Эта сура является мекканским откровением и идёт вслед за сурой 11, Худ, в хронологическом порядке ниспослания. Это означает, что она относится к тому критическому периоду, о котором мы говорили в предисловиях к сурам 10 и 11, Юнус и Худ соответственно.

This sūrah is a Makkan revelation, and it follows Sūrah 11, Hūd, in the chronological order of revelation. This means that it belonged to the critical period we mentioned in the Prologues to Sūrahs 10 and 11, Jonah and Hūd, respectively.

Это промежуточный период между так называемым годом скорби, когда Пророк ﷺ потерял своего дядю Абу Талиба и свою жену Хадиджу, которые оказывали ему безотказную поддержку, и временем, когда новые мусульмане Медины, ансары, дали Пророку ﷺ свою первую и вторую клятвы верности и поддержки при Акаба. Эти клятвы принесли новую поддержку и возвестили о коренном переломе в судьбе исламского призыва и мусульманской общины, начиная с переселения Пророка ﷺ и его сподвижников в Медину.

This is the intervening period between what is known as the year of sorrow, when the Prophet lost his uncle Abū Ţālib and his wife Khadījah, both of whom gave him unfailing support, and the time when the new Muslims of Madinah, the Anşār, gave the Prophet their first and second pledges of loyalty and support at `Aqabah. These pledges brought in new support and heralded a far reaching change in the fortunes of the Islamic message and the Muslim community, beginning with the migration of the Prophet and his Companions to Madinah.

Вся сура была ниспослана в Мекке, вопреки тому, что указано в некоторых экземплярах Корана, где говорится, что аяты 1–3 и 7 были ниспосланы в Медине. Первые три аята звучат так: «Алиф. Лям. Ра. Это аяты Писания, ясно показывающего [истину]. Мы ниспослали его как Коран на арабском языке, чтобы вы поняли».

The whole sūrah was revealed in Makkah, contrary to what is mentioned in some copies of the Qur’ān, stating that verses 1-3 and 7 were Madinan revelations. The first three verses read as follows: “Alif. Lām. Rā. These are the verses of the Book that clearly shows [the truth]. We have revealed it as a discourse in Arabic so that you may understand.

Раскрывая этот Коран, Мы рассказываем тебе лучшие из повествований. Прежде этого ты был среди тех, кто не знает [об откровении]». Эти аяты служат логическим вступлением к тому, что следует непосредственно за ними, а именно к истории Юсуфа: «Юсуф сказал своему отцу: „Отец мой, я видел во сне одиннадцать звёзд, а также солнце и луну; я видел, как они склоняются передо мной“» (аят 4). Затем события этой истории начинают разворачиваться вплоть до её завершения.

In revealing this Qur’ān We relate to you the best of narratives. Before it you were among those who are unaware [of revelation].” These verses serve as a logical prelude to what immediately follows, namely Joseph’s story: “Joseph said to his father: ‘Father, I saw in a dream eleven stars, as well as the sun and the moon; I saw them prostrate themselves before me.’“ (Verse 4) Then the events of the story begin to unfold, right up to its conclusion.

Таким образом, упоминание повествований Корана в первом аяте является идеальным вступлением к рассказу.

Hence, the reference to Qur’ānic narratives in the opening verse is a perfect prelude to the story.

Более того, смысл первых трёх аятов полностью относится к мекканскому Корану: он подчёркивает, что это откровение, ниспосланное свыше, на арабском языке, опровергая обвинение многобожников в том, что некий неарабоязычный человек обучил этому Пророка ﷺ. В них говорится, что до получения этого откровения Пророк ﷺ совершенно не знал его содержания и тем вопросов, которые оно затрагивало.

Moreover, the message of the first three verses belongs fully to the Makkan Qur’ān, emphasizing that it is a revelation from on high, in Arabic, refuting the idolaters’ accusation that a non-Arab taught it to the Prophet. They state that prior to receiving this revelation, the Prophet was totally unaware of its message and the subjects it addressed.

Кроме того, это введение к суре прекрасно согласуется с комментариями, которые сура приводит к истории ближе к концу: «Это повествование о событиях, которые были скрыты от вашего восприятия, Мы открываем тебе. Ты не присутствовал, когда они [братья Юсуфа] замыслили свои планы и осуществили свои козни» (аят 102). Мы видим, как вступление к истории соотносится с её заключительными комментариями, что указывает на то, что вся сура — вступление, повествование и комментарии — была ниспослана одновременно.

Furthermore, this introduction to the sūrah fits perfectly with the comments the sūrah provides on the story towards the end: “That is an account which We have now revealed to you, speaking of things that have been beyond your perception. You were not present when they i.e. Joseph’s brothers] resolved upon their plans and completed their schemes.” (Verse 102) We see how the prelude to the story dovetails with its concluding comments, indicating that the entire sūrah, prelude, narrative and comments, were all revealed at the same time.

