Эта сура была ниспослана в Мекке, когда Ислам был окружён могущественными врагами, а государства, которое могло бы применять его законы, не существовало. Рабство было широко распространено в Аравии и во всём мире. Обращение с рабами было жестоким. Когда некоторые рабы или бывшие рабы, такие как `Аммар ибн Ясир и его семья, Билаль ибн Рабах и другие, приняли Ислам, их положение стало ещё хуже, и их жестокие хозяева подвергали их невыносимым пыткам. Тогда стало ясно, что единственный способ спасти их — выкупить их у хозяев. Абу Бакр, сподвижник Пророка ﷺ, как всегда, первым откликнулся на этот призыв, проявив всю необходимую для этого смелость и благородство.
This sūrah sas revealed in Iakkah when IslaM was surrounded powerful enemies and the state that would implement its laws s non-existent. Slavery was widespread in Arabia and the world large. The treatment meted out to slaves was brutal. When some the slaves or former slaves, like `Ammār ibn Yāsir and his family, Bilāl ibn Rabah, and others, accepted Islam their plight became worse, and their cruel masters subjected them to unbearable torture. then became clear that the only way to save them was to buy them from their masters. Abū Bakr, the Prophet’s Companion, was, as usual, the first to rise to the occasion, with all the boldness and gallantry it required.
Ибн Исхак передаёт:
Ibn Isĥāq relates:
Билаль, раб Абу Бакра, принадлежал некоему человеку из рода Джумах, поскольку родился в рабстве. Однако он был искренним мусульманином и чистым сердцем. Умайя ибн Халаф, хозяин из рода Джумах, обычно выводил Билала, когда становилось невыносимо жарко, приказывал уложить его на спину на раскалённый песок Мекки и положить ему на грудь огромный камень. Затем он говорил Билалу, что тот должен оставаться в таком положении до самой смерти или до тех пор, пока не отречётся от Мухаммада ﷺ и не признает богами идолов, называемых аль-Лат и аль-Уззой, богинями языческих арабов. Под таким давлением Билал лишь повторял: «Один, один», имея в виду, что есть только один Бог.
Bilāl, Abū Bakr’s servant, was owned by some individual of the clan of Jumaĥ as he was born a slave. He was, however, a genuine Muslim and clean- hearted. Umayyah ibn Khalaf, the Jumaĥ master, used to take Bilāl out when it became unbearably hot and order him to be laid down on his back on the hot sand of Makkah and cause a massive rock to be placed on his chest. Then, he would say to Bilāl that he was to stay like that until he died or renounced Muĥammad and accepted as deities the idols called al-Lat and al-‘Uzzā, the goddesses of the pagan Arabs. Under all such pressure, Bilāl would simply say, ‘One, One,’ meaning that there is only one God.
Однажды Абу Бакр проходил мимо и увидел Билала в таком состоянии. Он сказал Умайе: «Разве ты не боишься Бога, мучая этого беспомощного человека? Сколько ты еще сможешь так продолжать?» Умайя ответил: «Ты его испортил, так спаси его сам». Абу Бакр сказал: «Так и сделаю. У меня есть чернокожий раб, который исповедует твою религию, но он сильнее и крепче Билала. Что скажешь насчет обмена?» Умайя сказал: «Согласен». Абу Бакр сказал: «Тогда он твой». После этого Абу Бакр забрал Билала и освободил его.
One day, Abū Bakr passed by and saw Bilāl in that condition. He said to Umayyah: ‘Do you not fear God as you torture this helpless soul? How long can you go on doing this?’ Umayyah replied, ‘You spoiled him, so you save him.’ Abū Bakr said, ‘I will. I have a black boy who follows your religion but he is stronger and more vigorous than Bilāl. What do you say to an exchange deal?’ Umayyah said, ‘I accept.’ Abū Bakr said, ‘Then he is yours.’ Then Abū Bakr took Bilāl and set him free.
Находясь в Мекке, до переселения в Медину, Абу Бакр освободил всего семерых человек: `Амира ибн Фахиру, который участвовал в битве при Бадре и был убит в битве при Бир Ма`уне, стал единственным мужчиной, освобождённым Абу Бакром. Остальные пятеро были женщинами. Первыми двумя были Умм Убайс и Занира, которая лишилась зрения после освобождения. Некоторые из курайшитов утверждали, что именно идолы аль-Лат и аль-‘Уззы стали причиной потери ею зрения.
