мы сталкиваемся сегодня. Тогда они смогли бы сказать, что в подобных ситуациях ислам избирал такую-то и такую-то политику, но это не составляет окончательной или постоянной исламской позиции. Это были лишь временные меры, которые были необходимы в особых обстоятельствах или в условиях чрезвычайного положения. В том же контексте полезно рассмотреть примеры постановлений и практик переходного характера, предпринятых для решения чрезвычайных ситуаций.
Had those spiritually and intellectually defeatist people wanted to find in the rules and laws of their faith elements which can deal with a situation like the present one, without imposing any arbitrary interpretation on any statement, they would have been able to understand how Islam faced a situation that is not dissimilar to what we face today. They would then have been able to say that in similar situations Islam adopted such and such policy, but that does not constitute the final or the permanent Islamic attitude. It was merely a set of temporary measures that were necessary in a special situation or in an emergency. Within the same context, it is useful to look at examples of rulings and practices of a transitional nature, undertaken to meet emergencies.
В первые дни после своего переселения в Мадину Пророк ﷺ заключил договор о мире и взаимной обороне с иудеями и многобожниками в Мадине и её окрестностях. Договор ясно устанавливал, что верховная власть в Мадине принадлежит Пророку ﷺ, и обязывал остальные стороны защищать город от курайшитов. Подписавшие соглашаются не оказывать никакой поддержки тому, кто нападёт на Мадину. Никто не должен заключать союз с многобожниками, враждебно настроенными к мусульманам, без предварительного согласия Пророка ﷺ. В то же время Бог повелел Пророку ﷺ проявлять мирное и дружелюбное отношение к любой группе, склонной к миру, даже если она не подписала с ним договор. Он должен был сохранять такое мирное положение до тех пор, пока они придерживаются мира. Всё это впоследствии изменилось, как уже было разъяснено.
• In the early days after his settlement in Madinah, the Prophet concluded a peace and defence treaty with the Jews and the unbelievers in and around Madinah. The treaty made it clear that the supreme authority in Madinah belonged to the Prophet, and committed the other groups to defend the city against the Quraysh. The signatories agreed that they would not extend any support to any aggressor who attacked Madinah. None would make any pact with the unbelievers who were hostile to the Muslims without the prior agreement of the Prophet. At the same time, God instructed the Prophet to extend peaceful and friendly treatment to any group who were inclined towards peace, even though they did not sign a treaty with him. He was to maintain that peaceful situation as long as they were committed to peace. All this changed later, as already explained.
Когда произошли события, известные как Битва рва, когда арабские многобожники собрали большие силы и осадили Мадину, племя Бану Курайза нарушило свой договор с мусульманским государством. Пророк ﷺ опасался, что мусульмане могут оказаться в очень тяжёлом положении из-за запланированного удара с двух сторон. Чтобы облегчить положение, Пророк ﷺ предложил заключить сделку с вождями второй по численности силы, а именно племени Гатафан: они вывели бы все свои войска в обмен на треть урожая Мадины. Такое соглашение оставило бы курайшитов одних в положении атакующих, и мусульмане, вероятно, смогли бы быстро одержать победу над ними. Это было лишь предложение, и никакого соглашения подписано не было.
• When the events known as the Expedition of the Moat took place, with the Arab unbelievers mobilizing large forces and surrounding Madinah, the Qurayżah Jews violated their treaty with the Muslim state. The Prophet was worried that the Muslims might be in very serious trouble as a result of a planned pincer attack. To ease the situation the Prophet offered to make a deal with the chiefs of the second largest force, namely the Ghaţafān tribe, which would have them withdrawing all their forces in return for having one-third of Madinah’s harvest. That agreement would have left the Quraysh alone in the position of attack and the Muslims would most probably have been able to gain a quick victory against them. This was only an offer and no agreement was signed.
• Прежде чем скрепить соглашение подписями и свидетелями, Пророк ﷺ посоветовался с двумя предводителями ансаров, Са'дом ибн Му'azом и Са'дом ибн 'Убадой. Они спросили его: «Это то, что ты хочешь, чтобы мы сделали?
• Before having the agreement signed and witnessed, the Prophet consulted the two leaders of the Anşār, Sa`d ibn Mu`ādh and Sa`d ibn `Ubādah. They asked him: “Is this something you would like us to do?
«В таком случае мы примем это ради тебя. Или это то, что повелел Бог, и мы должны принять это? Или ты делаешь это ради нас?» Пророк ответил: «Я делаю это ради вас, видя, что все арабы объединились против вас». Он добавил, что всё, чего он хотел, — это на время расстроить единство их врагов.
In this case, we will accept it for your sake. Or is it something God has ordered and we have to accept it? Or is it something you are doing for our sake?” The Prophet answered: “I am doing it for you, having seen all the Arabs joining forces against you.” He added that all he wanted was to break up the unity of their enemies for the present.
