Эта сура обладает ритмом, который одновременно величественен и внушает благоговение, словно это голос предостерегающего, стоящего на возвышенном месте и громко, с весомым напором возглашающего свои слова. Он взывает к людям, которые пребывают в дремоте, опьянении, смятении. Они приближаются к пропасти с закрытыми глазами и притуплёнными чувствами. Поэтому предостерегающий повышает голос до предела: «Вас отвлекает стремление к всё большему и большему, пока вы не сойдёте в свои могилы». (Аяты 1–2)
This sūrah has a rhythm that is both majestic and awe-inspiring; as if it were the voice of a warner standing on a high place, projecting his voice as it rings out in weighty emphasis. He calls out to people who are drowsy, drunken, confused. They approach a precipice with their eyes closed and their feelings numbed. So the warner increases the volume of his voice to the limit: “You are preoccupied by greed for more and more, until you go down to your graves.” (Verses 1-2)
Вы, беспечные и заблудшие! Вы, кто находит удовольствие и предаётся соперничеству ради богатства, детей и наслаждений этой жизни, с которой вам непременно предстоит расстаться! Вы, поглощённые тем, что у вас есть, и не ведающие о том, что придёт после! Вы, кто оставит предмет этого соперничества и то, чем вы гордитесь, и отправится в узкую яму, где нет ни соперничества, ни гордыни! Пробудитесь и оглянитесь, все вы! Ибо воистину: «Вы поглощены стремлением к большему и большему, пока не сойдёте в свои могилы». (Аять 1-2)
You drunken and confused lot! You who take delight and indulge in rivalry for wealth, children and the pleasures of this life, from which you are sure to depart! You who are absorbed with what you have, unaware of what comes afterwards! You who will leave the object of this rivalry, and what you seek pride in, and go to a narrow hole where there is no rivalry or pride! Wake up and look around, all of you! For indeed, “you are preoccupied by greed for more and more, until you go down to your graves.” (Verses 1-2)
С глубоким и торжественным ритмом сура затем поражает их сердца ужасом того, что ждёт их после того, как они окажутся в своих могилах: «Нет же! Скоро узнаете». (Аят 3) Затем она повторяет ту же мысль, используя те же слова и тот же твёрдый и устрашающий ритм: «Опять же, скоро узнаете!» (Аят 4) Затем она добавляет глубины и трепета к этому утверждению и намекает на страшное будущее, лежащее за пределами этого мира, сущность которого они не осознают в своём опьянении и соперничестве за мирские богатства: «Поистине, если бы вы знали [истину] достоверно...» (Аят 5)
With a deep and grave rhythm the sūrah then strikes their hearts with the terror awaiting them after they are left in their graves: “Nay, in time you will come to know.” (Verse 3) Then it repeats the same note, employing the same words and the same firm and terrifying rhythm: “Again, in time you will come to know!” (Verse 4) Then it adds to the depth and awe of this assurance, and hints at the grave prospect that lies beyond, the terrifying essence of which they do not recognize in their flush of intoxication and rivalry for worldly riches: “Indeed, were you to know [the truth] with certainty...” (Verse 5)
Условное предложение в тексте не завершено. Это допустимо как утончённая форма арабского языка и добавляет ощущение благоговения, создаваемое сурой. Подразумевается, что если бы они знали то, что должны знать наверняка, они не предавались бы такому соперничеству ради ничтожной выгоды. Затем сура раскрывает страшный факт, который был скрыт: «Вы непременно увидите адский огонь» (аят 6).
The conditional sentence is not completed in the text. This is acceptable as a refined form of Arabic. It adds to the feeling of awe generated by the sūrah. The inference here is that had they known what they should know for certain, they would not have indulged in such rivalry for petty gain. The sūrah then discloses the fearful fact which has been withheld: “You would, most certainly, see the fire of hell.” (Verse 6)
Затем это подчёркивает данный факт и усиливает его воздействие на сердца людей: «Вновь, вы непременно увидите это собственными глазами». (Аят 7)
It then emphasizes this fact and enhances its impact on people’s hearts: “Again, you will, most certainly, see it with your very eyes.” (Verse 7)
Наконец, сура завершается таким утверждением, которое отрезвляет пьяного, пробуждает беспечного, возвращает внимание рассеянному и заставляет трепетать и испытывать страх перед тем, кто погряз в роскоши и удовольствиях: «Затем в тот день вы непременно будете спрошены о благах и наслаждениях» (аят 8). Вас спросят обо всём этом: как вы это получили? Как вы этим пользовались? Было ли это приобретено законным путём и использовано законно? Или же оно было получено незаконно и растрачено на грех? Воздали ли вы хвалу и благодарность Богу за это?
Finally, it puts the last statement which makes the drunkard sober, the lethargic conscious, the confused attentive and the self-indulgent tremble and feel apprehension at his indulgence in comfort and pleasure: “Then on that day you will certainly be questioned about your joys and comforts.” (Verse 8) You will be questioned concerning all this: How did you get it? How did you dispense with it? Was it obtained from a lawful source and dispensed with lawfully? Or was it gained unlawfully and used in a sinful manner? Have you praised and thanked God for it?
Вы отдали бедным их долю? Уделили ли вы хоть что-то другим или же всё присвоили себе? «Вы будете спрошены» о вашем соперничестве в накоплении и стяжании богатства и о том, чем вы гордитесь. Это бремя, о котором вы, поглощённые своими заботами и удовольствиями, мало думаете. Но за ним лежат тяжкие обязанности.
Have you given the poor their due? Have you spent some of it on others? Or monopolized it all for your selves? “You will be questioned” about your rivalry in gathering and amassing wealth and about what you take pride in. It is a burden which you, in your preoccupation and enjoyment, think little of. But beyond it lie heavy responsibilities.
Это сура, которая говорит сама за себя. Она оставляет след в нас своим смыслом и ритмом. Она занимает сердце, наполняет его заботой о вечной жизни и делает нас невнимательными к пустякам этой мирской жизни и её мелким заботам.
This is a self-expressing sūrah. It leaves its impact on us by its meaning and rhythm. It leaves the heart occupied, burdened with the problem of the hereafter, inattentive to the trivialities of this worldly life and its petty concerns.
Она изображает жизнь этого мира как мимолётное мгновение в долгой протяжённости бытия:
It portrays the life of this world as a fleeting wink in the long span of existence:
«Вас поглотило стремление к всё большему приумножению, пока вы не окажетесь в могилах» (аяты 1–2). Миг этой жизни прошёл, и её маленький лист перевёрнут. Затем время тянется дальше, и бремена становятся тяжелее. Стиль суры передаёт этот вывод, достигая гармонии между реальной действительностью и способом её выражения.
“You are preoccupied by greed for more and more, until you go down to your graves.” (Verses 1-2) The wink of this life is over and its small leaf is turned. Thereafter time stretches on and the burdens become heavier. The style of the sūrah presents this inference, achieving harmony between the actual reality and its manner of expression.
Всякий раз, когда мы читаем эту внушающую благоговение и величественную суру, мы чувствуем, как её ритм устремляется ввысь в начале и опускается в глубочайшие глубины в конце. Мы ощущаем тяжесть этого мгновения жизни на своих плечах, когда тяжело идём по дороге. Тогда мы начинаем спрашивать себя о самых малых и незначительных наших деяниях.
Whenever we read this awe-inspiring and majestic sūrah, we feel its rhythm travelling upwards in space at the beginning and downwards to the deep, deep level at the end. We feel the burden of this wink of a life on our shoulders as we walk heavily along the road. Then we start questioning ourselves about the smallest and most trivial of our deeds.