Что касается седьмого аята, он является неотъемлемой частью развивающегося повествования. То, что он был добавлен позже, в Медине, не согласуется со всем текстом. Во-первых, восьмой аят

As for verse 7, it is an integral part of the progressing narrative. For it to have been added later, in Madinah, is inconsistent with the whole. For one thing, verse 8

«includes» — в данном случае речь о местоимении, так что перевод такой: Местоимение, которое относится к братьям Йусуфа, упомянутым в аяте 7, означает, что аят 8 нельзя правильно понять без предшествующего ему аята 7. Вместе эти два аята звучат так: «Воистину, в Юсуфе и его брате есть знамения для спрашивающих» (аят 7). «Они сказали [друг другу]: „Воистину, Юсуф и его брат любимее нашему отцу, чем мы, хотя нас много. Поистине, наш отец пребывает в явном заблуждении“» (аят 8). Всё это ясно указывает на то, что оба аята были ниспосланы вместе, как часть развёртывающегося повествования.

includes a pronoun that refers to Joseph’s brothers mentioned in verse 7, which means that verse 8 could not be properly understood unless its were preceded by verse 7. The two verses together read: “Surely in Joseph and his brothers there are signs for those who inquire. (Verse 7) “They said [to one another]: ‘Truly, Joseph and his brother are dearer to our father than we, even though we are many. Surely our father is in manifest error.’” (Verse 8) All this clearly indicates that the two verses were revealed together as part of the unfolding narrative.

Сура представляет собой единое, цельное целое с явно мекканским характером, который отражается в её тематике, посланию и атмосфере. Она отражает природу критического периода, в котором была ниспослана. Пророк ﷺ переживал время, когда он чувствовал себя одиноким и отчуждённым от своего социального окружения, а его последователи ощущали тяготы изоляции.

The sūrah is a single, complete unit with a clear Makkan character reflected in its subject matter, message and ambience. It reflects the nature of the critical period in which it was revealed. The Prophet was enduring a time when he felt lonely and alienated from his social surroundings, and his followers felt the strains of isolation.

С ниспослaнием этой суры Бог сообщает Своему благородному Посланнику Мухаммаду ﷺ историю благородного брата, Юсуфа ибн Якуба ибн Исхака ибн Ибрахима (мир им всем). Юсуф также должен был пройти через череду испытаний и трудностей: сначала его братья замышляли избавиться от него, затем его бросили в колодец, где он оказался в страхе за свою жизнь. За этим последовало его обращение в рабство и продажа, как неодушевлённого предмета, без права голоса в этом вопросе, и он лишился всей заботы и любви своих родителей. Затем он столкнулся с искушением и соблазном, после чего последовали коварные козни жены его господина и её подруг. Затем ему пришлось выдержать долгое заключение после того, как он жил в комфорте во дворце. Затем перемена судьбы поставила его в положение власти, когда он полностью контролировал основные продовольственные потребности людей и их жизни. Далее он столкнулся с испытанием совершенно иного рода, когда встретился со своими братьями, чьи козни против него положили начало всей этой истории. Однако на протяжении всего этого Юсуф оставался стойко верующим, используя эти испытания для распространения божественного послания. В конце он вышел победителем, воссоединившись с родителями и семьёй, и увидел исполнение своего давнего сна во всей полноте: «Юсуф сказал отцу: “Отец мой, я видел во сне одиннадцать звёзд, а также солнце и луну; я видел, как они склоняются передо мной в поклоне”» (аят 4).

With the revelation of this sūrah, God tells His noble Messenger, Muĥammad, the story of a noble brother, one Joseph ibn Jacob ibn Isaac ibn Abraham, (peace be upon them all). Joseph too had to endure a series of tests and trials: first, his brothers schemed to get rid of him, then he was thrown into the well where he found himself in fear of his life. This was followed by his becoming a slave sold like an inanimate object, having no say in the matter and losing all the care and love of his parents. He then faced temptation and seduction, followed by the wicked scheming of his master’s wife and her fellow women. He then had to endure long imprisonment after having lived comfortably in a palace. A change of fortunes then sees him in a position of power where he had full control of people’s basic food requirements and their lives. He subsequently faces a trial of a totally different nature when he meets his brothers whose plot against him started this whole scenario. Throughout, however, Joseph remained a steadfast believer, using these trials to propagate the divine message. He emerged triumphant at the end, reunited with his parents and family, witnessing the realization of his early dream in perfect relief: “Joseph said to his father: ‘Father, I saw in a dream eleven stars, as well as the sun and the moon; I saw them prostrate themselves before me.” (Verse 4)

Неудивительно, что эта сура, её рассказ и поясняющие его комментарии были ниспосланы Пророку ﷺ в тот особенно тяжёлый период в Мекке, давая ему и его последователям утешение, поддержку и уверенность. Действительно, когда я размышляю о суре, у меня возникает ощущение, что в ней содержится тонкий намёк: мусульман вынудят покинуть Мекку, чтобы поселиться в другом месте, где они обретут власть и добьются победы. Верно, что переселение казалось вынужденным из-за долгих гонений, которые претерпела мусульманская община. Так же было и с Иосифом, которого отняли у родителей, чтобы он пережил длинную череду испытаний и тягот: «Так Мы утвердили Иосифа на земле и научили его толкованию снов. Аллах всегда одолевает в Своём деле, но большинство людей этого не знает» (аят 21). Это сказано о том моменте, когда Иосиф впервые прибыл в Египет юношей, проданным в рабство главному министру.