While in Makkah, before the migration to Madinah, Abū Bakr freed a total of seven people: `Āmir ibn Fahīrah, who fought in the Battle of Badr and was killed in the Battle of Bi’r Ma`ūnah, was the only other man freed by Abū Bakr. The other five were women. The first two were Umm `Ubays and Zanīrah, who lost her eyesight when she was freed. Some of the Quraysh claimed that the two idols al-Lāt and al-‘Uzzā caused the loss of her eyesight.
Зунайра сказала: «Какая чушь! Аль-Лат и аль-Узза совершенно бессильны». Тогда Бог пожелал, чтобы она вернула себе зрение.
Zanīrah said, ‘What rubbish! Al-Lāt and al-‘Uzzā are absolutely powerless.’ God then willed that she should recover her sight.
Абу Бакр также освободил женщину по имени ан-Нахдия и её дочь, которые принадлежали женщине из рода Абд ад-Даар. Однажды он проходил мимо этих двух женщин, когда их госпожа посылала их молоть муку. Давая им указания, она воскликнула: «Клянусь Богом, я никогда вас не освобожу!» Абу Бакр сказал ей: «Освободи себя от своей клятвы». Она ответила: «Это ты их испортил. Почему бы тебе не освободить их?» Он спросил: «Сколько ты хочешь за них?» Она назвала свою цену. Он сказал: «Сделка заключена, и они свободны». Затем он обратился к двум женщинам и велел им вернуть той женщине её муку. Они предложили сначала закончить помол для неё, и он согласился.
Abū Bakr also freed a woman called al-Nahdiyyah and her daughter, who belonged to a woman of the clan of `Abd al-Dār. One day he passed by the two women as their mistress was sending them on an errand to prepare some flour. As she gave them her instructions, she declared: ‘By God, I will never set you free.’ Abū Bakr said to her, ‘Release yourself of your oath.’ She rejoined, ‘It was you who spoilt them. Why don’t you set them free?’ He said, ‘How much do you want for them?’ She named her price. He said, ‘It is a deal, and they are free.’ He turned to the two women and told them to give the woman her flour back. They suggested that they should finish preparing it for her first and he agreed.
Пятой была мусульманка-рабыня из клана Му'аммал. Её пытал Умар ибн аль-Хаттаб, который в то время ещё был неверующим. Он бил её, пока не устал, а затем сказал ей: «Прости меня. Я перестал бить тебя только потому, что мне наскучило». На это она ответила: «Так пусть Бог воздаст тебе!» Абу Бакр выкупил её и освободил.
The fifth woman was a Muslim slave of the clan of Mu`ammal. She was being tortured by `Umar ibn al-Khaţţāb, who was then still an unbeliever. He beat her until he was tired and said to her, ‘I apologize to you. I have only stopped beating you because I am bored,’ to which she replied, And so God shall thwart you.’ Abū Bakr bought her and set her free.
Абу Кухафа, отец Абу Бакра, сказал ему: «Сынок, я вижу, ты освобождаешь слабых рабов. Почему бы тебе не освобождать сильных мужчин, которые могли бы защищать тебя и оберегать?» Абу Бакр ответил: «Я делаю это только ради Бога, отец». Так Абу Бакр взошёл на трудный подъём, освобождая этих беспомощных душ ради Бога. Сопутствующие обстоятельства в том обществе делали такой поступок одним из важнейших шагов на пути к восхождению.27
Abū Quĥāfah, Abū Bakr’s father, said to him, ‘I see you, son, freeing some weak slaves. Why don’t you free some strong men who can defend and protect you?’ Abū Bakr replied, ‘I am only doing this for the sake of God, father.’ Thus Abū Bakr scaled the ascent by freeing those helpless souls, for the sake of God. The attendant circumstances in that particular society make such an action one of the most important steps towards scaling the ascent.27
«Или накормить в день голода сироту из близких или бедняка, находящегося в бедственном положении». (Аяты 14–16) Время голода и лишений, когда пища становится скудной, — это время, когда проверяется подлинность веры. Ведь сироты в том жадном, скупом и неблагодарном обществе притеснялись и обижались даже собственными родственниками. Коран полон аятов, призывающих людей хорошо обращаться с сиротами. Само по себе это является мерой жестокости окружения, в котором жили сироты. Доброе отношение к сиротам также настойчиво предписывается в сурах, ниспосланных в Медине, где излагаются правила наследования, опеки и брака, особенно в сурах 2, «Корова», и 4, «Женщины». То же можно сказать и о кормлении нуждающихся в день голода, что здесь представлено как ещё один шаг на пути восхождения. Ведь это снова испытание, которое раскрывает качества верующего, такие как милосердие, сострадание, готовность помогать и отсутствие эгоизма. Оно также показывает, насколько сильна боязнь Аллаха в человеке.
