Марьям (Мария)

Марьям (Мария) - В тени Корана | Quran Course

0% read · 2 min left

В тени Корана Bookmark

This chapter was translated automatically from English and may contain mistakes. Read the original

Show original

Марьям (Мария)

Maryam (Mary)

by Sayyid Qutb2 min readViewed 152 times

Пролог

Prologue

Центральная тема этой суры — единобожие Аллаха, отвержение всех представлений и идей, приписывающих Ему сына или сотоварища. Сура также затрагивает важный вопрос воскресения, который тесно связан с понятием единобожия. В этом сура следует той же схеме, что и большинство, если не все суры, ниспосланные в Мекке.

The central theme of this sūrah focuses on God’s oneness, rejecting all concepts and ideas assigning a son or a partner to Him. It also touches on the important issue of resurrection, intertwined as it is with the concept of God’s oneness. In this, the sūrah follows the same pattern as most, if not all, sūrahs revealed in Makkah.

Сура раскрывает свою тему через несколько рассказов, начиная с истории Закарии и его сына Яхьи, за которой следует история Марьям и рождения Исы. Затем приводится часть истории Ибрахима с его отцом, после чего кратко упоминаются другие пророки: Исхак, Якуб, Муса, Харун, Исмаил, Идрис, Адам и Нух. Эти рассказы занимают почти две трети суры и подкрепляют истину единобожия Бога, воскресения, а также то, что у Бога нет ни детей, ни сотоварищей.

Сура изображает весь спектр реакций и чувств в человеческой душе, а также во вселенной вокруг неё. Этот мир, который мы представляем себе лишённым смысла, предстаёт обладающим собственной душой, способной к восприятию и чувствам. Это усиливает общую атмосферу суры: мы видим, как небеса, земля и горы в гневе реагируют так сильно, что едва не раскалываются или не обращаются в прах. И всё это из-за того, что «люди приписывают Милостивому сына, хотя Милостивому не подобает брать себе сына» (стихи 91–92). Реакции человеческой души представлены в суре на протяжении всего её текста, от начала до конца. Её основные истории полны таких реакций, особенно история Марьям и рождения Иисуса.

The sūrah portrays a full range of reaction and feeling within the human soul as also within the universe around it. This world which we imagine to be senseless is shown to have a soul of its own capable of sense and feeling. This adds to the general atmosphere of the sūrah as we see the heavens, the earth and the mountains in anger, reacting so strongly as to almost be rent asunder or levelled down. All this because “people should ascribe a son to the Most Merciful, although it is inconceivable that the Most Merciful should take to Himself son.” (Verses 91-92) Reactions within the human soul are shown throughout the sūrah from start to finish. Its main stories are full of such reactions, particularly in that of Mary and the birth of Jesus.

Сура отличается особой атмосферой милосердия, умиротворённости и непосредственной близости к Богу. Она начинается с рассказа о милости, которую Бог даровал Закарии, и о том, как он обратился к Богу с тайной мольбой: «Это — повествование о милости твоего Господа к Его рабу Закарие, когда он воззвал к своему Господу тайно» (аяты 2–3). Слова «милость», «сострадание» и их синонимы часто упоминаются на протяжении всей суры вместе с атрибутами Бога — Благодетельного и Милосердного. Счастье, которое обретут верующие в будущей жизни, описано как любовь: «Тем же, кто уверовал и совершал благие деяния, Милостивый даст любовь» (аят 96). Среди благодеяний, которыми Бог одарил Яхью, было то, что он был сострадательным: «Мы дали ему мудрость, когда он был ещё юношей, а также по Нашей милости — сострадание и чистоту; и он был [всегда] праведным» (аяты 12–13). Подобно этому, Иса по милости Бога был почтителен к своей матери, мягок и приветлив в обращении: «Он сделал меня почтительным к моей матери, не высокомерным и не лишённым милости» (аят 32).

The sūrah has a distinctive ambience of compassion, contentedness and direct relation with God. It opens with an account of the grace God bestowed on Zachariah, and how he addressed God in a secret appeal: “This is an account of the grace which your Lord bestowed on His servant Zachariah: when he called out to his Lord in the secrecy of his heart.” (Verses 2-3) The words of grace, compassion and their synonyms are frequently mentioned throughout the sūrah, together with God’s attributes of beneficence and mercy. The happiness the believers will enjoy in the life to come is described as love: “As for those who believe and do righteous deeds, God will certainly bestow love on them.” (Verse 96) Among the favours God bestowed on John is that he was compassionate: “We granted him wisdom while he was still a youth, as well as, by Our grace, compassion and purity; and he was [always] righteous.” (Verses 12-13) Similarly, Jesus was, by the grace of God, dutiful to his mother, gentle and friendly in his manners: “He has made me kind to my mother, not haughty or bereft of grace.” (Verse 32)