It is no wonder that this sūrah, and the account and comments it gives, was revealed to the Prophet during that particularly difficult time in Makkah, giving him and his followers solace, comfort and reassurance. Indeed the way I think about the sūrah gives me the feeling that it carries a subtle hint that the Muslims will be made to leave Makkah to settle somewhere else, where they will enjoy power and achieve victory. It is true that the migration appeared to be enforced by the long persecution endured by the Muslim community. But so was the case with Joseph who was taken away from his parents to endure a long series of trials and tribulations: “Thus We established Joseph in the land, and We imparted to him some understanding of the real meaning of statements. God always prevails in whatever be His purpose; though most people may not know it.” (Verse 21) This is stated in relation to the moment when Joseph first arrived in Egypt as a young lad being sold as a slave to the Chief Minister.

Эти мысли, которые сейчас не дают мне покоя, заставляют меня по-особому ценить завершение суры с её итоговыми замечаниями об этой истории. Я могу лишь сослаться на то, что чувствую, хотя выразить подобные чувства словами трудно. Поэтому лучшее, что я могу сделать, — обратиться к самим заключительным аятам: «И до тебя Мы посылали лишь мужчин, которым давали Наши откровения, избирая их из числа жителей городов. Неужели они не путешествовали по земле и не видели, каков был конец тех, кто жил до них?»

These thoughts that press on my mind now give me a special appreciation of the ending of the sūrah with its final comments on the story. I can only refer to what I feel, though putting such feelings into words is difficult. So the best I can do is to refer to the final verses themselves: “Even before your time, We only sent [as messengers] men to whom We gave Our revelations, choosing them from among their people. Have they not travelled the land and seen what was the end of those [unbelievers] who lived before them?

Как рассказано в этой суре, история Юсуфа служит совершенным примером исламского метода повествования, усиливающего его психологическое и воспитательное воздействие, которое направлено на укрепление веры и утверждение доверия к избранному пути. Хотя Коран сохраняет ту же тематику и метод изложения, история Юсуфа выделяется как совершенный пример его художественных особенностей.

As narrated in this sūrah, Joseph’s story provides the perfect example of the Islamic method of story-telling while enhancing its psychological and educational effects that aim to reinforce faith and strengthen trust in its line of action. Although the Qur’ān maintains the same theme and method of presentation, Joseph’s story stands out as a perfect example of its artistic features.

Иосиф, главный герой, показан во взаимодействии со всеми сторонами жизни в самых разных ситуациях. Его испытания, весьма разнообразные по своей природе и последствиям, полностью переданы с естественными человеческими реакциями в каждом случае. Иосиф, совершенный образец смиренного раба Божьего, выходит из всех этих испытаний чистым, незапятнанным и полностью преданным, обращаясь к Богу с горячей молитвой, выражающей его преданность.

Joseph, the main protagonist, is shown interacting with all aspects of life across a wide variety of situations. His trials, greatly varied in nature and effect, are all fully portrayed with natural human reactions in each case. Joseph, a perfect model of God’s humble servant, emerges from all these trials pure, untarnished, fully dedicated, addressing to God a heartfelt prayer that expresses his devotion.

Другие персонажи истории представлены с различной степенью раскрытия, места и внимания. Таким образом, история открывает глубокое понимание человеческой психики, представляя множество ситуаций, чувств, реакций и взаимодействий. Один из таких случаев — Якуб: любящий отец, полный скорби, и пророк, которому уверенно дано особое знание. Другой — братья Юсуфа, движимые завистью, ревностью и личными обидами к составлению коварного замысла, который тяготит их и оставляет ослабевшими и растерянными. Один из них, однако, предстаёт с иным характером, который проявляет себя на различных этапах истории. Третий случай — жена визиря: движимая сексуальным желанием, откровенно выраженным в её поведении, она отражает ситуацию в дворцах Египта в период джахилийи. Она выписана ясно, чтобы дать нам представление о её личном характере и о том, как на неё влияет окружение.

Other characters in the story are presented with varying degrees of exposure, space and focus. The story in this way reveals profound insight into the human psyche, presenting a variety of situations, feelings, reactions and interactions. One such case is that of Jacob, a loving father full of sorrow and a reassured prophet who has been granted special knowledge. Another is that of Joseph’s brothers motivated by envy, jealousy and personal grudges into devising a wicked scheme, which weighs heavily on them and leaves them weak and confused. One of them, however, emerges with a different personality that asserts itself in the various stages of the story. A third case is that of the Chief Minister’s wife: driven by sexual desire, unashamedly explicit in her expression, and reflecting the situation in the palaces of Egypt during a period of jāhiliyyah. She is clearly delineated so as to give us an insight into her personal character and how she is influenced by her environment.

Возьмём случай братьев Юсуфа: мелкие обиды разрастаются в их сердцах до таких размеров, что они теряют из виду всю чудовищность своего страшного преступления. Затем они находят «нравственное оправдание», чтобы успокоить свою совесть.