“Or the feeding, on a day of famine, of an orphaned near of kin, or a needy man in distress.” (Verses 14-16) A time of famine and hunger, when food becomes scarce, is a time when the reality of faith is tested. For orphans in that greedy, miserly and ungracious society were oppressed and mistreated even by their relatives. The Qur’ān is full of verses which urge people to treat orphans well. This, in itself, is a measure of the cruelty of the orphans’ surroundings. Good treatment for orphans is also urged in the sūrahs revealed in Madinah, as they outline the rules of inheritance, custody and marriage, especially in Sūrahs 2, The Cow, and 4, Women. The same can be said of feeding the needy on a day of famine, which is portrayed here as another step for scaling the ascent. For this is again a test which reveals the characteristics of the believer, such as mercy, sympathy, co-operation and lack of selfishness. It also reveals the extent of one’s fear of God.
Эти два шага — освобождение рабов и кормление нуждающихся — упомянуты в суре как необходимые в существовавшей на момент ниспослания ситуации. Однако их значение имеет общий характер, чем и объясняется то, что они названы первыми. За ними следует самый широкий и самый важный из всех шагов: «и быть из тех, которые уверовали и заповедовали друг другу терпение и заповедовали друг другу милосердие» (аят 17). Союз в арабском тексте — «затем» (ثُمَّ), но здесь он не указывает на порядок во времени; он используется просто как введение к утверждению о самом важном и ценном шаге из всех на пути восхождения. Ведь какова была бы ценность освобождения рабов или накормления голодных без веры? Именно вера придаёт таким деяниям ценность и вес пред Богом, поскольку связывает их с глубокой и последовательной системой. Благодаря этому благие дела перестают быть результатом мимолётного порыва. Их целью не являются общественная репутация или личная выгода.
These two steps, freeing slaves and feeding the needy, are mentioned in the sūrah as necessary in the existing situation at the time of revelation. However, their implication is general, which accounts for their being mentioned first. They are followed by the widest and most important step of all: “And to be of those who believe and enjoin on one another to be patient in adversity, and enjoin mercy on one another.” (Verse 17) The conjunction in the Arabic text is ‘then’, but it does not signify here any time ordering; it is used simply as an introduction to the statement about the most important and valuable step of all towards scaling the ascent. For what would be the value of freeing slaves or feeding the hungry without faith? It is faith which gives such actions their value and their weight in God’s sight, because it relates them to a profound and consistent system. Thus good deeds are no longer the result of a momentary impulse. Their aim is not any social reputation or self-interest.
Терпение в испытаниях является важным элементом в общем контексте веры, а также в частном контексте стремления к восхождению. То, что люди призывают друг друга быть терпеливыми в испытаниях, означает достижение более высокого уровня, чем обладание таким качеством самому. Это практическое проявление солидарности верующих, которые тесно сотрудничают, чтобы исполнять свои обязанности как верующие в Бога. Общество, образованное верующими, представляет собой цельную структуру, элементы которой разделяют одни и те же чувства и одно и то же осознание необходимости прилагать усилия для утверждения божественной системы на земле и полностью исполнять её предписания. Поэтому они призывают друг друга стойко выдерживать испытания, неся общую ответственность. Они объединяются, чтобы поддерживать друг друга в достижении общей цели. Это нечто большее, чем стойкость отдельных людей, хотя и опирается на неё. Ведь это указывает на роль отдельного человека в обществе верующих, а именно на то, что он должен быть опорой силы и источником надежды и утешения для всего общества.