Сура даёт хорошие примеры изменения ритма, окончаний аятов и рифм в зависимости от темы и общей атмосферы. В начале, когда сура рассказывает о пророках Закарии и Яхье, аяты рифмуются со слогом «я», что даёт средний гласный в конце. Эта же рифма сохраняется на протяжении рассказа о Марьям и Исе, а также в кратких повествованиях о других пророках, которые следуют за ним. Когда эти рассказы завершаются, сура высказывается об истине относительно Ису, сына Марьям, с окончательным суждением о его сыновстве. Здесь мы видим иной тип окончаний аятов, где слова с долгим гласным «и» или «у» сопровождаются носовым «м» или «н», создавая впечатление устоявшегося и окончательного вопроса.

The sūrah provides good examples of variations in cadence, verse- endings and rhymes according to the subject being discussed and the overall atmosphere. At the start, when the sūrah relates its account of the prophets Zachariah and John, the verses rhyme with the syllable, ‘ya’ giving a medium vowel at the end. The same rhyme is maintained throughout the story of Mary and Jesus as well as the brief accounts of other prophets that follow. When these accounts are concluded, the sūrah comments on the truth about Jesus, son of Mary, with the final verdict on his sonship. Here we have a different kind of verse-ending where words with a long ‘ee’ or ‘oo’ vowel are followed by a nasal ‘m’ or ‘n’ giving the impression of a settled and final matter.

Когда этот раздел завершается, сура возвращается к рассказам о прежних пророках, начиная с Ибрахима и его отца. Прежняя, лёгкая и мягкая рифма снова звучит до тех пор, пока сура не переходит к обсуждению наказания, которое ждёт тех, кто отвергает истину и противится посланию и посланникам Бога. Здесь ритм становится сильнее, и рифма меняется: появляется средний гласный звук «а», перед которым стоит звонкий взрывной звук «д». Когда сура обличает и порицает неверие безбожников, ритм становится ещё более мощным, и рифма передаётся удвоенным звуком «д». Так сура являет собой совершенный пример искусно построенных рифмы и ритма, которые находятся в безупречной гармонии с общим смыслом и настроем текста. И то и другое создаёт общую атмосферу суры, благодаря которой она с удивительной лёгкостью переходит от одной темы к другой.

When this is complete, the sūrah resumes its accounts of earlier prophets commencing with Abraham and his father. The earlier, easy and gentle rhyme is picked up again until the sūrah begins its discussion of the punishment that awaits those who reject the truth and oppose God’s message and messengers. Here the cadence becomes stronger, and the rhyme changes to be a medium vowel ‘a’ preceded by the voiced, plosive ‘d’ sound. When the attitude of the unbelievers comes in for criticism and denunciation, the rhythm becomes even more powerful, reflected by a doubled ‘d’ sound for the rhyme. Thus the sūrah provides a perfect example of manipulated rhyme and rhythm such that it is in flawless harmony with the overall meaning and atmosphere. Both contribute to the general ambience of the sūrah as it moves with perfect ease from one subject to another.

Во второй части содержится эпизод из жизнеописания Авраама, в котором он отрёкся от верований своего многобожного народа. Рассказывается о том, как Бог вознаградил его потомством, которое положило начало целому народу. Части содержат краткие упоминания других пророков, тех, кто следовал их руководству, и тех, кто заблуждался в последующих поколениях, и разъясняется окончательная участь обеих групп. Завершается часть утверждением, что владычество над вселенной едино и что Господа следует почитать без придания Ему сотоварищей: «Он — Господь небес и земли и всего, что между ними. Так поклоняйся Ему и будь терпелив в поклонении Ему. Знаешь ли ты кого-нибудь, чьё имя достойно упоминания наряду с Его именем?» (аят 65)

The second part includes an episode from Abraham’s life story, in which he dissociated himself from the beliefs of his idolatrous community. It tells how God compensated him with offspring that brought a whole nation into being. It includes brief references to other prophets, those who followed their guidance and those who erred in succeeding generations, explaining the ultimate destiny of both groups. It ends with a declaration that Lordship in the universe is one and the Lord must be worshipped without association of partners with Him: “He is the Lord of the heavens and the earth and all that is between them. Worship Him alone, then, and remain steadfast in His worship. Do you know any whose name is worthy to be mentioned side by side with His?” (Verse 65)