Take the case of Joseph’s brothers: petty grudges grow in their hearts, reaching great proportions so as to make them lose sight of the enormity of their ghastly crime. They then come up with a ‘moral justification’ to quieten their consciences.

Это оправдание отражает реальность их религиозной среды, ведь они — дети пророка Я‘куба ибн Исхака ибн Ибрахима (мир им всем). Их окружение оставляет явные отпечатки на их образе мышления, чувствах и традициях. Они понимают, что им нужно какое-то оправдание, чтобы умерить ужас их преступления:

This justification reflects the reality of their religious environment, since they are the children of the Prophet Ya`qūb ibn Isĥāq ibn Ibrāhīm (peace be upon them all). Their environment leaves its clear impressions on their way of thinking, feelings and traditions. They know that they need some sort of justification so as to reduce the ghastliness of their crime:

Воистину, в истории Юсуфа и его братьев есть знамения для спрашивающих. Они сказали друг другу: «Поистине, Юсуф и его брат ближе нашему отцу, чем мы, хотя нас много. Воистину, отец наш пребывает в явном заблуждении. Убейте Юсуфа или забросьте его в какую-нибудь далёкую землю, чтобы внимание отца было обращено только на вас. После этого вы станете праведными людьми». Один из них сказал: «Не убивайте Юсуфа, а если уж что-то делать, то бросьте его на дно темного колодца. Его подберёт какой-нибудь караван». [И тогда] они сказали [своему отцу]:

Surely in Joseph and his brothers there are signs for those who inquire. They said [to one another]: ‘Truly, Joseph and his brother are dearer to our father than we, even though we are many. Surely our father is in manifest error. Kill Joseph, or cast him away in some faraway land, so that you have your father’s attention turned to you alone. After that you will [repent and] be righteous people.’ One of them said: Do not kill Joseph, but rather — if you must do something — cast him into the dark depth of this well. Some caravan may pick him up.’ [Thereupon] they sad [to their father]:

«Отец, почему ты не доверяешь нам Юсуфа, когда мы ведь искренне желаем ему добра?

‘Father, why do you not trust us with Joseph, when we are indeed his well-wishers?

«Отпусти его с нами завтра, пусть порезвится и поиграет. Мы, конечно, будем хорошо за ним присматривать». Он ответил: «Мне, конечно, тяжело, что вы берёте его с собой; и я боюсь, что волк съест его, когда вы будете невнимательны к нему». Они сказали: «Если волк съест его, когда нас так много, то мы, несомненно, пропали». И когда они ушли с ним, то решили бросить его на дно колодца. Мы открыли ему [это]: «Ты расскажешь им об этом их деле в то время, когда они не будут тебя знать». С наступлением ночи они пришли к своему отцу, плача, и сказали:

Жена главного министра — ещё один персонаж, в котором проявляется последовательность во всех ситуациях. Сначала мы видим её во власти желания: она ни на что не обращает внимания, стремясь удовлетворить свою необузданную страсть. Её не сдерживают ни женская стыдливость, ни чувство собственного достоинства, ни общественное положение, ни возможный семейный скандал. Она быстро пускает в ход всю свою женскую хитрость и изворотливость, чтобы выставить себя невиновной и в то же время защитить своего возлюбленного, на которого намеренно возвела ложное обвинение. Её цель в том, чтобы ему назначили мягкое наказание, которое спасёт ему жизнь. Опять же, её хитрость помогает ей ответить на обвинения других женщин, используя их схожую слабость перед сексуальным влечением. Когда её собственная неспособность контролировать себя становится очевидной, она признаёт свою решимость получить желаемое и заявляет об этом другим женщинам, которые разделяют с ней ту же страсть и не видят ничего дурного в удовлетворении плотских желаний.

The Chief Minister’s wife is another character that reflects consistency in all situations. We see her first in the grip of desire, heeding nothing as she tries to satisfy her uncontrolled lust. She is restrained neither by feminine shyness, self respect, social position nor by a potential family scandal. She is quick to employ all her female guile and craftiness in order to show herself free of blame and at the same time protect her loved one, at whom she deliberately levelled a false accusation. Her aim here is that he should be given a mild sentence that spares his life. Again her guile helps her to answer other women’s accusations, utilizing their similar weakness against sexual desire. When her own lack of control is exposed, she owns up to her determination to get what she wants, declaring this to the other women who share with her the same lust that sees nothing wrong in satisfying carnal desires.

Хотя эта история изображает такую женщину реалистично и правдиво, показывая момент неудержимого желания в его наиболее острой форме, коранический рассказ, который является лучшим примером исламского художественного мастерства, на протяжении всего повествования сохраняет очень чистую линию.

Although the story paints this type of woman realistically and faithfully, showing the moment of uncontrolled desire at its most urgent, the Qur’ānic account, which provides the best example of Islamic artistry, maintains a very clean line throughout.

Даже в описании женщины, обнажающей свою физическую и душевную наготу, Коран обходит стороной мерзость откровенной эротики, которая характеризует так называемый реализм в литературных произведениях современных обществ, мало считающихся с религиозными ценностями.

Even in the description of a woman exposing her physical and mental nakedness, the Qur’ān steers away from the squalor of explicit eroticism which characterizes what is called realism in literary works of contemporary societies that pay little regard to religious values.