Са’д ибн Му’аз сказал:
Sa`d ibn Mu`ādh said:
Посланник Божий, когда мы были, как и эти люди, многобожниками, не знавшими никакой религии, кроме поклонения идолам, они не надеялись получить ни одного плода из Медины, кроме как в качестве подарка от нас или если бы мы продали им его. Теперь же, когда Бог почтил нас Исламом, направил нас к нему и даровал нам честь и силу иметь тебя среди нас ﷺ, неужели мы добровольно отдадим им наше имущество? Нам не нужно это соглашение. Мы не дадим им ничего, кроме меча, до тех пор, пока Бог не рассудит между нами.
Messenger of God, when we were, like these people, idolaters, unaware of any religion other than the worship of idols, they did not hope to get a single fruit from Madinah except as a present from us or if we sold it to them. Now that God has honoured us with Islam and guided us to it and has given us the honour and strength of having you in our midst, would we willingly give them our goods? We have no need for this agreement. We will give them nothing but the sword until God makes His judgement between us.
Пророк ﷺ остался доволен этим ответом и сказал: «Поступайте, как пожелаете». Обратившись к вождям Гатафана, он сказал: «Можете идти, ибо мы не можем предложить вам ничего, кроме меча». То, что Пророк ﷺ задумал в этом случае, было лишь временной мерой в чрезвычайной ситуации.
The Prophet was pleased with this reply and said: “You do what you wish.” Turning to the Ghaţafān chiefs, he said: “You may go now, for we have nothing to offer you except the sword.” What the Prophet thought of doing on this occasion was merely a temporary measure in an emergency situation.
Это ни в коей мере не было указанием на окончательное правило.
It was by no means indicative of a final rule.
Пророк ﷺ также заключил мирный договор при аль-Худайбии с курайшитами, когда они ещё придавали Богу сотоварищей.
• The Prophet also concluded the peace agreement at al-Ĥudaybiyah with the Quraysh when they were still associating partners with God.
Условия соглашения были далеко не удовлетворительны для многих мусульман. Соглашение предусматривало, что ни одна из сторон не будет воевать с другой в течение десяти лет. Люди будут жить в мире и безопасности. Пророк ﷺ и его сподвижники вернутся, не войдя в Макку, чтобы вернуться через год, когда им будет позволено войти в город лишь на три дня, не имея никакого оружия, кроме мечей в ножнах. Если неверующий пожелает присоединиться к мусульманам, их будут возвращать обратно, но если мусульманин пожелает присоединиться к неверующим, его не нужно будет возвращать. Действуя по повелению Бога, Пророк ﷺ принял эти, на первый взгляд несправедливые, условия ради определённой цели, известной Ему. В подобных обстоятельствах руководители мусульманской общины могли бы действовать на схожей основе.
The terms of the agreement were far from satisfactory to many Muslims. The agreement stipulated that neither party would go to war against the other for ten years. People would live in peace and security. The Prophet and his companions would go back without entering Makkah, to return in a year’s time when they would be allowed in the city for three days only, having no armament other than swords in their shields. If an unbeliever should seek to join the Muslims, they would turn him back, but if a Muslim sought to join the unbelievers, they would not have to send him back. Acting on God’s instruction, the Prophet accepted those seemingly unfair conditions for a definite purpose known to Him. In similar circumstances the leaders of the Muslim community could take action on a similar basis.
Практичность исламской веры делает необходимым встречать любую ситуацию с адекватными средствами. Ислам избирает практический и гибкий подход, который в то же время ясен и твёрдо основан. Если мы будем искать в исламских учениях основание для позитивных действий в любой практической ситуации, нам не придётся искажать слова Корана и хадисов или давать им произвольные толкования. Необходимо бояться Бога и воздерживаться от любых попыток подчинить Его веру злым и невежественным реалиям. Нужно также остерегаться принятия пораженческой позиции, которая ставит ислам в оборонительное положение, тогда как это вера, призванная управлять жизнью людей и регулировать её. Она удовлетворяет, исходя из позиции силы, все потребности практической жизни.
The practical nature of the Islamic faith makes it necessary to face up to any situation with adequate means. Islam takes a practical and flexible approach which is at the same time clear and firmly based. If we seek in Islamic teachings a basis for positive action to deal with any practical situation, we will not need to twist Qur’ānic or aĥadīth statements, or give them arbitrary interpretations. What is needed is to fear God and to refrain from any attempt to make His faith subservient to evil and ignorant realities. We must also guard against adopting a defeatist attitude which puts Islam on the defensive when it is a faith that is meant to govern and regulate people’s lives. It satisfies, from a position of strength, all the needs of practical life.
Хвала Богу, Который наставил нас на Свою веру.
Praise be to God for having guided us to His faith.