Patience in adversity is an important element in the general context of faith as well as in the particular context of attempting the ascent. That people should counsel each other to be patient in adversity is to attain a highest level than that of having such a quality themselves. It is a practical demonstration of the solidarity of the believers as they co-operate closely to carry out their duties as believers in God. The society formed by the believers is an integrated structure whose elements share the same feelings and the same awareness about the need to exert themselves in establishing the divine system on earth and to carry out its duties fully. Hence, they counsel each other to persevere as they shoulder their common responsibilities. They rally to support one another in order to achieve their common objective. This is something more than perseverance by individuals, although it builds on it. For it indicates the individual’s role in the believers’ society, namely, that he must be an element of strength and a source of hope and comfort to the whole society.
То же относится и к взаимному призыву друг друга к милосердию, что является ступенью выше, чем просто проявлять милосердие самим. Так дух милосердия распространяется среди верующих, поскольку они рассматривают такое взаимное увещевание как индивидуальный и коллективный долг, в исполнении которого все сотрудничают. Отсюда в этом предписании очевидна идея «общности», что подчёркивается и в других местах Корана, и в хадисах Пророка ﷺ. Эта идея занимает центральное место в концепции ислама, который является религией и образом жизни. Тем не менее ответственность и подотчётность индивида чётко определены и настойчиво подчёркнуты. Те, кто преодолевает подъём, как это определено здесь в Коране, будут иметь своё жилище по правую руку, что указывает на то, что они получат счастливое воздаяние за то, что делали в этой жизни.
The same applies to enjoining each other to be merciful, which is a grade higher than simply being merciful themselves. Thus the spirit of mercy spreads among the believers as they consider such mutual counselling an individual and communal duty in the fulfilment of which all co-operate. Hence, the idea of ‘community’ is evident in this injunction, as it is emphasized elsewhere in the Qur’ān and in the traditions of the Prophet. This idea is central to the concept of Islam which is a religion and a way of life. Nevertheless, the responsibility and accountability of the individual are clearly defined and strongly emphasized. Those who scale the ascent, as defined here in the Qur’ān, shall have their dwelling place on the right hand, which indicates that they will enjoy a happy recompense for what they do in this life.
«А те, которые не веруют в Наши знамения, будут на левой стороне, над ними будет захлопнут огонь» (стихи 19–20). Здесь нет необходимости выделять эту группу как-либо, кроме как «те, которые не веруют в Наши знамения», ибо этого достаточно, чтобы решить вопрос. Ничто не может быть благим, если соединено с неверием. Всё зло заключено и охватывается отрицанием Бога. Нет смысла говорить, что эта группа не освобождает рабов и не кормит нуждающихся, и, более того, не верит в Наши знамения. Ибо такое отрицание делает ничтожным любое их деяние. Они пребывают на левой стороне, что указывает на их унижение и позор. Эти люди не могут взойти на вершину восхождения.
“And those who deny Our revelations shall be on the left hand, with fire closing in upon them.” (Verses 19-20) There is no need here to identify this group with more than ‘those who deny Our revelations,’ as this is enough to settle the issue. Nothing can be good if coupled with unbelief. All evil is contained and encompassed by the denial of God. There is no point in saying that this group do not free slaves or give food to the needy, and, moreover, they deny Our revelations. For such a denial renders worthless any action they may do. They dwell on the left hand, which indicates their degradation and disgrace. These people cannot scale the ascent.
«С огнём, сомкнувшимся над ними». (Аят 20) То есть они окружены им либо в том смысле, что они заперты внутри него, либо в том смысле, что он — их вечное обиталище.
“With fire closing in upon them.” (Verse 20) That is, they are encircled by it either in the sense that they are locked within it, or in the sense that it is their eternal abode.
Тот факт, что оно находится близко над ними, не даёт им возможности вырваться из него. Оба значения довольно интересны.
Its being close above them gives them no chance of breaking away from it. The two meanings are quite interesting.
Таковы, таким образом, основополагающие факты о человеческой жизни, изложенные с точки зрения веры, в ограниченном пространстве, но с большой силой и ясностью. Это остаётся отличительной чертой стиля Корана.
These are then the fundamental facts concerning human life laid down from the point of view of faith, in a limited space but with great power and clarity. This remains the distinctive characteristic of Qur’ānic style.