Если проследить историю Юсуфа от начала до конца, мы увидим, что его характер сияет на протяжении всего повествования, проявляя его главные черты в любой среде, в которой он оказывается. Это богобоязненный юноша, воспитанный в доме пророка, где он обрёл свою веру. Ни в один момент мы не видим, чтобы он терял из виду какой-либо из этих элементов. В тёмные часы, когда он несправедливо брошен в темницу, он продолжает мягко, но твёрдо проповедовать свою веру, осознавая окружающую обстановку и зная, как подойти к людям в такой среде. Он понимает, что должен всегда показывать превосходство своей веры своим поведением, которое сохраняет высокие нравственные принципы и ценности.

If we follow Joseph across the whole story, we find his character shining throughout, reflecting its essential characteristics in every environment he finds himself in. He is a God-fearing young man brought up in a prophet’s home where he acquired his faith. At no point do we see him losing sight of any of these elements. In the dark hours when he is unjustly thrown into prison, he continues to advocate his faith gently but firmly, aware of his environment and knowing how to approach people in such an environment. He realizes that he must always reflect the superiority of his faith by his conduct which maintains high moral standards and values:

Два молодых человека вошли вместе с ним в темницу. Один из них сказал: «Мне приснилось, что я выжимаю вино». Другой сказал: «А мне приснилось, что я несу на голове хлеб, и птицы клюют его». «Растолкуй нам значение этих снов, ведь мы видим, что ты один из добродетельных людей». Он ответил: «Не придёт к вам пища, которая вам назначена, прежде чем я растолкую вам значение ваших снов. Это часть знания, которому научил меня мой Господь. Я оставил веру людей, которые не веруют в Бога и отрицают Последний день. Я следую вере моих предков Авраама, Исаака и Якуба. Нам не подобает придавать Аллаху сотоварищей. Это проявление милости Бога, которую Он даровал нам и всем людям, но большинство людей не благодарят. Мои товарищи по темнице! Что лучше: множество разных господ или Бог, Единый, Властвующий над всем сущим? Те, кому вы поклоняетесь вместо Него, – всего лишь имена, которые вы и ваши отцы придумали, и Бог не ниспослал на них никакого довода. Решение принадлежит только Богу. Он повелел, чтобы вы не поклонялись никому, кроме Него. Это истинная вера, но большинство людей не знают этого».

Two young men went to prison with him. One of them said: I saw myself [in a dream] pressing wine.’ The other said: And I saw myself [in a dream] carrying bread on my head, and birds were eating of it.’ ‘Tell us the meaning of these dreams, for we can see that you are a man of virtue.’ [Joseph] answered: ‘Your food which is provided for you will not have come to you before I have informed you of the real meaning of [your dreams]. That is part of the knowledge which my Lord has imparted to me. I have left the faith of people who do not believe in God, and who deny the truth of the life to come. I follow the faith of my forefathers, Abraham, Isaac and Jacob. It is not for us to associate any partners with God. This is part of God’s grace which He has bestowed on us and on all mankind, but most people do not give thanks. My two prison companions! Which is better: [to believe] in diverse lords, or to believe in God, the One who holds sway over all that exists? Those you worship instead of Him are nothing but names you and your fathers have invented, and for which God has given no sanction from on high. All judgement rests with God alone. He has ordained that you should worship none but Him. This is the true faith, but most people do not know it.

Ещё один персонаж — Иаков: любящий, добрый отец и уверенный в себе пророк, который испытывает смесь тревоги и надежды, когда его сын рассказывает ему о своём сне. Он понимает, что сон предвещает очень многообещающее будущее, но в то же время опасается, что шайтан может подтолкнуть его других детей к какому-нибудь нежелательному поступку. Вот он размышляет обо всех сторонах своего характера: «Юсуф сказал отцу: „Отец, я видел во сне одиннадцать звёзд, а также солнце и луну; я видел, как они склоняются предо мной“. „Сынок мой, — ответил он, — не рассказывай свой сон братьям, иначе они замыслят против тебя какое-нибудь зло. Шайтан — явный враг человека. Так же и Господь твой изберёт тебя и научит тебя толковать события. Он полностью одарит тебя Своей милостью, как и семью Иакова, так же как Он одарил ею твоих праотцев Ибрахима и Исхака. Господь твой поистине всезнающ и мудр“».

Another character is Jacob, the loving kindly father and confident prophet who experiences a combination of apprehension and hope when his son tells him of his dream. He recognizes that the dream heralds a very promising future, but he fears at the same time that Satan might prompt his other children to take some undesirable action. We see him here reflecting on all aspects of his character: “Joseph said to his father: ‘Father, I saw in a dream eleven stars, as well as the sun and the moon; I saw them prostrate themselves before me.’ My son,’ he replied, do not relate your dream to your brothers, lest they plot some evil against you. Satan is indeed man’s open enemy. Even thus will your Lord make you His chosen one, and will impart to you some understanding of the real meaning of statements. He will perfect His favour to you and to the House of Jacob, as He perfected it to your forefathers, Abraham and Isaac. Your Lord is certainly All-Knowing, Wise.’“ (Verses 4-6)

Затем мы снова встречаем его, когда его сыновья пытаются убедить его отпустить с ними Юсуфа, а затем сообщают ему ошеломляющую новость о пропаже Юсуфа:

We then meet him again as his sons try to persuade him to let them take Joseph with them, followed by them giving him the shocking news of Joseph’s disappearance:

Они сказали: «Отец, почему ты не доверяешь нам Юсуфа, когда мы ему искренне желаем добра? Отпусти его с нами завтра, пусть он порадуется и поиграет. Мы непременно будем заботиться о нём». Он ответил: «Мне тяжело, что вы уведёте его с собой, и я боюсь, что волк съест его, когда вы будете невнимательны к нему». Они сказали: «Если волк съест его, когда нас так много, то мы, конечно, окажемся никчёмными». И когда они увели его с собой, то решили бросить его на дно колодца. Мы передали ему откровение: «Ты непременно сообщишь им об этом их деянии в то время, когда они не будут знать тебя». Вечером они пришли к своему отцу, плача, и сказали: «Отец, мы отправились состязаться в беге и оставили Юсуфа при наших вещах, и волк съел его. Но ты не поверишь нам, даже если мы говорим правду». И они принесли его рубашку, запятнанную ложной кровью. Он сказал: «Нет, но ваши души склонили вас к злу. Прекрасное терпение! Только к Богу я обращаюсь за помощью в этом несчастье, которое вы описали».

Подход Корана, который состоит в верном изображении реальности при сохранении ценностей чистоты и благопристойности, проявляется не только в описании человеческих качеств. Он ясно виден и в верном повествовании о событиях: они показаны так, как происходили на самом деле, с точным обозначением их обстоятельств, предыстории, времени и места. Каждое движение, чувство, реакция и, действительно, каждое слово приводятся в свое надлежащее время.

The Qur’ānic approach of faithfully painting reality while maintaining the values of purity and propriety is not limited to the sketching of human characteristics. It is also clearly seen in the faithful narration of events, showing them as they took place, accurately outlining their circumstances, background, time and place. Every movement, feeling, reaction and indeed every word is given at the appropriate time.

Всё это в равной мере относится и к изображённым персонажам.

All this is similarly true of the characters painted.

Даже сексуальные чувства и установки получают должное место в рамках чистого подхода, подобающего человеку. Мы не видим здесь ни фальсификации, ни искажения, ни подавления человеческой реальности, её масштаба или целостности. Однако придание этим моментам надлежащего места по отношению к остальным событиям не означает сосредоточения на них так, будто они составляют всю реальность человека и являются стержнем его жизни. Это противоречит неисламскому подходу, или джахилийи, который стремится убедить нас в том, что только такое сосредоточение создает реалистичное искусство.

Even sexual feelings and attitudes are given their full space, within the limits of the clean approach that suits man. We see no falsification, distortion or suppression of the human reality, its scope or integrity. However, giving these moments their proper space in relation to the rest of events does not mean focusing on them as if they were the total reality of humans and the pivotal element in their life. This is contrary to the un-Islamic or jāhiliyyah approach which wants us to believe that only such focus produces realist art.

Джахилия деформирует человека под предлогом художественного реализма. Она приближает объектив к сексу, словно он составляет всю суть человеческой жизни, превращая его в глубокое болото, окружённое соблазнительными, но дурными цветами. Не верность действительности заставляет джахилию избирать такой подход к сексу. Это делается потому, что его поощряют «Протоколы сионских мудрецов». Эти «Протоколы» хотят видеть человека лишённым всех ценностей, кроме животных и плотских, чтобы сионистов не считали единственными людьми, которые отреклись от всех нематериальных ценностей. Они хотят, чтобы человечество увязло в трясине секса, направив на него все свои силы. Это надёжнейший путь к уничтожению человечества и к тому, чтобы оно пало ниц перед приближающимся сионистским царством. Искусство они делают своим орудием для воплощения всего этого зла. Кроме того, они усердно распространяют новые учения, используя их так, чтобы служить той же цели, при этом утверждая, что эти учения «научны». Примеры таких учений: дарвинизм, фрейдизм, марксизм и научный социализм. Всё это объединяет общая цель: служить злым сионистским замыслам.

История не просто рассказывает о событиях и рисует персонажей. Она выходит за эти рамки и указывает на период истории, в который происходили эти события, и описывает его общие черты. Таким образом, сцена приобретает международное историческое измерение. Мы кратко упомянем некоторые из них.

The story does not only relate events and draw characters. It goes beyond this to point out the period in history when these events took place, and describes its general features. Thus the stage acquires an international historical dimension. We will briefly refer to some of these.

Египет в то время не управлялся фараонами египетского происхождения. Он находился под властью кочевого народа, который узнал кое-что о единой вере от Авраама, Исмаила, Исаака и Иакова, живших неподалёку. Об этом мы заключаем из того, что правитель Египта в то время назван в Коране титулом царя, тогда как правитель Египта в истории Мусы имеет известный египетский титул — фараон. Это различие определяет время пребывания Юсуфа в Египте, а именно период между 13-й и 17-й династиями, которые принадлежали кочевникам, называвшимся египтянами гиксосами. Говорили, что это было уничижительное прозвание, означавшее свиней или свинопасов. Их власть в Египте продлилась около полутора веков.

Egypt was not ruled at the time by pharaohs of Egyptian descent. It was instead under the rule of a nomadic people who had learnt something about the divine faith from Abraham, Ishmael, Isaac and Jacob who lived nearby. We deduce this from the fact that the ruler of Egypt at the time is given in the Qur’ān the title of King, while the ruler of Egypt in the story of Moses is given the well-known Egyptian title, Pharaoh. This distinction determines the time when Joseph was in Egypt, namely between the 13th and 17th dynasties, which belonged to the nomads whom the Egyptian people called the Hyksos. This was said to be a derogatory appellation which referred to pigs or pig farmers. Their rule in Egypt lasted about one and a half centuries.

Иосиф был послан Посланником Бога в этот период. Он начал свой призыв к исламу в его широком смысле, то есть к религии абсолютного монотеизма, находясь в темнице. Мы видим, как он там разъясняет, что это вера его предков, Авраама, Исхака и Якуба, и даёт точное изложение её сути: «Я оставил веру людей, которые не веруют в Бога и отрицают истинность жизни в грядущем. Я следую вере моих предков, Ибрахима, Исхака и Якуба. Нам не подобает придавать Богу какого-либо сотоварища. Это часть милости Бога, которой Он одарил нас и всё человечество, но большинство людей не благодарят. О мои два товарища по темнице! Что лучше: различные господа или Бог, Единый, владеющий всем сущим? То, чему вы поклоняетесь вместо Него, — лишь имена, которые вы и ваши отцы придумали, и для которых Бог не ниспослал никакого подтверждения. Всё решение принадлежит только Богу. Он повелел, чтобы вы не поклонялись никому, кроме Него. Это истинная вера, но большинство людей не знают этого». (Аяты 37–40)

Для исламского движения эта история содержит ясные уроки, некоторые из которых особенно актуальны для определённых этапов его развития, тогда как другие отвечают постоянным и неизменным потребностям. Кроме того, через эту историю и в рамках суры в целом, особенно в её заключительных комментариях, устанавливаются определённые факты. Мы кратко остановимся на некоторых из них.

For the Islamic movement, the story provides clear lessons, some of which are particularly relevant to certain stages of its progress, while others answer clear permanent needs. In addition, certain facts are established through the story and within the sūrah as a whole, particularly in its final comments. We will briefly refer to some of these.

Мы уже упоминали, что ниспослание этой суры и рассказ, который в ней излагается, особенно соответствовали тому критическому периоду, через который проходило исламское послание в Мекке, и тем лишениям, которые претерпевали Пророк ﷺ и его немногочисленные последователи.

We have already mentioned that the revelation of this sūrah and the story it narrates were particularly suited to the critical period the Islamic message went through in Makkah, and the hardship endured by the Prophet and his few followers.

Это проявляется в рассказе о испытаниях, которые выпали на долю Юсуфа, благородного брата Мухаммада, Посланника Бога ﷺ, и о том, как ему пришлось покинуть свою землю, пока ему не была дарована власть в другом месте. Это даёт нам понимание нравственного смысла этой истории, который соответствует потребностям исламского призыва в то конкретное время. Так мы получаем представление о деятельной природе Корана, поскольку он объясняет сущность послания и даёт мусульманской общине практические указания с ясными и чётко определёнными целями.

This is manifested through the relation of the trials endured by Joseph, a noble brother of Muĥammad, God’s Messenger, and how he had to depart from his land until he was given power elsewhere. This gives us an aspect of the moral of the story which fits in with the needs of the Islamic message at that particular time. We thus have an insight into the action-oriented nature of the Qur’ān, as it explains the nature of the message and gives the Muslim community practical directives with clear and well defined objectives.

В нашем анализе этой истории мы также обращались к ясной, подробной и точной картине божественной веры, ислама, нарисованной Юсуфом (мир ему).

In our analysis of the story, we have also referred to the clear, detailed and accurate picture of the divine faith, Islam, drawn by Joseph (peace be upon him).

Эта картина заслуживает долгого размышления. Она начинается с утверждения единства веры, основанной на полной покорности Богу и проповедуемой всеми посланниками Бога. Мы видим, что основные элементы этой веры полностью включены в каждое послание. Все они основаны на совершенном монотеизме, подчёркивающем единство Бога и Его господство над человечеством, которое должно полностью покоряться только Ему. Эта вера во всех её посланиях также утверждает существенную веру в загробную жизнь. Это противоречит тому, что известно как сравнительное изучение религий, которое утверждает, что человечество начало верить в Единого Бога и в загробную жизнь лишь на очень позднем этапе истории человечества, пройдя через различные формы идолопоклонства и дуализма. Оно также утверждает, что прогресс в области религии отражает прогресс человечества в науке и промышленности. Таким образом, сравнительное изучение религий подразумевает, что все религии были продуктом человека, подобно науке и промышленности.

Первый комментарий, который сура делает в своём заключительном отрывке, следующем за длинным повествованием, показывает абсурдность отрицания курайшитами истинности откровения: она опирается на историю, рассказанную в этой суре. В ней говорится, что Пророк ﷺ не присутствовал при событиях этой истории: «Это весть о сокрытом, которую Мы открываем тебе. Ты не был с ними, когда они решили своё дело и строили козни» (аят 102). Этот комментарий связан с вступительным комментарием в начале суры: «Открывая этот Коран, Мы рассказываем тебе лучшее из повествований».

The first comment the sūrah makes in its final passage that follows the long story shows the absurdity of the Quraysh’s denial of the truth of revelation with a statement based on the history related in this sūrah. It states that the Prophet was not present when the events of this history took place: “That is an account which We have now revealed to you, speaking of things that have been beyond your perception. You were not present when they [i.e. Joseph’s brothers] resolved upon their plans and completed their schemes.” (Verse 102) This comment ties up with the introductory one at the beginning of the sūrah: “In revealing this Qur’ān We relate to you the best of narratives.

«И ты прежде этого был из числа тех, кто не знал [откровения]». (Аят 3)

Before it you were among those who are unaware [of revelation].” (Verse 3)

Таким образом, вводное утверждение сочетается с заключительным, формируя целостную картину истины. Тем самым оно также опровергает выдвинутые возражения и отрицания.

The introductory statement thus dovetails with the end one to form a picture of the truth. In this way it also counters the objections and denials raised.

Далее следует утешительное послание Пророку, чтобы он не придавал чрезмерного значения тем, кто отвергает его призыв. Это показывает, насколько упорно они отказываются задуматься о знамениях, которые Бог расположил повсюду во вселенной вокруг них. Эти знамения достаточны, чтобы пробудить человеческую природу к истине веры и заставить её прислушаться к божественному посланию и принять доказательства, подтверждающие его. Им угрожают наказанием Бога, которое может настичь их внезапно: «Как бы ты ни желал этого, большинство людей всё же не уверуют. Ты не просишь у них за это никакой награды. Это лишь напоминание Бога всему человечеству. Многие же знамения на небесах и на земле проходят они мимо, не обращая на них внимания. И большинство из них не веруют в Бога, не приписывая Ему сотоварищей. Неужели они уверены, что на них не обрушится всепоглощающая кара Бога и что Час не настигнет их внезапно, когда они не будут ожидать его?» (аяты 103–107). В этих аятах содержатся основополагающие истины о людях, которые не верят в истинную божественную веру. Это особенно отмечено в утверждении: «И большинство из них не веруют в Бога, не приписывая Ему сотоварищей» (аят 106). Это точное описание многих людей, которые не сформировали истинного представления о единобожии, из-за чего вера смешивается с неверием.

Полезно в конце этого пролога к суре, повествующей о Юсуфе, выделить некоторые аспекты тонкой гармонии, пронизывающей всю суру, приведя некоторые из её наиболее изящных примеров.

It is useful at the end of this Prologue to the sūrah relating Joseph’s story to highlight some aspects of the fine harmony that runs throughout the sūrah, citing some of its finer examples.

• Эта сура, как и весь Коран, придерживается определённой закономерности: некоторые слова и выражения часто повторяются, чтобы создать общую атмосферу и характер суры. Например, здесь очень часто упоминается знание, а невежество упоминается несколько раз.

• This sūrah follows the same pattern of the Qur’ān when certain words and expressions are often repeated to contribute to the general atmosphere and character of the sūrah. For example, here knowledge is mentioned very frequently, while ignorance is mentioned on several occasions:

Так и Господь твой изберёт тебя и научит тебя толкованию снов и речений, и исполнит Свою милость над тобою и над родом Якова, как исполнил её прежде над твоими праотцами, Авраамом и Исхаком. Воистину, Господь твой — Всезнающий, Мудрый. (Коран, 12:6)

Even thus will your Lord make you His chosen one, and will impart to you some understanding of the real meaning of statements. He will perfect His favour to you and to the House of Jacob, as He perfected it to your forefathers, Abraham and Isaac. Your Lord is certainly All-Knowing, Wise. (Verse 6)

Так Мы утвердили Юсуфа в земле и научили его толкованию снов. Аллах властен над Своим делом, но большинство людей этого не знают. Note: The rules require writing "God" rather than "Allah", so the correct translation is: Так Мы утвердили Юсуфа в земле и научили его толкованию снов. Бог властен над Своим делом, но большинство людей этого не знают.

Thus We established Joseph in the land, and We imparted to him some understanding of the real meaning of statements. God always prevails in whatever be His purpose; though most people may not know it. (Verse 21)

И когда он достиг зрелости, Мы даровали ему мудрость и знание. Так Мы вознаграждаем творящих добро. (Аят 22)

And when he attained his full manhood, We bestowed on him wisdom and knowledge. Thus do We reward those who do good. (Verse 22)

Господь его откликнулся на его мольбу и отвёл от него их козни. Лишь Он слышит всё и знает всё. (Аяат 34)

His Lord answered his prayer and warded off their guile from him. It is He alone who hears all and knows all. (Verse 34)